Опарин А.А. Колесо в колесе. Археологическое исследование книги пророка Иезекииля
Часть I. Проклятие Иезекииля

Глава 3

Народ с непрерывающейся государственностью

Если мы посмотрим на политическую карту мира времён пророка Иезекииля (580 г. до х. э.), то мы увидим на ней Египет, Вавилон, Лидию, Мидию, Кирену, Рим, греческие города-государства и т.д. Все эти столь различные государственные образования объединяет сегодня только одно — мёртвые города. И действительно, все эти державы — сильные и слабые — пали много веков назад и от них остались лишь руины дворцов и храмов. Большинство народов времён Иезекииля ушло в небытие и сегодня мы даже порой не знаем, как назывался тот или иной народ, а о существовании в прошлом некоторых из них мы и вовсе не догадываемся. Исключением из этого списка является всего одна страна, которая существовала во времена пророка и которая существует сегодня. Более того, она непрерывно существует в течение этого огромного промежутка времени, сумев сохранить своё название, культуру и язык. Страна эта — Эфиопия. Однако это её греческое название. У различных народов и в различное время она именовалась, как Нубия, Та-Сети, Куш, Напата, Мероэ [1]. Почему же её более могущественные соседи пали, а она выжила? Почему великие народы ушли в лету веков, а её народ существует и поныне? Итак, давайте рассмотрим эти вопросы, познакомившись ближе с историей народа этой страны...

