Искать на сайте:
 

А. А. Опарин

Хранители времени

Археологическое исследование книги Судей

Оглавление.

ПРОЛОГ. Тайна собора Парижской Богоматери.

ЧАСТЬ I. Тайны времени.

Глава 1. Его Величество Время.

Глава 2. Битва за и против времени.

Глава 3. Бывшие люди.

Глава 4. Свойства времени.

Глава 5. Лукавые дни.

ЧАСТЬ II. Проклятье времени.

Глава 1. О мирных людях, породивших Гитлера.

Глава 2. В гостях у хананеев.

Глава 3. Что есть братство?

Глава 4. Железные колесницы.

Глава 5. Аксиома Иова.

Глава 6. Не выметенный угол.

Глава 7. А ты идешь в Галгал?

Глава 8. Закон Возврата.

Глава 9. Судья Израиля.

Глава 10. Нравится ли вам быть на суде?

Глава 11. Тучный царь.

Глава 12. Воловье рожно.

Глава 13. О женах, не боявшихся ответственности.

Глава 14. В царстве меди, бирюзы и верблюдов.

Глава 15. О безымянном пророке, молотьбе в точиле и о том, что нельзя делать в тайне.

Глава 16. Можно ли просить у Бога знамения?

Глава 17. Странный призыв и формирование армии.

Глава 18. Уроки веры и такта.

Глава 19. От ефода к наложнице.

Глава 20. Религия Ваал-Верифа.

Глава 21. Корона от Ваал-Верифа.

Глава 22. «Новый» свет — новые расколы.

Глава 23. Судьба разбойника земли Тов.

Глава 24. О красоте пленяющей и убивающей.

Глава 25. Миг, решивший участь.

Глава 26. Святые углы.

Глава 27. О поисках лучшей доли в 1100 г. до х. э. и в 2006 г. х. э.

Глава 28. О праведном негодовании грешных людей.

ЭПИЛОГ. Хранители времени.

Список использованной литературы.

Посвящение.

Посвящаю моей дорогой и любящей семье — маме, папе и бабушке.

Аннотация.

В монографии на основании последних данных в области истории, теологии и археологии проведено комплексное исследование проблемы Времени и библейской книги Судей.

Монография может быть рекомендована, как учебное пособие для студентов гуманитарных ВУЗов и их преподавателей.

Рецензенты:

Рекомендовано к печати Учёным советом Украинского Гуманитарного Института (Киев).

● доктор философских наук, профессор Бурова О. К. (Национальная Юридическая Академия имени Ярослава Мудрого);

● доктор теологических и философских наук Жаловага А. С. (Украинский гуманитарный институт, Киев);

● доктор теологических наук Морарь М. К. (Университет им. Эндрюса, США).

ПРОЛОГ

Тайна собора Парижской Богоматери.