Древнейшие культуры нубийцев принято в истории условно называть А- и С- группами. Культура А-группы появляется после потопа. От неё сохранились в основном погребения, по которым, собственно, в основном и изучается эта протоцивилизация. Тела умерших помещались в овальные или прямоугольные ямы, которые покрывались кладкой из необработанных камней. Расположение тел было на боку, в „спящем“ положении. В могилах найдено большое количество бус, ожерелий, украшений из перьев, фигурки людей и животных, кувшины. Значительное количество предметов изготовлено было в Египте, который сначала торговал с народами А-группы, а затем во времена III династии, при фараоне Джосере «Нубийский вождь изображён привязанным к носу египетского корабля, в то время как за бортом плавают тела побеждённых. Этот рельеф запечатлел победу египетского царя Джера над двумя поселениями А-группы» [2]. После этого разгрома, спустя несколько веков, вследствие ослабления Древнего царства, Нубия возрождается, появляется культура С-группы. Эта культура была весьма сходна с культурой А-группы, но стояла на более высокой ступени развития. Помимо захоронений, от них сохранились остатки наземных часовен, которые те ставили на могилах в честь умерших. Культура С-группы была ослаблена в период Среднеегипетского царства (XIX в. до х. э.), а затем влилась в образовавшееся царство Куш, с центром в Керме, представлявшем собой крупный город с крепостями, жилыми постройками и храмом [3]. Культура народа Кермы прошла ряд стадий: ранняя, древняя, средняя, классическая, охватывая промежуток времени со времён основания Древнего царства в Египте и до 1580 г. до х. э. [4]. Первые раскопки древней Кермы, лежащей на территории современного Судана, были проведены в 1913 году доктором Райзнером. Особый интерес представляли собой погребения, заставившие вздрогнуть от ужаса даже видавшего виды Райзнера. «Он обнаружил тысячи могил. Восемь из них оказались особенно великолепными. Они были покрыты круглыми холмами земли, самый большой из которых по длине равнялся футбольному полю. В каждом холме находилась погребальная камера, которая по своим размерам превосходила погребальные камеры великих пирамид. В камере на анагрибе — ложе на четырёх ножках, сделанном из переплетённых веревок или пальмовых волокон, натянутых на деревянный каркас, которое было характерно для кушитских погребений — лежало тело человека, занимавшего высокую должность. Ложе было усыпано золотом и окружено изящно выполненными предметами из бронзы, слоновой кости и фаянса. Но эта картина мира и покоя резко контрастирует с тем, что можно увидеть внутри холмов помимо этого. В коридорах с кирпичными стенами, примыкающих к погребальной камере, лежат скрюченные тела мужчин, женщин и детей. В одной из гробниц Райзнер насчитал 322 жертвы (выделено мною — прим. А.О.) — самое большое в мире количество человеческих жертв, когда-либо найденное в одном погребении. Из положения тел он заключил, что люди были похоронены живыми. В своей книге „Раскопки в Керме“, вышедшей в 1923 году, Райзнер попытался восстановить картину происходящего в гробнице во время церемонии: „Они проследовали не в почтительном молчании, как принято у нас, а со всеми теми завываниями и воплями, которые характерны для обитателей нильской долины“. После того, как ложе с телом устанавливается внутри камеры, «двери покоев закрываются и опечатываются. Жрецы и чиновники уходят. Женщины и слуги располагаются в примыкающем к камере узком коридоре. Все причитания и движения прекращаются. Подаётся сигнал. Люди, собранные для погребального пиршества, разбрасывают землю из своих корзин на неподвижные, но живые жертвы, лежащие на полу, а затем бросаются из помещения за новой порцией земли. Переживания жертв мы, вероятно, преувеличиваем: их поддерживали их религиозные верования, и они занимали свои места охотно и без колебаний, но в последний момент, как мы видим по тем позам, в которых застала их смерть, по ним прошла волна ужаса и в некоторых случаях были судороги во время агонии» [5]. Не менее жестоки и чудовищны были религиозные обряды этого народа. Конец царству Кермы вновь кладёт Египет. Освободившись от гиксосского владычества, войска фараона Яхмоса вторгаются в Нубию. «Достигнув Кермы, солдаты взобрались на древние оборонительные валы, — подожгли город. Некогда шумный торговый центр был разрушен до основания, и Западную Дефуффу (одно из святилищ — прим. А.