Уже не одно столетие в водах Сены отражается силуэт собора Парижской Богоматери, который обессмертил Виктор Гюго в одном из своих романов. Этот собор является одной из главных достопримечательностей Парижа, и каждый гость этого города считает своим долгом посетить его. Мы так же не стали в этом случае исключением, и во время пребывания в Париже в апреле 2005 года посетили этот знаменитый собор, овеянный столькими легендами. Казалось, что ещё мгновение — и из-под его нефов шагнет фигура Клода, на паперти появится Квазимодо, а у самого собора исполнит свой танец Эсмеральда. Но после того, как первое впечатление проходит, начинаешь более внимательно всматриваться в его витражи, балконы, статуи. И здесь вас невольно поражает большинство этих статуй, представляющих собой каких-то зловещих мрачных фантастических чудовищ, напоминающих чертей, странный лукавый ворон, необычные оккультные символы, соседствующие с изображениями святых, внешний вид которых также весьма своеобразен. Что это? Как объяснить всю эту прооккультную «чертовщину», занимающую центральное место в христианском храме? Что хотели сказать этим древние мастера, возводившие с XII века этот храм? Эти вопросы долгое время занимали и умы учёного мира, пытающегося отделить реальность от мифов в истории этого знаменитого собора. Многое ещё остаётся нераскрытым, однако два факта безусловны: с одной стороны, объяснить символы его фигур и знаков с точки зрения христианской философии и символики нельзя, и с другой — явная взаимосвязь их с алхимией. Алхимия давно уже стала одним из символов средневековья. Что же это такое? Наиболее простое определение данному понятию звучит так: алхимия — это искусство превращения простых металлов в золото при помощи философского камня. Последний представляет собой вещество (различной природы), полученное путём химических превращений, которое, вступая в реакцию с любым из металлов, превращает его в золото. Этот процесс поиска философского камня назывался Великим Деланием. Однако превращение металлов в золото было лишь одной, и при этом далеко не основной задачей алхимии. За философским камнем признавалось не только свойство превращать металлы в золото, но и «производить бриллианты и другие драгоценные камни, исцелять все болезни, продлевать человеческую жизнь и даже даровать бессмертие. Обретение реального, телесного бессмертия — высшая цель адепта». [Ютен С. Повседневная жизнь алхимиков в Средние века. М.: Молодая гвардия. Палимпсест, 2005. С. 17]. «Амбиции этого священного искусства сводятся к великому плану постепенного исправления упомянутого катастрофического падения и возврата к состоянию совершенства… Алхимики продвигаются по пути, ведущему к тому, что можно назвать восстановлением, к возврату всей реальности к блаженному первозданному состоянию. Целью алхимиков (в конечном счете) является взятие на себя ответственности за страдающую материю и человека… ускорение эволюции, возврат в первозданное состояние». [Alleau R. Aspects de LAlchimie traditionelle. P., 1953. P. 117]. Однако «найти философский камень мог лишь человек, достигший состояния полного озарения, которое всегда предполагает выполнение тонких, неуловимых операций, благодаря которым в самом адепте происходит смерть „ветхого человека“ и рождение внутреннего, духовно возрожденного человека… Ради озарения он предавался аскезе — и близ алхимической печи, и в молельне, где часами напролёт продолжались его духовные упражнения. Алхимическая духовность включала в себя медитацию и воображение. Когда алхимики говорили о медитации, они имели в виду не просто размышление, но некий внутренний диалог, живое общение с голосом „другого“ в себе — с голосом бессознательного». [Ютен. Указ. соч. С. 66, 22]. «Адепт обретает способность видеть то, что находится по ту сторону чувственно воспринимаемых явлений, возносится в спиритуальном видении к небесным сферам». [Ютен. Указ. соч. С. 67]. Подчинить себе время, обратив его назад, и вернуть себе при помощи оккультных действий и спиритических контактов утраченное бессмертие — вот какова цель алхимии. Подчинить себе время, которое так планомерно низводит в могилу всё живое. Подчинить себе время, которого так вечно не хватает людям. Подчинить себе время и стать властителями других людей. В средневековье алхимия захватила умы людей. Ей покровительствовали римские папы (Иоанн XXII), германские императоры (Фридрих II, Гогенштауфен), испанские короли (Альфонс X), французские (Карл VI) и др. Она проникла во все сферы жизни средневекового общества. [Рабинович В. Л. Алхимия как феномен средневековой культуры. М., 1979]. Существовали и прямые контакты «алхимиков с корпорациями строителей готических соборов. Видимо, отнюдь не случайно на одном из рисунков, которыми проиллюстрирован манускрипт Николя Валуа, хранящийся в Париже, в библиотеке Арсенала, можно увидеть строительные инструменты, которые на первый взгляд могли бы показаться совершенно неуместными. Это даёт нам право предположить, что во время строительства больших кафедральных соборов устанавливались реальные связи между теми или иными алхимиками и каменщиками (масонами)»! [Ютен. Указ. соч. С. 202]. Одним из первых, кто попытался разгадать алхимический смысл фигур собора Парижской Богоматери, был французский профессор Соваль, который в 1724 году, в своём труде «История и результаты исследования древностей города Парижа» писал: «Все порталы собора Парижской Богоматери покрыты таинственными знаками». Что же это за знаки? «[Итак], попробуем перевоплотиться в алхимика, прибывшего (допустим, в 1424 году) в Париж, дабы обследовать собор Парижской Богоматери в надежде найти ключи для реализации Великого Делания. Что мог он заметить? Многое, в том числе и из того, что существует по сей день. Посещение нашим делателем собора Парижской Богоматери начиналось с осмотра трехчастного портала, буквально напичканного алхимическими скульптурами. Прежде всего там можно было видеть саму алхимию, персонифицированную женской фигурой, держащей открытую книгу (книгу мирского, профанного знания) и закрытую (книгу герметического знания, запретного для профанов), причем голова женщины касалась „небесных вод“. Эта фигура ассоциировалась с лестницей Иакова, увиденной патриархом во сне, соединяющей небо с землей. Слева на портале алхимик мог видеть величественную фигуру Бога Отца, держащего человека и ангела. К теологическому смыслу скульптурного изображения, означавшего всемогущество Бога, алхимик добавлял еще и другое, герметическое значение: эта замечательная композиция символизировала для него универсальную материю, основную влагу, которая порождает два противоположных, но дополняющих друг друга начала (философские Серу и Меркурий). Ниже сверхнебесного мира можно было видеть двух ангелов. Что они олицетворяли собой? Всемирный дух или небесное семя, нисходящее с вышнего мира, чтобы оплодотворить воздушное пространство. Еще ниже располагались символы нижнего, земного мира. А что же олицетворяли собой три детские фигурки в облаках? Три начала Великого Делания — Серу, Меркурий и Соль. Наш воображаемый алхимик конечно же заметил бы там же, на левой части портала, символы воздуха, воды и земли. Присутствие тельца и овна символизировало два весенних месяца, имевших решающее значение для начала лабораторных операций: в марте приготовляли первичную материю, а в апреле заделывали философское яйцо, после чего операции по осуществлению Великого Делания могли начинаться. А что означает заснувший человек и две колбы? Это, как полагал алхимик, служило олицетворением основной соли всех вещей, начала, привлекавшего универсальную жизнь. А четыре высеченные из камня фигуры на уровне человеческого роста — что означали они? Дракон символизировал философский камень; гротескная декоративная маска должна была служить символом суфлеров и ложных алхимиков; кобель и сука — дополняющие друг друга символы постоянного и летучего, соединение которых означает осуществление „алхимической свадьбы“. Там же, на левой части портала, в простенке, наш алхимик не мог не заметить фигуру епископа (очевидно, Гийома Парижского, который, сам будучи большим знатоком герметической науки, заказал резчикам по камню выполнить все алхимические скульптуры собора Парижской Богоматери), попирающего ногами дракона. Ниже этой символической скульптуры посетитель мог видеть два небольших круглых выступа. Они служили символами двух грубых, еще не обработанных металлических пород, какими они извлекаются из рудника; два точно таких же выступа на противоположной стороне представляли их, но уже обработанные, очищенные от шлаков; наконец, два аналогичных мотива олицетворяли окончательное очищение от примесей. На центральном портале, слева, наш алхимик видел орла — символ Всемирного Духа; птицу Феникс — символ возрождения, олицетворявшую также красный камень; овна — указание на месяц, в котором следовало начинать операции Великого Делания; человека, держащего чашу; и, наконец, крест — символ четырех элементов первичной материи. Там же, на центральном портале, „делатель“ мог увидеть пять разумных дев и пять дев неразумных, расположенных по обе стороны ворот. Они олицетворяли собой, соответственно, путь успеха (ведущий к открытым вратам на небо) и превратности пути, хотя и заманчивого, однако ложного (ведущего к закрытым вратам). Правая часть портала также, в свою очередь, не лишена была герметических мотивов. В частности, на ней были воспроизведены двенадцать знаков зодиака. Справа, у входа в неф, искушенный посетитель должен был обратить внимание на большую (достигавшую в высоту двадцати восьми футов) статую, которой сейчас там нет, возведенную в 1413 году Антуаном из Эссара. Она представляла (это был хорошо известный религиозный мотив) святого Христофора, идущего вброд, неся на своих плечах младенца Иисуса Христа. В камышах у ног святого можно было разглядеть — весьма примечательная деталь — две колбы. Но нести Христа — не то ли самое, что и нести Свет? В нижней части нефа, слева, некогда находилась, прислоненная к стене собора неподалеку от лестницы, ведущей на башню, очень красивая надгробная плита каноника Этьена Ивера, известного алхимика. Изображения на ней представляли в виде классических религиозных тем из Апокалипсиса три уровня, на которых должно было осуществляться Великое Делание и необходимое чередование основных цветов: черного (гниение), белого (растворение) и, наконец, красного (рубификация). Рассказывали, что епископ Гийом Парижский спрятал в одной из колонн на хорах собора Парижской Богоматери изрядный запас философского камня, и взгляд ворона, помещенного на одном из порталов, будто бы направлен как раз на то место, где хранится сокровище. Разве случайно, что среди многочисленных скульптурных изображений на трех порталах фасада ворон — единственная статуя, взгляд которой направлен не на паперть, а внутрь собора? В 1926 году вышла в свет первая из двух знаменитых книг, подписанная псевдонимом Фульканелли — «Тайны соборов». Что касается собора Парижской Богоматери, то следует проявлять предельную осмотрительность, интерпретируя скульптуры, которые в настоящее время можно видеть на его фасаде. Когда архитектор Виолле ле Дюк во времена Второй империи реставрировал собор, он заменил некоторые оригинальные скульптуры (их пришлось удалить, поскольку они уже рассыпались от времени) новоделами, изготовленными по мотивам, заимствованным с других готических кафедральных соборов (в частности, Амьенского). И все же предание о взаимоотношениях между алхимиками и камнетесами, строившими собор Парижской Богоматери, существовало еще задолго до эпохи романтизма. Это предание следует принимать во внимание, разумеется, учитывая факт замены скульптур. Отметим, что скульптурное изображение сидящей женщины, которое в настоящее время можно видеть на центральном портале собора Парижской Богоматери, олицетворяющее алхимию, изготовлено под наблюдение Виолле ле Дюка скульптором Жоффруа Дешомом. Ими взята за образец статуя кафедрального собора в Лане, расположенная слева от большого круглого витража этого здания. Однако и в Средние века на центральном портале собора Парижской Богоматери находилась сидящая женская фигура, символизировавшая алхимию, с той лишь разницей, что она была изображена не анфас, а в профиль. Над оригинальной статуей помещалась шестиконечная звезда (печать Соломона), служившая символом успеха Великого Делания, бракосочетание воды и огня (представленных двумя равносторонними треугольниками). Женская фигура, символизировавшая собой алхимию, держит лестницу, насчитывавшую девять ступенек, которые, в свою очередь, олицетворяют девять степеней озарения. Один из малых мотивов на нижней части оконного проема центрального портала представляет собой человека, смотрящего на источник, вытекающий из-под корней дерева. Это — одно из классических изображений источника жизни, берущего начало из дуплистого дуба, в свою очередь символизирующего атанор (алхимическую печь). Портал собора Парижской Богоматери и в эпоху Ренессанса, и в последующие времена продолжал служить местом встречи всех, кто интересовался и увлекался алхимией. В XVI веке Ноэль дю Фай отмечал в своих «Рассказах Эвтрапеля»: «В свое время местом встречи подобного рода ученых был собор Парижской Богоматери». Однако и гораздо позже он продолжал оставаться им. Еще задолго до Фульканелли французский алхимик специально занялся изучением герметических скульптур собора Парижской Богоматери. Это был Эспри Гобино де Монлуизан, „знатный господин из Шартра, любитель натурфилософии и алхимии, а также трудов древних философов“. В результате видения, посетившего его в среду 20 мая 1640 года, накануне Вознесения, он постиг, что решающие подсказки к разгадке секретов Великого Делания надо искать в фигурах на портале собора Парижской Богоматери. Результаты своих исследований он собрал в книге «Весьма любопытное истолкование загадок и иероглифических фигур, реально присутствующих на большом портале кафедрального митрополичьего собора Парижской Богоматери». Дадим слово самому автору: «В тот день, помолившись Богу и его Пресвятой Матери, …я вышел из этой прекрасной большой церкви и, внимательно всматриваясь в ее роскошный и великолепный портал, весьма изысканно построенный от фундамента и вплоть до самого верха двух ее высоких восхитительных башен, заприметил то, о чем собираюсь сейчас рассказать». Авторство алхимических скульптур он отнес Гийому из Оверни (1180—1249), ставшему епископом Парижским в 1220 году». [Ютен. Указ. соч. С. 203—207]. Поэтому не случайно, что на протяжении долгих столетий этот собор оставался местом встречи всех тех, кто занимался алхимией, кто желал подчинить себе время. Сегодня даже проводится специальная экскурсия, знакомящая с алхимическими скульптурами собора Парижской Богоматери и использующая в качестве путеводителя книгу Фульканелли «Тайна кафедральных соборов». [Fulcanelli. Le mystere des cathedrals. P., 1964]. Сегодня число этих экскурсантов постоянно возрастает, что не является случайным, ибо популярность и распространение алхимии в наши дни достигает средневекового уровня. Ибо в наши дни даже учёные открыто признают, что «наука уже не может полностью удовлетворять насущные потребности человека. Стерлась грань между естественными и гуманитарными науками… В учёном мире признали субъективность научного знания… Становится понятным, что нельзя всё придавать рациональному объяснению… В условиях подобных трансформаций необходимо исследовать социокультурный статус астрологии, тесно связанный со многими духовными практиками… Именно в таких переходных условиях астрология не только доказывает своё право на существование, но и активно приспосабливается в обществе, манифестируя сущностное обновление духовных основ». [Владленова И. В. Астрология как сфера духовной культуры // Вісник Харківського національного університету ім. В. Н. Каразіна, 2005. №656. С. 213]. Так сегодня астрология и её духовная сестра алхимия вновь становятся в ранг наук, причём способных обновить духовные силы человека!? «Обновить» при помощи оккультных действ, спиритических сеансов, в надежде получить бессмертие, власть, подчинить себе время, которое безжалостно всё отсчитывает и отсчитывает часы для каждого живого существа. Итак, сегодня во многом уже разгаданы таинственные зловещие фигуры Нотр-Дама. Но так никому и не удалось с их помощью подчинить себе время.