О.) осквернили чужеземцы. Следы пожара и разрушений до сих пор заметны на массивных стенах Кермы» [6]. В течение последующих 500 лет Нубия входит в состав Египта. За это время культура и религия Египта прочно осели в среде нубийского народа, который воспринял от своего северного соседа стиль одежды, архитектурные формы [7], богов, философию, но при этом сохранил свой язык и национальное сознание, позволившее ему, как только ослабел Египет, свергнуть чужеземное иго и восстановить независимость, что произошло около X в. до х. э. Центром возрождённого Нубийского (Эфиопского, Кушитского) государства становится город Напата, ставший вскоре одним из богатейших городов Древнего мира как благодаря военным походам, так и золоту, которое добывалось тогда в Нубии. Великолепие эфиопских вельмож затмевало даже одеяния знатнейших египтян и вавилонян. «Эфиопы носили те же украшения, что и египтяне, но их украшения уступали египетским в изяществе формы, были тяжеловесными и неуклюжими, хотя и очень дорогими. За исключением ожерелий и короны с золотыми уреями, эфиопские украшения отличались по стилю от египетских. Их браслеты были так широки, что иногда доходили до локтя... Обручи, которые носили на руках выше локтя, также изготовляли из благородных металлов и украшали символическими фигурами. Особенно необычную форму имели эфиопские перстни: гнездо перстня было так велико, что, надетый на средний палец, он закрывал половину руки... Знатные особы предпочитали... окрашивать руки и ноги в жёлтый или оранжевый цвет... Знатные эфиопки отращивали себе чрезвычайно длинные ногти в знак своего особого происхождения» [8]. Религиозным центром царства был скалистый холм Джебель Баркаль, возвышающийся около Напаты и в 320 км к северу от Хартума, столицы современного Судана. Исследование этой скалы со странной остроконечной башенкой, притулившейся около одной из стен, возвышающейся на 96 метров над окружающей её равниной было начато ещё в начале XX века профессором из Бостонского музея изобразительных искусств доктором Джорджем Э. Райзнером. Но особо интересные результаты были получены совсем недавно в 1987 году во время экспедиции доктора Тимоти Кендалла. «Проведя дальнейшие исследования команда Кендалла пришла к выводу, что древние видели нечто замечательное в странной форме башенки, и то, что они видели, оказывало огромное влияние на ход египетской и нубийской истории» [9]. У подножия Джебель Баркаля обнаружены были ещё до Кендалла величественные остатки храма Амона, бывшего верховным богом эфиопского пантеона. «Хотя все понимали, что храм у подножия Джебель Баркаля связан с башенкой, никто не мог сказать почему. Затем член экспедиции Линн Холден обнаружил, что в древности виды передней стены горы включали изображение кобры, увенчанной или солнечным диском, или короной Верхнего Египта. Это может свидетельствовать о том, что и египтяне, и кушиты видели в странной форме скалы змею. Группа Кендалла подтвердила правильность теории Холдена, обнаружив, что скала действительно напоминает кобру и что, в зависимости от угла наблюдения, эта кобра может казаться увенчанной одной из двух корон [10]. Как для египтян, так и для кушитов поднявшая голову кобра, называвшаяся уреем, была основным символом царской власти, и царь носил её изображение на своей короне [11]. Они верили, что этот символ, как и сама царская власть, был дан богом Амоном. В этой связи кажется весьма возможным, что они считали гору домом Амона, а башенку — головой царя или короной и источником царской власти в долине Нила. Это превратило Напату в священный город храмов и позже — в место проведения всех царских церемоний... [поэтому] Джебель Баркаль, который кушиты считали обиталищем Амона, бога Солнца, творения и царской власти, стал местом коронации всех их правителей. Кушиты, как и египтяне, верили, что их царь являлся сыном Амона, но при этом они выбирали себе правителя способом, присущим только этому народу. Подходящие на эту должность мужчины собирались в храме у подножия горы и проходили перед статуей бога, которая считалась оракулом. Каким-то образом статуя давала понять, кого бог хочет видеть царём Куша. Но чрезмерное доверие оракулу таило в себе опасность для самого царя. Греческий историк Диодор Сицилийский сообщает, что статуя могла также приговорить царя к смерти, и тогда он должен был совершить самоубийство» [12]. Здесь мы подходим к ещё одной особенности древнеэфиопского государства, которая состояла в том, что в нём жрецы занимали положение, не уступающее царскому. Более того: «...жрецы, которые иногда даже через вестника приказывали царю умереть и назначали на его место другого» [13]. Даже всесильные египетские жрецы не могли похвастаться такой властью, как их собратья в Эфиопии. «Теократия была здесь ещё более последовательная, чем в жреческих Фивах, и жрецы имели огромное влияние на дела, так что и царь находился у них в подчинении» [14]. Страна испытывала периоды взлётов и падений, но могущество жрецов оставалось незыблемым и казалось, что где-где, но в Эфиопии представить себе её народ вне языческих капищ и зловещих высот Джебель Баркаля невозможно, и поэтому когда пророк Исайя говорил о том, что эфиопы примут религию Истинного Бога, его проповедь звучала абсурдно с человеческой точки зрения. Но история покажет затем, кто был прав: Исайя или не верящие ему иудеи и эфиопы. Мы уже говорили о том, что в культуре, искусстве и религии эфиопы практически всё переняли у египтян, лишь внося иногда свои определённые черты. К таким заимствованиям относился и египетский обычай погребать правителей в пирамидах. Сегодня сохранились целые кладбища, состоящие из пирамидальных гробниц. «Самые большие из этих кладбищ находятся в окрестностях Напаты и на острове Мероэ, близ нынешнего Бегоэрави и далее — близ Таниассии, Нури и Зумы. О назначении этих построек можно судить по высеченным на некоторых из них надписям и фигурам... Несмотря на очевидно египетское происхождение этих памятников, они существенно отличаются от гробниц древних фараонов, во-первых, своими маленькими размерами — самая большая из эфиопских пирамид имеет не более 80 футов в высоту; во-вторых, тем, что только редкие из них заключают в себе небольшую камеру с куполообразным потолком, большая же часть имеет лишь небольшое углубление или нишу чуть ниже верхушки пирамиды. Наконец, все они острее египетских пирамид, с гладкими, а не уступчатыми поверхностями. У многих перед входом выстроена небольшая пристройка, всегда обращённая на восток, хотя сами пирамиды установлены без соответствия сторонам света. В этой пристройке совершались, вероятно, поминальные обряды, как и в небольших отдельно стоящих храмиках при египетских пирамидах. Эти различия в постройке гробниц эфиопских царей и древних повелителей Египта указывают на неодинаковое положение, которое те и другие занимали по отношению к народу и самому культу. В то время как египтяне в лице своих фараонов чествовали высшее из своих божеств, а потому и воздвигали им памятники, которые должны были существовать вечно, эфиопские государи являлись для своего народа лишь представителями человеческого могущества» [15]. Здесь мы вновь видим влияние эфиопского жречества, стремящегося всячески ограничить царскую власть и её авторитет. Исследования эфиопских пирамид проводил в начале XX века профессор Чикагского университета Джеймс Г. Брэстед (работу которого по истории древнего Египта мы не раз цитировали в настоящей книге), который вместе с семьёй преодолевая нечеловеческие условия сделал массу открытий. Исследования Брэстеда были продолжены уже упоминавшимся нами доктором Джорджем Э. Райзнером в 1916 году. Благодаря этим исследованиям для нас, жителей XX и XXI веков воскресли древние правители Эфиопии, заставлявшие дрожать в своё время сам Египет и против которых обращены вести библейских пророков. «Когда экспедиция начала раскопки пирамиды около Джебель Баркаля, Райзнер обнаружил ход, по которому можно было проникнуть в эту пирамиду. Подобные ходы, как выяснилось, имелись и в остальных гробницах. На некотором расстоянии от пирамиды её строители вырубили в скале постепенно понижающуюся лестницу, которая вела в погребальную камеру, лежащую ниже уровня основания сооружения. Решив проблему с проникновением в гробницу, Райзнер три последующих года раскапывал некрополи в Эль Курру, где были погребены все нубийские фараоны, кроме последнего, и в Нури, где экспедиция Райзнера обнаружила гробницу самого Тахарки. “Мы открыли лестницу, которая вела в погребальные помещения, — вспоминал Райзнер в 1918 году. — Среди обломков, покрывающих лестницу, рабочие обнаружили фрагмент статуи с именем Тахарки”. Некогда могущественный правитель Египта и Куша лежал под развалинами пирамиды из красного песчаника» [16]. Какой жалкий конец того, кто считал себя живым полубогом! Современным амбициозным политикам не мешало бы знать историю Тахарки, чтобы не пожать подобную же участь...