ЧАСТЬ I

Тайны времени.

Глава 1

Его Величество Время.

Нам, людям, практически всегда не хватает времени. То не хватает минуты — и уходит поезд, то не хватает минуты — и не удаётся дорешать пример школьной задачи, то не хватает всё той же минуты — и не удаётся спасти человека, введя необходимый для него препарат. У одного внезапно обрывается жизнь в самом расцвете сил — и он не успевает реализовать все свои планы и начинания. А другой призван лежать годами в параличе, отсчитывая так медленно тянущееся для него мучительное время страданий. Ребёнок только рождается, а время уже начинает свой отсчёт, приближая этот ещё совсем маленький организм, только что вступивший в жизнь, к смерти. Мысли о безжалостном времени сводят людей с ума, и потому большинство предпочитает просто не думать об этом… и просто жить… Но все равно у каждого из нас вольно или невольно на определённо этапе своей жизни всплывает вопрос: а для чего всё это, если бой жизненных часов может положить всему этому неожиданный конец? Жить для детей, но и их ждёт та же участь. Как призрачно всё в этом мире! Пробивает час — и недавние богачи оказываются с сумой, а вершители человеческих судеб — в тюрьме. Пробивает час — и уходят наши близкие и любимые. Радость проходит так быстро, а время бед тянется так длительно. Нам то не хватает времени, то хочется задержать его, а то ускорить. Жизнь… Смерть… Время… Извечные проблемы, перед которыми стоит человечество. Так можно ли управлять временем? Каковы свойства времени? Как время может обмануть каждого из нас? На эти вопросы мы дадим ответ в первой части нашей книги. Во второй — мы совершим путешествие в далёкое время, на несколько десятков столетий назад, на поиск законов времени. И в третьей части нашей книги, эпилоге, мы познакомимся с хранителями времени. С теми, для кого время не бывает проклятием, с теми, кто знает, как управлять его законами, с теми, кого благословляет время, открывая им секрет вечной жизни.

Глава 2

Битва за и против времени.

Сегодня, когда мы обладаем столькими средствами слежения за временем — часами, настенными календарями и т. д. мы не отдаём себе отчёта в том, каким богатством с точки зрения древнего человека мы владеем. И ведь недаром в древних цивилизациях наибольшим уважением пользовались те, которые знали время, умели его отсчитывать. Ведь без его знания была невозможна жизнь общества. Предположим, люди бы не знали календаря и вообще не вели бы отсчёт времени, что бы тогда было? Во-первых, они бы не смогли подготовиться к зиме, сделав необходимые запасы, и обрекли бы, таким образом, на лишения себя и своих ближних. Они бы не собирали урожая, ибо не знали бы, когда надо сеять, а в какое время собирать. Была бы невозможна какая-либо совместная деятельность людей, ибо они просто не смогли бы вовремя собраться. Жизнь людей стала бы сплошным хаосом. Поэтому недаром календарь был заложен Самим Богом уже при творении нашей солнечной системы. «И сказал Бог: да будут светила на тверди небесной [для освещения земли и] для отделения дня от ночи, и для знамений, и времен, и дней, и годов» (Быт. 1:14). Древние календари мы находим при раскопках всех древних цивилизаций. Современные учёные удивляются той точности, почтению и скрупулёзности, которые проявляли древние по отношению ко времени. Вся история человечества — это фактически битва за и против времени. Современные успехи науки — создание почты, телеграфа, самолётов, поездов, наконец, Интернета — это борьба за время. Кто обладает временем, информацией — тот обладает всем. Но человечество, научившись преодолевать в считанные секунды пространство, так и не построило счастья, построив вместо него мир, изнывающий от страхов. Исследовав клетку, генетический код человека, мир так и не сумел остановить старение человека, остановить время. Пытаясь использовать каждую секунду рационально, человечество потеряло время — время для семьи, для размышления, духовного осмысления. Ускоряя погоню за временем, мы стали всё больше и больше опаздывать. Ведь именно XX и XXI века называют веками небывалой спешки, веками нехватки времени, и это при том, что средств связи и средств передвижения стало намного больше. Почему же так получилось? Первая причина — это суета. Куда-то постоянно торопясь, мы погружаемся в мир суеты. Второе: мы гоняемся за тем, что нам не нужно. К примеру, по статистике ещё совсем недавно среднеобеспеченный американец считал себя счастливым, если обладал 400 предметами. Сегодня эта цифра возросла до нескольких десятков тысяч! Но при этом вещей, необходимых для счастливой и комфортной жизни требуется, как показали исследования, не более 250. А из тех нескольких десятков тысяч около 3000 являются вредными для человеческого здоровья — духовного или физического. Мы гонимся часто за тем, что нам не только не нужно, но и причиняет нам прямой вред. Третье: люди пытаются соответствовать ложной системе ценностей преуспевающего человека, которую сегодня выдвигает мир (мерседес, телефон, любовница). И на это тратится то немногое время, которое человек живет на земле. Четвёртое: прожигание времени. Удивительно, но в наш век охоты за временем, когда людям кажется, по крайней мере, что они, наконец, получили минутку свободного времени, они начинают прожигать его в ночных клубах, за игральными столами, за бутылкой вина. Получается, что вся битва за время, весь их труд в поте лица был во имя того, чтобы красиво посидеть с друзьями в ресторане, сыграть в покер, заполучить очередную ночную красавицу, купить золотой унитаз… И во имя этого стоило бороться за время? С глубокой древности человек вел войну также против времени. В различных религиях и философиях он стремился победить время, стать бессмертным (см. Опарин А. А. В поисках бессмертия. Археологическое исследование Первой книги Царств. Харьков: Факт, 2004). Но все эти попытки заканчивались не просто поражением, а трагедией для человеческой истории. На страницах этой трагедии — и обезумевшие от постов монахи, и лишившиеся человеческого вида йоги, и смертники-террористы, и обожествлённые коммунистические вожди, и алхимики, и эзотерики, и т. д. и т. д. Бросало не раз человечество вызов и самому устройству времени, установленному Самим Богом, решая изменить по-своему недельный цикл, продолжительность месяцев и отсчёт времени. Это была настоящая война против дней, недель, месяцев, проводящаяся открыто и во имя уничтожения авторитета Бога. «В конце 1793 года на улицах французского города Арраса происходила не виданная никогда прежде демонстрация. В ней участвовало около 20 000 человек, почти все граждане небольшого города. Во главе шествовали 12 групп по 30 человек в каждой: сначала мальчики и девочки, затем юноши и девушки, потом молодые мужчины и женщины, а за ними пары постарше, люди почтенного возраста и совсем пожилые. Торжественное шествие замыкали пять 75-летних старцев и один 100-летний с длинной седой бородой — его несли под бархатным балдахином на носилках, увитых цветами. А в конце необычайной процессии шумной и веселой ватагой спешили вприпрыжку маленькие школьники и школьницы. Для чего понадобился этот „парад всех возрастов“? Будто и без того не известно, что жизнь бессмертна и всегда бок о бок с уходящим поколением на смену ему растет молодежь! Нет, то было празднество в честь введения нового — республиканского — календаря. Еще в 1788 году писатель Пьер Сильвéн Марешáль, революционер-атеист, издал „Альманах честных людей“. Он предложил заменить христианское летосчисление и ввести новый календарь: год должен начинаться весной, 1 марта, и состоять из 12 месяцев по 30 дней, или по три декады, как это было в Древнем Египте. В конце года Марешаль предлагал добавить пять (в високосном году — шесть) дней праздничных, посвященных Любви, Бракосочетанию, Признательности, Дружбе и Великим людям. В альманахе-календаре не было имен святых, как в христианских календарях, не упоминались короли, герцоги, графы, бароны и прочие аристократы. Вместо этих представителей феодальной знати названы были „честные люди“: народ должен почитать борцов за благо человечества, выдающихся ученых, государственных и общественных деятелей. Альманах Марешаля был дерзким вызовом, протестом против религии, против власти дворян и духовенства, против папы и католической церкви. И вольнодумный сочинитель альманаха поплатился за свою смелость: в начале 1789 года Марешаль был осужден за восхваление безбожников и презрение к „людям благородным“, то есть аристократам, происходившим из хороших, „благих“ родов. Этот безумный нечестивец, как было сказано в постановлении парламента, стремится „уничтожить старый календарь, опорочить имена тех, кто отличался святостью, поставить на их место язычников, атеистов — врагов нашей церкви… Поэтому его опасная книга должна быть предана огню, а ее автор заключен в тюрьму“. Книга была сожжена, Марешаль посажен в Бастилию, а затем выслан из Парижа. Однако через несколько месяцев все изменилось. Вооруженный народ 14 июля 1789 года захватил крепость Бастилию — с этого началась Французская буржуазная революция. Она свергла ненавистную народу королевскую власть, а Национальный Конвент, высший орган новой власти, 21 сентября 1792 года провозгласил республику. Все, что напоминало о старом порядке, феодально-крепостном строе, возбуждало гнев и негодование. Даже старый календарь, связанный с отжившей верой в божественные силы и чудеса, казался оскорбительным для достоинства граждан страны, обновленной революцией. Надо было изгнать предрассудки и суеверия из их последнего, самого прочного убежища — повседневного быта. И Конвент поручил комиссии выдающихся астрономов и математиков разработать новый календарь, очищенный от пережитков религии и феодализма. В сущности, „Альманах“ Марешаля послужил основой для календарной реформы. В сентябре 1793 года председатель комиссии Жильбер Ромм доложил Конвенту о проекте нового календаря. „Христианская эра, — сказал он, — была эрой жестокости, лжи, вероломства и рабства; она окончилась вместе с королевской властью, источником всех наших зол“. Последний день этой власти, 21 сентября 1792 года, должен стать и последним днем христианской эры. Вместо нее следует ввести новое летосчисление — от первого дня Французской республики, 22 сентября 1792 года. Как раз в этот или следующий день наступает осеннее равноденствие и в сентябре же заканчиваются сельскохозяйственные работы. Так пусть же, говорил Ромм, памятный народу первый день республики будет и началом каждого года. Тогда новогодие свяжет воедино всенародный праздник, важную астрономическую дату и завершение трудов в земледелии — основной отрасли всего хозяйства республики. В новом календаре, как предлагал Марешаль, было 12 месяцев по 30 дней, или по три декады плюс еще 5 или 6 дней в конце года. Упразднялась древняя неделя как вредный пережиток астрологии и религии. Вместе с семидневкой были уничтожены и прежние названия дней по именам богов. Каждый день декады получил новое название по числительным: первый, второй… до десятого, декади, — дня отдыха взамен воскресенья. Кроме того, праздничными считались: Новогодие — 22 сентября и все добавочные дни в конце года. Порядковыми числительными были названы и месяцы: 1-е число первого месяца наступало 22 сентября по григорианскому календарю; 1-е число второго месяца — через 30 дней, то есть 22 октября; 1-е число третьего месяца — еще через 30 дней, то есть 21 ноября, и т. д. Но тогда пришлось бы, называя дату, говорить, например, так: первый день второй декады третьего месяца четвертого года республики. Не сразу сообразишь, о какой дате идет речь. Очень интересное предложение внес депутат Конвента Фабр д’Эглантин — революционер, актер и поэт.