Итак, в предыдущей главе мы оставили Египет погружённым в смуту гражданской войны под номинальным правлением вырождающейся ливийской династии. За ситуацией в Египте внимательно следили в бывшей его колонии, а теперь независимом царстве Напата. Около 740 года правитель Напаты фараон Пианхи, пользуясь бессилием египетских фараонов и развалом самого Египта, решается осуществить притязания на владение «Верхним и Нижним Египтом», вступая в поход. В течение короткого времени он разбивает войска египетских полунезависимых феодалов, захватывая древние Фивы и Ермополь. Летопись передаёт интересную деталь, случившуюся с Пианхи во время пребывания в Ермополе, когда он, будучи в городском дворце «...пошёл в конюшню жеребцов и стойла кобыл. Он заметил, что они заморены голодом, и сказал: „Клянусь любовью Ра, для моего сердца самое отвратительное — так морить лошадей. Это хуже всех преступлений, которые ты (т.е. предшественник Пианхи — прим. А.О.) совершил“» [17]. Эфиопские фараоны более всего на свете ценили лошадей. И поэтому для них было понятнее последнюю еду дать лошади, а не какому-то человеку. «И даже после смерти нубийские цари продолжали гордиться своими конями, которые были запряжены в их боевые колесницы. Всего в 60 метрах от гробниц царей в Эль Курру экспедиция Райзнера обнаружила кладбище лошадей. Надписи, найденные в 24 могилах, позволили определить, что погребённые в них животные принадлежали Пианхи и трём остальным фараонам XXV династии. Лошади стояли в могилах вертикально. Их покрывали пелены, украшенные бусами с амулетами из фаянса, раковин каури, серебра и бронзы» [18]. Затем Пианхи захватывает Мемфис. Чтобы придать легитимность своей власти над Египтом Пианхи устраивает показательное шоу, во время которого „призрачный“ фараон Египта из ливийской династии Осоркон III принёс ему клятву верности, как новому правителю Египта [19]. Помимо этого, следуя египетской традиции прав на престолонаследие Пианхи «заставил фиванскую „супругу бога“, дочь Осоркона III, Шепенопет удочерить его жену Аменердис» [20]. Покорив Египет, Пианхи победоносно возвращается в Напату, откуда и начинает править объединённым нубийско-египетским царством. Однако, стоило удалиться эфиопскому фараону в Нубию, как в Египте вспыхивает мятеж и к власти приходит один из представителей египетских владений Тефнахт, а затем его сын Бокхорис (XXIV династия). Подавить мятеж в Египте приходится наследнику Пианхи его брату Шабакону (716—702), который разбивает войска Бокхориса, а его самого приказывает сжечь живым [21]. «Нижний Египет был совершенно покорён, эфиопское владычество признано, и Шабака утвердился настолько прочно, что стал основателем XXV, или Эфиопской, династии, как об этом свидетельствует Манефон. Сознавая серьёзную опасность, проистекающую от непосредственной близости грозной Ассирии, Шабака немедленно отправил своих агентов сеять мятеж среди сирийско-палестинских государств. В Земле Филистимской, Иудее, Моавии и Эдоме он обещал поддержку ассирийским вассалам в случае, если они поднимутся против своего ниневийского владыки. Памятуя былое владычество Египта, не поняв теперешнего состояния его бессилия и желая сбросить с себя гнетущее ассирийское ярмо, они с полной готовностью внимали эмиссарам Шабаки. В одной только Иудее пророк и государственный человек Исаия предвидел всю тщету надежды на помощь Египта и конечную катастрофу, долженствовавшую разразиться в лице ассирийцев над самой Нильской державой. “Так поведет царь Ассирийский пленников из Египта и переселенцев из Ефиопии, молодых и старых, нагими и босыми и с обнаженными чреслами, в посрамление Египту” (Ис. 20:4)» [22]. Эфиопский народ стоял на грани духовного вырождения. Изуверская религия разлагала его духовные устои. Блеск и бурное развитие государства только способствовали отступлению от Господа, ибо находясь в славе нубийцы решили, что этого всего они достигли благодаря самим себе. Однако, Бог видел сердце этого народа и поэтому пророчества, обращённые к нему несли не только весть о суде, но также и весть о спасении.