Впервые в истории.

Зал грохотал от аплодисментов, когда Эглантин произнес свою взволнованную речь. Каждая страница старого календаря, говорил поэт, осквернена предрассудками и фальшью — проклятым наследием церкви и трона. Слишком долго они навязывали народу, особенно доверчивым крестьянам, коллекцию вредных заблуждений и шарлатанства. Мы должны покончить с этими бреднями невежества и заменить религиозный обман истинами природы. Конвент единодушно принял новые названия месяцев, придуманные Эглантином. Они образно и просто напоминали о явлениях природы и важнейших земледельческих работах, как это было в старинном русском календаре. В согласии с природой год делился на четыре квартала — сезона по три месяца, или 90 дней. Осенние месяцы, с 22 сентября до 20 декабря по григорианскому календарю, получили названия: вандемьер — виноградный (сбор винограда), брюмер — туманный, фример — изморозный (месяц инея и заморозков). Зимние, с 21 декабря по 20 марта: нивоз — снежный, плювиоз — дождливый, вентоз — ветреный. Весенние, с 21 марта по 18 июня: жерминаль — месяц прорастания, флореаль — цветения, прериаль — луговой. Летние, с 19 июня до 16 сентября: мессидор — месяц жатвы, термидор — знойный, фрюктидор — плодоносный. Добавочные дни в конце года, с 17 до 21—22 сентября, были названы „бесштанными“. Странное название, не правда ли? Объясняется оно вот чем. Дворяне-аристократы щеголяли в кюлотах — коротких, до колен, бархатных штанах, украшенных внизу кружевами. Мужчин простого звания, носивших обычные брюки, аристократы окрестили пренебрежительным прозвищем „санкюлоты“ — бесштанные, то есть попросту бедняки, нищие. „Для нас, революционеров-патриотов, дорого это прозвище, прославленное свободой“, — сказал Эглантин и предложил назвать добавочные дни санкюлотидами, посвятив каждый из них особому празднику. В первый день — Гения — восхваляются выдающиеся победы человеческого ума: открытия и изобретения, сделанные за год в науке, искусстве, ремеслах. Второй день — праздник Труда и его героев. Третья санкюлотида была праздником Подвигов, мужества и отваги. Четвертая — праздником Наград, общественного признания и народной благодарности тем, кого прославляли в три предыдущих дня. Пятая посвящалась Общественному Мнению и Суду, одновременно веселому и грозному. Пусть боятся его все должностные лица: если они не оправдали доверия — горе им! Праздник Мнения открывает уста всем французам, и едкое их остроумие не щадило тех, кто обманул надежды народа. Шестой, добавочный день (только в високосные годы) именовался санкюлотидой Олимпиады — спортивных игр и состязаний. Впервые в истории календарь освободился от древних суеверий и предрассудков, но, к сожалению, ненадолго.

Заговор против религии.

Новый календарь начал свою жизнь с 22 сентября 1793 года — 1 вандемьера второго года Французской республики. Словно предвидя далекое будущее, писал тогда Марешаль: „Французская революция — только предтеча другой, более великой и величественной революции, которая станет последней“. Как раз в то время французские ученые разработали новую систему мер „на все времена, для всех народов“. Эта метрическая система, как известно, основана на десятичном счислении: каждая единица длины и веса в десять раз больше или меньше предыдущей. Почему бы и время не измерять по десятичной системе? Ведь считаем же мы годы десятилетиями, столетиями, тысячелетиями. Конечно, самый год нельзя разделить на десять или сто равных частей. Но что мешает другую, не менее важную меру времени — сутки — делить на десять частей? Ведь наши привычные 24 часа унаследованы от вавилонян, у которых сутки состояли из 12 двойных часов. Там это было связано с шестидесятиричным счислением. Но теперь у нас десятичное счисление, и республика вовсе не обязана преклоняться перед древними традициями. Разве не удобнее сутки делить на 10 часов, час — на 100 минут, а минуту — на 100 секунд? Тогда в сутках будет не 86 400, а ровно 100 000 секунд. Предложение ученых было принято Конвентом, и механики изготовили несколько экземпляров новых часов. На них был 10-часовой циферблат, разделенный черточками еще на 100 делений. Часовая стрелка за сутки совершала вместо двух только один оборот, а минутная вместо 24 оборотов — 10. Но часы тогда еще были дорогой редкостью, и решение о новой мере времени осталось на бумаге. Другое дело — новый календарь. Вводя его, Конвент призвал граждан „проявить неумолимую вражду ко всем предрассудкам“ и разъяснять всем, кто еще не знает, преимущества и революционное значение календарной реформы. Вот тогда-то и начались карнавальные шествия во многих городах Франции. В Бордо, на площади перед церковью, был поставлен балет с участием 12 месяцев и 5 санкюлотид. В других городах главными героями были Свобода, Равенство и Братство, а также Разум: он гордо восседал в карете, под колесами которой с жалобным писком лопались надутые пузыри суеверий. Из страха перед республиканской властью церковнослужители скрывали бессильную ненависть к новому порядку. Только один епископ злобно спросил Ромма: „Для чего нужен ваш календарь?“ — и получил достойную отповедь: „Для того, чтобы уничтожить ваше воскресенье“, то есть веру в Христа. Недаром враги революции, бежавшие за границу, богатые дворяне, называли республиканский календарь „заговором против религии“. Весть об этом заговоре быстро разнеслась по Европе и вызвала свирепую ярость духовенства, особенно католической церкви во главе с папой. Как смеют мятежники-санкюлоты посягать на законы и обычаи многовековой давности? Они не только выкинули из календаря всех святых, но и — страшно даже подумать! — совсем отменили воскресенье и все христианские праздники. Мало того, что республиканцы-безбожники развратили французов, — они заразят безверием и другие народы. Этого святейший папа простить не мог. Конечно, он обижен был не столько безбожным календарем, сколько совсем другими обстоятельствами. Католической церкви во Франции принадлежала почти десятая часть всех земель — огромные поместья, где трудились сотни тысяч закрепощенных крестьян. Французская революция начала сокрушать феодальные порядки. Вот почему папа призывал во имя Христа удушить революцию и поддерживал всех врагов республики, особенно французское духовенство. Недолго прожил республиканский календарь — всего лишь 12 лет. В сентябре 1805 года он был отменен Наполеоном I по соглашению с папой. Однако через 65 лет, с 18 марта 1871 года, первого дня Парижской коммуны — был вновь возрожден республиканский календарь: 1871 год считался 79-м от основания Французской республики, а март, апрель, май, как и прежде, назывались жерминаль, флореаль, прериаль. На этот раз календарь, как и Коммуна, просуществовал лишь 72 дня — до 28 мая. Так закончилась первая в истории попытка освободить календарь от религиозных пережитков, сделать его таким же простым и удобным, каким он был тысячи лет назад в Египте. Но там начало года блуждало по всем дням, а французские ученые прикрепили его к полуночи того дня, когда наступало осеннее равноденствие по парижскому времени. Эту дату астрономы заранее вычисляли с математической точностью. В таком строго научном календаре високосным считался не всегда каждый четвертый год, а иногда и пятый. В сущности, это не было новинкой: такое же чередование високосов впервые было придумано в Иране за 710 лет до Французской революции.

Как решается неразрешимая задача?

Долгую жизнь прожил замечательный иранский поэт Омар Хайям — около 83 лет. Много времени отдал он своим любимым наукам — астрономии и математике. Однако всемирную славу завоевал он не научными трудами, а знаменитыми четверостишьями, которые умещаются в небольшой книжке. Талантливый поэт воспевал красоту и радости жизни, язвительно осмеивал мусульманских богослужителей — мулл. Недаром они называли его стихи „лютыми змеями“ для законов, предписанных Кораном — священной книгой верующих мусульман. Молодого поэта-ученого глубоко уважал его старший друг Низам ал-Мулк первый министр султана Джелал ад-Дина Малик-шаха. По соизволению шаха в 1074 году была построена отличная астрономическая обсерватория: она прежде всего должна была помочь в решении важной задачи. Именно для этого ал-Мулк и пригласил к султанскому двору Омара Хайяма. В Иране с древних времен был солнечный календарь, такой же, как в Египте: он состоял из 12 месяцев по 30 дней и пяти добавочных дней, но високосного года, как и в Египте, не было. Поэтому календарь каждые четыре года убегал на один день вперед, а за 120 лет — на целый месяц. Однако через 119 лет в календарь добавляли еще один, 13-й месяц, и все дни вновь возвращались на свои места. А главное, при этом Ноуруз — первый весенний праздник и новогодие — опять совпадал с весенним равноденствием, 21 марта. Буйно и стремительно наступает весна в Иране: еще не успеет растаять в предгорьях снег, а на деревьях уже набухают почки и бутонами покрываются розовые кусты. Можно ли сделать так, чтобы Ноуруз всегда совпадал с началом весны — равноденствием? Вот какую задачу должны были решить Омар Хайям и другие астрономы. И Хайям предложил очень простое и удачное решение. Прежде всего надо было добавлять к каждому четвертому году, как в юлианском календаре, високосный день. Но этого еще недостаточно. Ведь весеннее равноденствие за 128 юлианских лет все же отступает на один день. Значит, и Ноуруз будет кочевать с 21 марта на 20-е, потом на 19-е число, все больше удаляясь от начала весны. Вы уже догадываетесь, что в Иране решали такой же вопрос, как в 1582 году календарная комиссия папы Григория XIII. В Риме нужно было прикрепить „навечно“ весеннее равноденствие к 21 марта, а в Иране — связать с этим равноденствием всенародный праздник новогодия. И Хайям придумал лучшее решение, чем в Риме, через 500 лет. В сущности, поэт-ученый стремился создать совершенно точный календарь, решить ту задачу, с которой началась эта книга. Теперь наконец пришла пора и нам заняться этой неразрешимой задачей». [Шур. Указ. соч. С. 262—269]. «Наш еженедельный выходной день до сих пор именуется воскресеньем. Разумеется, для советских людей это название не связано с днем сказочного воскресения Христа, а сохраняется лишь по старинной русской традиции. К сожалению, сохранилась в календаре и древняя семидневная неделя. Она, как вы помните, была освящена астрологическими суевериями и религиозными верованиями. Впрочем, мы на некоторое время освободились от этого календарного пережитка. С сентября 1929 года в СССР была введена пятидневная непрерывная неделя: четыре дня потрудился — пятый отдыхай! Казалось бы, очень хорошо, но, как показала практика, хорошо, да не очень. Предприятия работали непрерывно без выходных дней, поэтому пятидневку и называли непрерывной, и ежедневно пятая часть работников отдыхала. Получалось, что там, где достаточно было бы 1000 человек, трудилось 1200. Правда, и продукции они давали больше, но время-то знаете какое было? Вся наша Родина превратилась в гигантскую строительную площадку. Это были те знаменитые годы первой пятилетки, когда создавались Днепрогэс, Магнитка, Уралмаш и многие, многие гигантские заводы. Каждый год вступали в строй сотни новых предприятий, а рабочих для них не хватало. За границей тогда свирепствовала страшнейшая беда — массовая безработица: миллионы людей умирали от голода и болезней. А в СССР заводы и фабрики, шахты и рудники с нетерпением ждали всех, кто хотел „поступить на работу“. Можно ли было мириться с тем, что каждый день из пяти работников один отдыхает? Вот почему в конце 1931 года мы отказались от непрерывной пятидневки и заменили ее прерывной шестидневкой: пять дней работай — шестой отдыхай! Тоже неплохо. Но в 1940 году пришлось вернуться к семидневной неделе: в то время уже разгорелся пожар второй мировой войны, и необходимо было, не жалея сил, трудиться, чтобы крепить оборону… Теперь наши предприятия и учреждения перешли на пятидневную рабочую неделю: пять дней работай — два отдыхай! Это куда лучше, чем прежняя пятидневная непрерывка. Подумать только: еще 52 дня отдыха в год! Сколько дел можно выполнить за это время: ведь отдых — вовсе не бездумное безделье, а свободное время, которое каждый может отдать любимому занятию. Но переход на пятидневную рабочую неделю все же не отменяет древней семидневки. От нее можно будет освободиться лишь после соответствующей реформы календаря, а это, как вы скоро убедитесь, дело очень сложное. До сих пор сохранилось у нас и летосчисление от рождества Христова. Хотя мы и называем эту эру новой или нашей, она все же остается вымышленной. Изменить ее, как и календарь, можно лишь по международному соглашению, и ждать этого, по-видимому, придется еще долго. Но у нас есть и свое летосчисление. Около 100 лет назад великий сподвижник Карла Маркса, Фридрих Энгельс, предсказывая неизбежность социализма, писал, что с этого времени „начнет свое летосчисление новая историческая эпоха…“. Эта эпоха начата Великим Октябрем — и от 7 ноября 1917 года мы ведем наше, советское летосчисление, которое отмечается на листках многих календарей. Можно не сомневаться в том, что со временем эта эра будет принята всеми народами. Но удобно ли начинать год в ноябре? Нет ни одного месяца, с которого у какого-нибудь народа не начинался бы год. В древнеегипетском календаре и в нынешнем мусульманском календаре нет даже ни одного дня, который не был бы когда-нибудь новогодием. А с января разве так уж хорошо начинать год?..». [Шур. Указ. соч. С. 255—257]. «Календарные расчеты неизмеримо упростились бы, если бы все месяцы имели одинаковое число рабочих дней. Еще лучше, если бы любой день недели раз навсегда был прикреплен к определенному числу. Пусть бы, например, в каждом месяце было только по 28 дней, тогда мы скоро привыкли бы, что понедельник — это 1-е, 8-е, 15-е, 22-е числа каждого месяца, вторник — 2-е, 9-е, 16-е, 23-е, и т. д. Вот было бы хорошо: купил перекидной или табель-календарь, и он будет служить, пока не истреплется. А теперь, хочешь не хочешь, изволь ежегодно приобретать новый календарь. И каждый год на это расходуются миллионы рублей, поезда бумаги, сотни тысяч рабочих часов. Эти средства и труд можно сберечь, если создать неизменный из года в год, вечный календарь. Нужно только придумать такую комбинацию месяцев и недель, чтобы каждый день в любом месяце всегда приходился на одни и те же числа. Но как это сделать? Природа наделила нас очень неудобным и неудачным числом дней в году: 365 делится без остатка только на 5 и 73. Не делить же год на 5 месяцев по 73 дня. Если же в 12 месяцах считать по 30 дней, то получится только 360, а по 31 — выйдет 372 дня в году. Такое же неудобство и с семидневной неделей: в месяце их четыре +1, 2 или 3 дня, а в году 52 недели плюс 1 или 2 дня. Если в месяце будет ровно четыре недели, получится только 28 дней, а пять семидневок — это 35 дней. Никак нельзя разбить год на 12 равномерных месяцев с одинаковым количеством дней, а месяцы — на равное число недель. Как же быть? Едва мы успели справиться с одной неразрешимой задачей, как возникла новая. Но решить ее все-таки можно. И главная сложность вовсе не в простом и удобном решении…

По какому календарю жить?