Библейские пророчества об Эфиопии

1) Эфиопия и её народ примет Господа Бога и будет служить Ему (Соф. 3:1; Ис. 18:7; Пс. 67:32).

2) Поражение эфиоплян и их ужас перед народом, поразившем Египет (Иез. 30:4, 9).

3) Их поражение будет от народа, который разобьёт в то же время Египет, Ливию и Лидию (Иез. 30:5).

4) Эфиопляне будут избиваемы мечом, но не будут уничтожены (Иез. 30:5; Соф. 2:12).

5) Грусть в Эфиопских шатрах и землях (Ис. 18:1; Авв. 3:7).

В Ассирии тем временем к власти приходит кровожадный и амбициозный Сеннахериб. Узнав о готовящемся против него выступлении царей Моава, Эдома, Аммона, Иудеи и Египта он решает нанести удар первым. И прежде, чем союзники успели соединиться для совместных действий ассирийцы внезапно появляются в Палестине, берут Тир, затем Аскалон, подходя к Алтаке. Здесь впервые происходит открытое военное столкновение Ассирии и Египта, которое завершается полным разгромом Египта, однако внутренние неурядицы в самой Ассирии заставляют Сеннахериба вернуться и отказаться от плодов одержанной победы [23]. Остаток правления Шабаки проходит мирно и характеризуется восстановлением храмов. В 702 году до х. э. Шабаке наследует его сын Шабатака (702—690), правление которого ничем особенным не отмечено. Шабатака был убит своим двоюродным братом сыном Пианхи Тахаркой, который придя из Эфиопии с войском сверг его. Нубийцы, составлявшие военный костяк объединённого египетско-эфиопского царства были недовольны явным предпочтением, которое оказывали Шабака и его сын Египту [24]. Тахарка был умным политическим деятелем. В течение первых тринадцати лет своего правления (690—664) он стабилизирует положение в стране, возрождая её могущество, недаром «Библия называет его угрозой для ассирийцев» [25]. Даже свирепый Сеннахериб опасался Тахарки, приближение которого в 690 г. до х. э. и мор в собственном лагере заставили ассирийца с позором бежать от Иерусалима [26]. В 674 г. до х. э. войска Тахарки наносят поражение войскам сына и наследника Сеннахериба Асархаддона. Однако остановить падение отступившего от Бога Египта Тахарка конечно же не мог. В 671 г. до х. э. ассирийские войска вторгаются в Египет и разбивают Тахарку, вынужденного бежать к себе в Нубию. В течение всего 11 лет страна на Ниле была в руках ассирийцев, но что это были за года! Только теперь египтяне уразумели пророчество Исайи о страшном правителе, который должен получить власть над Египтом. «И предам Египтян в руки властителя жестокого, и свирепый царь будет господствовать над ними, говорит Господь, Господь Саваоф» (Ис. 19:4). Заняв египетские города, ассирийцы устраивают в них страшную резню, в ходе которой население ряда из них (в том числе и Саиса) «было вырезано от мала до велика. Тела убитых были выставлены на шестах, а содранная с них кожа — на городских стенах» [27]. В течение всего ассирийского господства Тахарка постоянно пытался выгнать их из Египта, вернув себе потерянные земли, но безуспешно. Тахарке наследовал его племянник Тануатамон (664—653), которому удаётся на короткое время захватить Египет (663 г. до х. э.), но затем под ударами ассирийцев он вынужден бежать в Нубию. Оставленный на произвол судьбы Египет подвергся страшному опустошению. Особо страшному разгрому подверглись Фивы. «Когда пророк Наум возвещал 50 лет спустя грядущее разрушение Ниневии, в его памяти всё ещё свежо было предание об опустошении Фив, и он говорил, обращаясь к обречённому городу “Разве ты лучше Но-Аммона, находящегося между реками, окруженного водою, которого вал было море, и море служило стеною его? Ефиопия и Египет с бесчисленным множеством других служили ему подкреплением; Копты и Ливийцы приходили на помощь тебе. Но и он переселен, пошел в плен; даже и младенцы его разбиты на перекрестках всех улиц, а о знатных его бросали жребий, и все вельможи его окованы цепями” (Наум. 3:8—10)» [28]. «Удаление Тануатамона в Напату означало конец эфиопского владычества в Египте... Удалившись в Напату эфиопские цари уже больше не делали ни одной попытки подчинить царство в нижнем течении реки и посвятили своё внимание развитию Нубии... Нубия впала в полуварварское состояние. Теократический характер управления становился всё более и более заметным, пока, наконец, царь не стал простой игрушкой в руках жрецов» [29]. На стенах храмов сохранились изображения, на которых показано поклонение богу Амону. Во главе религиозной процессии выступает жрец, царь же изображён позади его [30]. Ослаблённое государство становится объектом для агрессии окрепшего Саисского Египта. Затем на страну обрушились полчища мидо-персов, ведомые Камбизом. «Не успело, однако, войско пройти пятой части пути, как уже истощились взятые с собой съестные припасы. Вьючные животные были также забиты и съедены. Если бы Камбис, заметив это, одумался и повернул назад, то, несмотря на свою первую ошибку, он всё-таки поступил бы как благоразумный человек. Однако царь, ни о чём не рассуждая, шёл всё вперёд и вперёд. Пока воины находили ещё съестную траву и коренья, они питались ими. Когда же пришли в песчаную пустыню, то некоторые воины совершили страшное дело: каждого десятого они по жребию убивали и съедали. Когда Камбис узнал об этом, то в страхе, что воины съедят друг друга, прекратил поход и велел повернуть назад» [31]. Несмотря на то, что покорения Нубии не произошло, персы вынудили эфиопов перенести свою столицу из Напаты, лежащей невдалеке от египетской границы в город Мероэ, располагавшийся на острове. По имени столицы царство стало называться Мероитским. Оно существовало примерно с середины VI в. до х. э. по IV в. х. э. Исследования и раскопки Мероэ были начаты шотландской экспедицией Джеймса Брюса (1772 год). Затем в 1830-е годы Джузеппе Ферлини, в 1842—1859 немецкой экспедицией доктора К. Р. Лепсиуса; в 1905—1907 гг. американцем Брестедом; в 1910—1914 гг. английской археологической экспедицией Ливерпульского университета под руководством Джона Гэрстенга; затем Гарвардского университета во главе с Д. Э. Райзнером (1916 год); и наконец в 1965—1971 гг. экспедицией Хартумского университета во главе с канадским археологом Питером Шинни. В ходе раскопок были подтверждены сообщения древних авторов, повествующих о богатстве и великолепии Мероэ. Были обнаружены десятки дворцов и храмов, трёхэтажные дома, пирамиды, крепостные стены [32]. О богатствах Мероитского государства было известно и Александру Македонскому, который покорив Египет встретился с царицей Мероэ. В последнем во главе государства часто были женщины, носившие титул кандака. В ходе беседы Александр был удивлён умом царицы [33]. В период Птолемеевского Египта (301—30) Мероэ было его вассалом, выплачивая дань, хотя несколько раз поднимало восстания. С приходом в 24 г. до х. э. римлян мероиты после военных действий сумели договориться с Цезарем, сохранив свою независимость. «Знакомство с Кушем оказало огромное влияние на греко-римский мир. Кушитская тематика становится составной частью эллинизма. Кушиты сыграли большую роль в древнем мире» [34]. «В конце III в. в Нубии произошёл переворот, обусловленный с одной стороны, развитием Аксумского царства, а с другой — появлением дикого народа влеммиев, кочевавших между Нилом и морем, но и на Египет. В половине IV века Мероэ было покорено и город разрушен аксумским царём Эзаной» [35]. Эзана был один из самых крупных африканских государей, который одним из первых принял христианство, как государственную религию. Аксум — был одним из африканских царств, ведущий своё основание с X в. до х. э. Его легендарным основателем считался Менелик, якобы сын Соломона и Царицы Савской. Правящая в Аксуме династия называлась Соломоновой. Первым христианином древней Эфиопии стал казначей царицы Кандакии, которому проповедовал апостол Филипп. «А Филиппу Ангел Господень сказал: встань и иди на полдень, на дорогу, идущую из Иерусалима в Газу, на ту, которая пуста. Он встал и пошел. И вот, муж Ефиоплянин, евнух, вельможа Кандакии, царицы Ефиопской, хранитель всех сокровищ ее, приезжавший в Иерусалим для поклонения, возвращался и, сидя на колеснице своей, читал пророка Исаию. Дух сказал Филиппу: подойди и пристань к сей колеснице. Филипп подошел и, услышав, что он читает пророка Исаию, сказал: разумеешь ли, что читаешь? Он сказал: как могу разуметь, если кто не наставит меня? и попросил Филиппа взойти и сесть с ним. А место из Писания, которое он читал, было сие: как овца, веден был Он на заклание, и, как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзает уст Своих. В уничижении Его суд Его совершился. Но род Его кто разъяснит? ибо вземлется от земли жизнь Его. Евнух же сказал Филиппу: прошу тебя сказать: о ком пророк говорит это? о себе ли, или о ком другом? Филипп отверз уста свои и, начав от сего Писания, благовествовал ему об Иисусе. Между тем, продолжая путь, они приехали к воде; и евнух сказал: вот вода; что препятствует мне креститься? Филипп же сказал ему: если веруешь от всего сердца, можно. Он сказал в ответ: верую, что Иисус Христос есть Сын Божий. И приказал остановить колесницу, и сошли оба в воду, Филипп и евнух; и крестил его» (Деян. 8:26—38). Современные историки полностью подтверждают это место [36]. «Появление же Эфиопской церкви связывают с евангельской проповедью апостола Матфея» [37]. Однако государственной религией христианство стало в Эфиопии благодаря экспедиции Тирского философа Меропия. «На своём пути домой, он и его сотоварищи подверглись нападению в одном месте, где они высадились на берег, с целью поискать воды, и все были избиты, за исключением двух юношей Эдезия и Фрументия, родственников и учеников Меропия. Эти юноши были приведены к царю страны, который сделал Эдезия своим виночерпием, а Фрументий сделался его секретарём и казначеем. По смерти царя, который оставил своим наследником мальчика, эти два чужеземца, по просьбе вдовствующей царицы, действовали в качестве регентов царства, пока наследник не пришёл в возраст. Эдезий затем возвратился в Тир, где он сделался пресвитером. Фрументий, который при помощи гностических торговцев, посещавших эту страну, уже ввёл христианское учение и богослужение в Абиссинию, отправился в Александрию и, рассказав свою историю Афанасию (епископ — прим. А. О.), просил чтобы был послан епископ для продолжения этого дела. Афанасий, принимая во внимание, что никто не мог быть столь пригоден для этой должности, как сам Фрументий, посвятил его на епископию Аксумскую. Основанная таким образом церковь продолжает и доселе быть подчинённою кафедре александрийской» [38]. Государство Аксум в то время взяло под свой контроль почти всю территорию бывшего Мероитского царства. Правда, на обломках последнего образовалось небольшое Нобадское государство, впрочем, его