Диву даешься, когда подумаешь, сколько людей трудилось над реформой нынешнего календаря. Сколько созывалось по этому вопросу съездов, конференций, совещаний! И до сих пор многочисленные комиссии и общества добавляют всё новые и новые предложения к сотням уже разработанных. А все они отличаются лишь несущественными деталями от двух основных проектов. Обсудим проект № 1. Год состоит из 13 равных один другому месяцев по четыре недели, или 28 дней. Каждый месяц начинается воскресеньем и заканчивается субботой, имеет четыре дня отдыха и 24 рабочих дня. Любой день недели всегда совпадает с определенным числом месяца, и все праздники из года в год приходятся на одни и те же дни недели. В этом календаре ровно 52 недели, или 364 дня. Не хватает одного или двух дней, — они не входят в счет. Один из них, Новый год, открывает календарь, а другой — вставляется посредине високосного года. Очень простой и стройный календарь: годится на любой год, упрощает все расчеты, связанные с разнокалиберными месяцами. Такой календарь предлагали ввести с воскресенья 1 января 1933 года, но он вызвал множество возражений. Придется добавлять непривычный тринадцатый месяц (как в лунно-солнечном календаре) — это не очень-то удобно, все равно что заменять наш с детства знакомый циферблат тринадцатичасовым. А самое главное — неудобно само число 13: оно не делится ни на два, ни на четыре, это усложнит расчеты по кварталам и полугодиям. Лучше проект № 2, сохраняющий 12 месяцев. Календарь этот также состоит из 52 недель, или 364 суток, а недостающие 1 или 2 дня не имеют числа и не включаются в неделю; это День мира и дружбы народов, следующий после 30 декабря, и Високосный день, добавляемый после 30 июня в високосные годы. Все четыре квартала (а значит, и полугодия) равномерны: в каждом по 13 недель, или 91 дню. Первый месяц любого квартала (январь, апрель, июль, октябрь) имеет 31 день с пятью воскресеньями, а все остальные кварталы — по 30 дней с четырьмя воскресеньями. Вот и получается, что в любом месяце по 26 рабочих дней. В нашей пятидневной рабочей неделе, кроме воскресений, выходные еще и субботы, то есть рабочих дней будет только 21 или 22, а в некоторых месяцах и того меньше. В марте, кроме 4 воскресений и 5 суббот, еще Международный женский день, и рабочих дней будет 20. В мае праздничные дни 1-е, 2-е, 9-е, и рабочих дней будет 19. В ноябре два праздничных дня Великого Октября, и рабочих дней будет 20, так же как в декабре, в котором к 9 выходным дням добавляется еще День Конституции. Интересно отметить, что во Всемирном календаре ни один из наших праздников не совпадает ни с субботами, ни с воскресеньями. В сущности, проект Всемирного календаря мало отличается от древнего кумранского, созданного больше двух тысячелетий назад. Такое совпадение не случайно, а неизбежно при существовании семидневной недели. Чтобы упорядочить календарь, следует установить целое число недель (52) плюс один или два дня „без числа и имени“. Правда, в проекте № 2 дни недели не в каждом месяце, а лишь в каждом квартале совпадают с одинаковыми числами. Но дата, годовщина любого события из года в год приходится на один и тот же день недели, например 7 ноября — на вторник. Несмотря на некоторые недостатки, это все же неизменный, „вечный“ календарь: каждый год и каждый квартал начинается воскресеньем и оканчивается субботой. Как видите, не так уж трудно придумать простой, удобный, всем понятный календарь, гораздо сложнее ввести его в жизнь, чтобы единый счет дней был на всем свете. Это можно сделать лишь после одобрения проекта всеми странами или большинством их… Но вот здесь-то и возникает главное препятствие: в капиталистических государствах еще сильно влияние церкви, а она всячески отстаивает сохранение устаревшего календаря. В 1954 году Секретариат Организации Объединенных Наций (ООН) высоко оценил проект, представленный Международной ассоциацией Всемирного календаря. Это все тот же проект № 2; год состоит из 52 недель плюс один или два добавочных дня без числа: один — День Мира, в конце года, международный праздник доброй воли и сотрудничества всех народов, а другой день, тоже праздничный, вставляется только в високосные годы между 30 июня и 1 июля. Проект поддержали СССР, Франция и другие государства, особенно Индия. В этой стране тогда существовало больше трех десятков различных календарных систем. Их создали века назад ученые брамины больше для астрологических гаданий, чем для практических нужд. Год начинался в разные дни, имел различное число месяцев, летосчисление велось по разным эрам. Можете представить себе, какая путаница получалась при этом, как мешало это единению народов великой страны, подчеркивая национальные различия и религиозные пережитки каст — замкнутых, как секты, общественных групп. Только в 1957 году индийское правительство ввело единый для всего государства национальный календарь. А ведь еще и до сих пор в некоторых странах сохранились старинные календари со своими эрами и новогодиями. Новый, Всемирный календарь предлагалось ввести с воскресенья 1 января 1956 года. И Секретариат ООН заблаговременно разослал проект всем государствам для обсуждения. Но правительство Соединенных Штатов Америки решило, что проект непригоден „по религиозным соображениям“. Не понравился он по той же причине и правительству Великобритании. В чем же дело? Если в календаре даже один день исключается из общего счета, то следующее за ним воскресенье тоже сдвинется на один день недели вперед. И выйдет, что Христос „воскрес“ не в воскресенье, а в понедельник — вот какое горе! Впрочем, дело не только в еженедельном религиозном празднике — пятница у мусульман или воскресенье у христиан. Некоторые христианские праздники и посты отмечаются через определенное число недель до или после пасхи. Да и сама пасха связана с воскресеньем. Если нарушится непрерывный счет дней недели, то все эти праздники придутся не на „свои дни“. Но ведь очень часто, как мы видели, православная церковь празднует пасху не в первое воскресенье после первого весеннего полнолуния, как предписал Никейский собор, а неделей позже. При этом сползают на неделю и все „подвижные“ или „переходящие“, как их называют, праздники, и никакой беды не случается. И все же церковь упрямо настаивает на сохранении существующего календаря и давно уже отжившей, никому не нужной семидневной недели, увековеченной тысячелетними предрассудками и суевериями. Некоторые защитники семидневной недели оправдывают сохранение ее древностью традиции: ведь существует она уже около 4000 лет, чуть ли не со времен вавилонского царя Хаммурапи, и сохранилась почти у всех народов. Ну и что ж из этого? Разве так уж полезны все традиции и необходимо их сохранять? Вот, например, французский республиканский календарь упразднил неудобную семидневную неделю, и ничего страшного не случилось. Другие защитники семидневки говорят: конечно, религиозные верования нам не указ; мало ли что евреи, а затем и христиане заимствовали вавилонскую неделю. И вовсе не верим мы библейской сказке о сотворении мира в шесть дней, после которых создатель почил от трудов своих в день седьмой. Но ведь не только богу, а каждому человеку необходимо отдыхать. Это безусловно верно, но не следует путать рабочую неделю с календарной семидневкой. Почему нужно работать непременно шесть дней подряд? Для здорового человека и правильного развития молодежи гораздо полезнее отдыхать раз в шесть или даже в пять дней. Еще лучше после трудовой пятидневки располагать двумя днями отдыха, как это установлено в Советском Союзе. Давно уже семидневка утратила всякий смысл и значение, кроме религиозного. Ведь ясно, что при любом разумном построении календаря неизбежно придется нарушить непрерывный счет дней по неделям. Так не лучше ли вообще отбросить эту неудобную меру времени, как обветшавший пережиток древних суеверий. Не странно ли в самом деле: любую вещь мы стараемся улучшить или заменить более совершенной, а календарь, которым все люди пользуются ежедневно, остается таким же неудобным, каким был 2000 лет назад. Он даже ухудшился: ведь в юлианском календаре сначала не было злополучной недели, усложняющей счет дней. А теперь все проекты вынуждены сохранять ее в угоду церкви и религиозным предрассудкам, в ущерб практическим удобствам и целесообразности». [Шур. Указ. соч. С. 276—281]. Мы специально процитировали события этой интересной борьбы людей против времени именно из книги, изданной в атеистическое время, чтобы передать весь тот сарказм и борьбу против Бога с одной стороны, и человеческую гордыню — с другой. В конце этой книги написано: «Интересно, в какой же день недели будут праздновать столетие Великого Октября? Это легко узнать по вашему календарю: …вы узнаете, что 7 ноября 2017 года придётся на вторник». [Шур. Указ. соч. С. 284]. Когда писались эти строки, никто не мог и предположить, что не пройдёт и тридцати лет, и СССР во исполнение пророчества рухнет, и что праздник Октября уже не только не будет отмечаться в государственном масштабе, но что даже большинство детей не будет знать, что мы видим сегодня, что это был вообще за праздник. Так столетиями борясь за и против времени, мир всё более и более погружался в хаос, превратившись в людей, потерявших время.