жители так же принимают христианство. Хотя верность египетским богам нубийцы сохраняют дольше самих египтян. «Ещё в 452 г. по миру, заключенному полководцем императора Маркиома Максимином с влеммиями, последним было дозволено, по примеру прежних лет, ходить на богомолье в Филы и брать на время к себе идол Исиды. Таким образом, христианский император идет на эту уступку, а нубийские племена оказываются последними почитателями египетской богини. Почти для них одних существует её культ в Египте, уже сделавшемся христианским. Наконец, 100 лет спустя, около 563 г. Юстиниан приказал Нарсесу Персармену уничтожить культ Исиды. Храм был закрыт, жрецы посажены в тюрьмы, идолы отосланы в Константинополь. Так был положен официальный конец египетскому язычеству, которого держались в это время одни влеммии: не только египтяне, но и бывшие мероиты сделались теперь ревностными христианами. Мероитское царство в это время заменяется Нобадским; христианство сблизило его с Византией и сообщило ему греческий язык и культуру, что в меньшей степени применимо даже к влеммиям. Цари его официально считали себя вассалами византийского императора и скромно титуловали себя василисками, царьками. От одного из них, Силко, дошла до нас интересная греческая надпись, повествующая о войнах с влеммиями; он называет себя „василиском Нубадов и всех эфиоплян“. Надпись помещена ещё в языческом египетском храме, в Тальмисе, хотя царь и говорит, что в победах помог ему бог, а враги присягали на верность миру „пред своими идолами“. Но уже преемник его, Ирпаном, был ревностный христианин, обративший в церкви вековые египетские храмы в Тафе, Калабме, Даккэ, Амаде и Абусимбеле, равно как и в знаменитом храме в Филах, под руководством епископа Феодора, была выстроена церковь в честь святого первомученика Стефана. Стены были заштукатурены, чтобы закрыть изображения египетских богов. К концу VI в. христианство безраздельно господствовало от Александрии до Аксума. Донгола, столица Нубийского царства, была одним из центров христианства и оплотом его против надвигавшегося ислама до XIV в. В настоящее время начинают находить письменные памятники христианского времени на нубийском языке» [39]. Так чудесным образом исполнилось одно из самых поразительных и невероятных с человеческой точки зрения библейских пророчеств о том, что эфиопы примут христианство (Соф. 3:1; Ис. 18:7; Пс. 67:32) (пророчество №1), которое поможет им выстоять в последующие долгие кровавые века под натиском страшных империй. На протяжении всего этого длительного времени с IV в. х. э. и вплоть до наших дней Эфиопия сохраняла независимость. Хотя на её земли посягали Химьяритское царство (VI в.) — нещадно истреблявшее христиан, Арабский халифат, турки-османы (XVI в.), Португалия — пытавшаяся навязать католицизм (XVII в.), Великобритания (середина XIX в.), Италия (1887—1896) [40]. Королевская власть непрерывно существовала в стране вплоть до 1974 года, когда вследствие глубочайшего кризиса многолетний правитель страны император Хайле Селассие I (1930—1974) был свергнут и власть в стране перешла к Временному военному административному совету. В 1977 году к власти пришёл прокоммунистически настроенный Менгисту Хайле Мариаме. Именно он был одним из инициаторов свержения императорского режима. Именно по его приказу «23 ноября 1974 года был отдан приказ о казни 59 представителей знати — сторонников императора, среди которых были два премьер-министра, 12 губернаторов провинций, 18 генералов и внук Хайле Селассие I» [41]. «В стране был установлен диктаторский коммунистический режим типа Китая, СССР, Кубы. Менгисту Хайле Мариаме пресёк возможность появления всякой оппозиции, закрыв университеты, средние школы и распустив профсоюзы. Арестовывался каждый, в ком видели угрозу власти диктатора... Он продолжал разворачивать кампанию террора. Сотни людей были арестованы, подверглись пыткам и казням. Их останки выставляли на всеобщее обозрение» [42]. «Миллионы людей умирали от элементарного голода и беспорядка в стране, в то время как правящая бюрократия погрязала в беззаконии и коррупции» [43]. Кровавый режим Мариаме был свергнут в 1991 году. Сегодня экономика страны находится в тяжёлом положении.

Вся история Эфиопии, как видим, представляет собой полосу нескончаемых войн, в ходе которых эфиопы были постоянно избиваемы мечом (Иез. 30:5; Соф. 2:12), но при этом не погибли, а сохранились как нация (пророчество №4). Многие столетия Эфиопия была погружена в глубокий экономический упадок, народ влачил жалкое существование, как то и было в точности предсказано библейскими пророками (Ис. 18:1; Авв. 3:7) (пророчество №5). Но несмотря на всё это, благодаря христианству страна выжила, оставаясь всегда одним из культурных государств не только Африки и Азии, но в отдельные промежутки истории могла поспорить с ведущими странами Европы. Такова удивительная история этой необычной страны, в деталях предсказанная библейскими пророками.

P.S. Сегодня многие исследователи полагают, что именно в одном из Эфиопских храмов находится ковчег завета, сделанный в XV в. до х. э. Моисеем по Божьему повелению [44]. Однако, так ли это, на сегодняшний день достоверно не установлено и мы надеемся, что последующие археологические открытия и исследования разрешат эту задачу — нахождение ковчега завета.



 Rambler's Top100      Яндекс цитирования