Глава 3

Бывшие люди.

Не только знаменитый французский собор Нотр Дам де Пари долго хранил свои тайны, но и на нашей земле многие величественные храмы на протяжении долгих столетий скрывали Время. Под помпезными сводами монастырских соборов, за золочеными алтарями, за клубами фимиама от глаз тысяч богомольцев скрывали людей, потерявших Время. Этих людей называли часто: бывшие люди… «Многие монастыри царской России служили тюрьмами… Монастырское заключение — одно из самых тяжких наказаний, применяемых православной церковью с давних пор». [Грекулов Е. Ф. Православная инквизиция в России. М.: Наука, 1964. С. 71]. «Под монастырскими тюрьмами понимаются места заключения при монастырях, с одной стороны, в виде монашеских келий обычного типа, с другой — в виде казематов внутри стен, или в подвалах под церковными полами и в погребах, или, наконец, в виде специально оборудованных тюремных зданий внутри монастырских стен. Во всех этих случаях начальником монастырской тюрьмы являлся настоятель монастыря, а подчинённые ему монахи несли обязанности помощников в деле осуществления режима узников». [Тюрьмы и наказания. Энциклопедия. Минск: Литература, 1996. С. 56]. Долгие века, вплоть до конца XIX века, эти монастырские застенки были сокрыты от посторонних глаз. И не случайно. Ибо когда первые учёные вступили под их своды, у них от ужаса кровь застыла в жилах. Вот, что пишет о своём посещении в 1887 году Соловецкого монастыря русский историк М. А. Колчин: «Мы зашли в узкий, длинный темный ход, проделанный внутри толстой тюремной стены. Идём по нему, сердце невольно сжимается… Идем далее, пока не наталкиваемся на небольшую дверь с маленьким окошечком в середине ее. За дверью чулан аршина полтора (около метра), без всякой лавки, без всего того, без чего жить человеку нельзя. В нём можно только стоять или сидеть, скорчившись. Лежать или сидеть с протянутыми ногами не позволяет пространство чулана, а скамьи для сиденья не полагается». [Колчин М. А. Ссыльные и заточённые в остроге Соловецкого монастыря в XVIXIX вв. М., 1908]. Другим видом монастырских тюрем были земляные тюрьмы. «Земляные тюрьмы представляли собой вырытые в земле ямы, в которые затем опускались деревянные срубы. Поверх земли делалась кровля с небольшим оконцем для передачи пищи». [Попов. Суд и наказание за преступления против веры и нравственности. Казань, 1904. С. 55]. Но самым страшным видом монастырских тюрем были так называемые каменные мешки. «Во многих монастырях узников помещали в особые каменные мешки, которые представляли собой узкие каменные шкафы, возведенные в несколько этажей внутри монастырских башен. Каменные мешки были изолированы друг от друга, их окна и двери заделывались кирпичом, оставлялось лишь небольшое отверстие для передачи узнику пищи и воды». [Грекулов. Указ. соч. С. 72]. Особой зловещей славой пользовались тюрьмы Соловецкого, Прилуцкого (в Вологодской области), Сибирского семгинского, Троицкого, Спасо-Ефимиева (в Суздале), Кирилло-Белозерского, Симоновского (в Москве) монастырей. Устройство каменных мешков в подавляющем большинстве монастырей было однотипным: «1,4 метра в длину 1 метр в ширину и высоту. Маленькое оконце служило не для освещения, а только для подачи пищи. В таком мешке нельзя было лежать, узник спал в полусогнутом состоянии. Сюда заключали узников „безысходно“, т. е. на всю жизнь, никакой связи с внешним миром они не имели». [Грекулов. Указ. соч. С. 73]. Помещая свои жертвы в эти страшные тюрьмы, синодальные инквизиторы обычно писали: «Посадить его заключенного в Головленковскую тюрьму, вечно и пребывати ему в некоей келии молчательной во все дни живота, и никого к нему не допускать, ниже его не выпускать никуда же, но точно затворену и зоточену быть, в молчании каяться о прелести живота своего и питаему быть хлебом слезным». [Иванов А. И. Соловецкая монастырская тюрьма. Соловки, 1927]. Помимо этого во многих монастырских тюрьмах «узники часто были закованы в ручные и ножные кандалы, прикованы к стене или к деревянной громадной колоде, подвергаясь смирению по монастырскому обычаю… Для усиления наказания на узников часто надевали „рогатки“ — железный обруч вокруг головы, закрывавшийся под подбородком на замок при помощи двух цепей. К обручу приделывались перпендикулярно несколько длинных железных щитов». [Грекулов. Указ. соч. С. 78]. Перед тем, как попасть в этот каменный мешок, где узник был лишен возможности видеть свет, спать, говорить с кем-либо, он был подвергаем пыткам. Историк М. Снегирёв пишет, что излюбленным видом пыток в монастырях была дыба: «… поднятому на дыбу привязывали к ногам тяжёлые колодки, на кои ставши палач подпрыгивал, и тем самым увеличивал мучение: кости, выходя из суставов своих, хрустели, ломались, иногда кожа лопалась, жилы вытягивались, рвались и тем причинялись несносные мучения. В таком положении били кнутом по обнаженной спине так, что кожа лоскутьями летела». [«Русский архив», 1867. С. 1160]. «Пытки производились не только по усмотрению архимандрита, но и по настоянию епископов, которым подчинялись монастырские тюремщики». [Грекулов. Указ. соч. С. 80]. И вот истекающего кровью узника бросают в каменный мешок, отрезая навек от людей и света. При этом стоит оговориться, что узниками были не убийцы и насильники, таковых просто казнили, ими были те, кто выступал против лжеучений государственной церкви [Грекулов. Указ. соч. С. 110—113], против поклонения иконам, исповеди перед священником, молитвы святым. И вот этих «еретиков» помещали в каменные мешки. И первое, что они теряли — это отсчёт времени. У них не было даже возможности делать зарубки на стенах для отметки прошедших дней, с одной стороны, потому, что не было никаких инструментов, да и цепи мешали, а главное, в мешок не проникал свет, и потому знать, когда закончился день и началась ночь не представлялось возможным. Вначале узники пытались вступать в контакт со стражем-монахом, приносившим им еду, но тому под угрозой смертной казни запрещалось вступать с арестантами в разговор. Большинство узников умирало уже в первые годы заточения от нечеловеческих условий пребывания. Но те, кто выживал, завидовали тем, кто умер. Ибо они умирали также, но только при этом продолжали дышать. Они не знали, какой сегодня день, месяц, год, живы или нет их близкие, они забывали человеческую речь. Они медленно сходили с ума. Они терялись во времени, встав вне его. И когда, спустя, порой, 20, 30 или 40 лет выходил указ об их освобождении и стражи разбивали кирпич и проникали в каменный мешок, то пред их взором представал уже не человек, а человеческое существо, безумно, со страхом взирающее на них. И никто бы не смог никогда узнать в этом «бывшем человеке» некогда гордого вельможу или строптивого епископа-вольнодумца. Они потерялись во времени, не понимая, кто они и где находятся. А не теряемся ли во времени и мы? Да, нас никто не садит в каменный мешок, не пытает, не одевает железных колодок, не лишает света и общения. Но всё же, если мы внимательно посмотрим, то увидим, что ведём себя, как будто бы мы потеряли счёт времени, не понимая, в какой момент истории мы живём. Ибо как по-другому ещё можно это назвать, когда, наблюдая по телевизору, а то и становясь прямыми участниками страшных наводнений, ураганов, землетрясений, обрушивающихся на нашу землю с небывалой доселе силой, становясь свидетелями страшных террористических актов, всё учащающихся войн, роста оккультизма и колдовства, люди не понимают, что живут в преддверии Второго Пришествия Христа. Сердца большинства из нас остаются глухи к Трёхангельской вести. Сегодня, в отличии от узников каменных мешков, Бог протягивает каждому из нас руку помощи, давая возможность выйти из того смрада, куда нас заточил грех. Но мы предпочитаем сидеть во тьме порока и греха, не ведая времени, превращаясь в живых существ, «бывших людей», чем принять Христа своим Спасителем.

Глава 4

Свойства времени.

Итак, для того, чтобы верно управлять временем, чтобы оно работало не против, а за нас, необходимо знать, в первую очередь, параметры, свойства времени. При исследовании этого вопроса мы можем выделить шесть основных характеристик. Первое. Время не возвращается вспять. Эту, на первый взгляд, само собой разумеющуюся аксиому мы часто забываем в нашей повседневной жизни. Тех возможностей, которые нам даёт время сегодня, у нас может не быть завтра. Недаром Библия говорит: «Вот, теперь время благоприятное, вот, теперь день спасения» (2 Кор. 6:2). Именно теперь, а не завтра, ибо завтра может уже не быть. Второе. Время не имеет сослагательного наклонения. Вчерашние ошибки, конечно, бывают лучше видны с позиции сегодняшнего дня. И мы часто сожалеем, «кусаем локти», зачем поступили в прошлом именно так, а не иначе. Но вернуть время и исправить ошибки уже не можем. И это действительно так. Но парадокс состоит в том, что сегодня мы делаем те же самые ошибки, что и вчера, сознавая при этом всю их пагубность. Недаром говорят, что человек любит становиться на одни и те же грабли. К тому же, если мы доверяем Библии, то она нам даёт советы, следуя которым мы можем быть уверены, что не будем сожалеть завтра о сегодняшнем дне и горевать, что время не имеет сослагательного наклонения. Третье. Настоящее время определяет будущее. «Что посеет человек, то и пожнет» (Гал. 6:7). Этот библейский закон посева и жатвы неотступно действует в жизни каждого из нас. Если мы кому-то сказали сегодня грубые слова, то можем быть уверены, что завтра мы их услышим уже в свой адрес. Если мы распространяем про кого-то намеренную клевету, то вскоре она обрушится и на нашу голову. Мы подвели друга, и завтра нас подведет тот, кому доверяем мы. Но урожай всегда бывает намного больше того, что мы сеем. Часто люди недоумевают, почему в их жизни столько напастей? И при этом не думают, а не собирают ли они плоды того, что посеяли когда-то в своей жизни. Особо это заметно на проблемах в наших семьях. Неуважительное отношение к пожилым родителям, которое проявляют молодые супруги, воспитывает их детей. И те, став взрослыми, проявляют то же пренебрежение к своим родителям, которое те проявляли к своим. Жена, разводясь с мужем, подаёт пример своей дочери, которая следует в этом часто за ней. Недаром статистика чётко показывает, что более, чем у 60—65% разведенных, дети, став взрослыми, разводятся также. Каждый себе хочет счастья, но что мы реально делали для того, чтобы оно было? Ибо только добро, сделанное нами сегодня, даст нам мир завтра. Четвёртое. Времени нет у того, кто ничего не делает. Недаром метко говорят: время убивает того, кто убивает время. Эту характеристику времени замечательно иллюстрирует стихотворение В. Маяковского «Прозаседавшиеся». И особенно это опасно в духовных вопросах, когда разговоры о том, как надо работать, заменяют, порой, саму работу. Мы проводим целые дни в советах различного уровня, разглагольствуя на высокие темы о работе на Божьей ниве, проблемах церкви, программах, но потратив всю энергию порой просто на болтовню, у нас уже не остается сил для реальной работы. Впрочем, проблемы в этом редко испытывают. Ибо сам факт того, что поговорили, позаседали, уже вызывает чувство удовлетворенности от соделанной в кавычках «работы». Христос не проводил нескончаемых совещаний. Он просто шёл и работал, проповедовал. Не было времени для заседания в офисах и у апостола Павла, который вообще не представлял, для чего ему, проповеднику Евангелия, нужен офис в «деловой» части Рима, как сказали бы сейчас. Он ходил пешком, но успевал почему-то больше тех, которые ездят на автомобилях. Удивительно, но у апостолов, Мартина Лютера, реформаторов, Е. Уайт хватало времени и для публичных проповедей, и для написания книг, и для повседневной работы, и для семьи. Они просто умели пользоваться временем, не убивая его. Пятое. Времени легко потерять счёт. Это очень опасная характеристика времени. Разговаривая, развлекаясь, отдыхая, читая мы легко теряем счет времени. Недаром говорят, что для влюблённых час равняется секунде. Человек стареет, не замечая этого. Но ведь в один день не стареют. Для этого нужны годы. Но мы не замечаем их. Жизнь, в её самых разнообразных проявлениях настолько пленяет нас, что мы уже не слышим хода жизненных часов. Робинзон Крузо оставлял на своём необитаемом острове, на одном из деревьев зарубки, чтобы не потерять счёт времени. А делаем ли эти духовные «зарубки» мы, наблюдая за своим временем. Такой духовной «зарубкой», сигналом к остановке является суббота. Особый день взаимоотношений с Богом. День размышлений о прожитой неделе. День — верстовой столб нашей жизни, показывающий, куда мы идём и каково наше духовное состояние. Недаром Иезекииль называет субботу знамением (Иез. 20:20). Это особый Божий знак, знамение на нашем жизненном пути. Но видим ли мы этот знак, делаем ли остановку в этот день. Делаем ли «зарубку», или предпочитаем мчаться сломя голову по этой жизни, теряя счёт времени. Шестое. Временем обладает каждый человек. У каждого из живущих на земле разный достаток, социальное положение, пол, национальность, здоровье. Одни обладают всем этим сполна, другие только мечтают хоть о малой толике того, что имеют другие. Но временем обладает каждый. Даже прикованный к постели инвалид имеет время для молитвы, для духовных размышлений, для общения с теми, кто рядом с ним, для ободрения их. Время — это самое большое сокровище, которым обладаем мы, люди. И в то же самое время, парадоксально, но это факт, мы меньше всего им и дорожим. У каждого без исключения человека есть время в жизни, отведённое ему Самим Богом для покаяния, принятия Крещения, жизни по Его Слову, Божьих благословений. И Бог совершенно не отводит нам времени на грех, который нас убивает. Но мы вместо благословения выбираем смерть, бездумно расходуя дарованное нам свыше сокровище — Время. И для тех, кто беспутно прожигает его, время становится лукавым

Глава 5

Лукавые дни.

Лукавый… как мы понимаем значение данного слова? Толковый словарь В. Даля говорит, что «лукавый — это хитрый, что-то умышляющий, злонамеренный, двуличный». [Даль В. Толковый словарь живого Великорусского языка. В 4 т. М.: Русский язык, 1989. Т. 2. С. 272]. Апостол же Павел в своём послании к Эфесской церкви пишет: «Итак, смотрите, поступайте осторожно, не как неразумные, но как мудрые, дорожа временем, потому что дни лукавы» (Еф. 5:15—16). Как это понимать? Когда мы говорим о лукавом человеке, лукавой политике, лукавом взгляде — понятно. Но как день, время может быть лукавым, т. е. двуличным, хитрым. Когда дни станут обманывать нас в датах, памятных событиях? Когда время может сыграть с нами злую шутку? Всё это возможно в нескольких случаях. Во-первых, это может произойти, если мы пользуемся календарём, содержащим ошибку. Тогда нам легко запутаться в датах, в выходных, в поздравлениях. Это в обычной жизни, жизни, в которой мы сверяем время по настенным календарям. А чем мы пользуемся в духовной жизни для проверки времени? Используем ли мы Библию, её пророчества в качестве календаря, где за много столетий предсказаны события, которые разворачивались и разворачиваются на нашей планете. Ведь и появление и крушение Вавилона, Мидо-Персии, Греции, Рима, расцвет папства в Средние века, появление США — всё это было предсказано в библейских пророчествах. Указаны в Писании и события, которые ещё должны произойти в нашей земной истории: объединение всех религий под главенством папы римского, диктатура США. Пользуемся ли мы этим единственно верным календарём, или предпочитаем в виде духовных календарей гороскопы, предсказания астрологов, гадания по руке и картам, пророчества шаманов или гуру, откровения духов в спиритических сеансах? Каждый из этих «календарей», столь рекламируемых в наше время и имеющих весьма представительный и даже научный вид, очень тонко обманывает тех, кто смотрит в него, сверяя с ним свою жизнь. Значительная часть пользователей этих «календарей» заканчивает жизнь в психиатрических лечебницах, сводит счёты с жизнью. У них разбиваются семьи, их мучают страхи и кошмары. Используя эти календари, мы должны отдавать себе ясный отчёт в том, что вступаем в контакт с дьяволом, который назван обманщиком и обольстителем, который обманывает даже тех, кто служит ему, доводя их до полного краха. Дни для этих людей становятся лукавыми, время обманывает их. За внешним процветанием, которое им дьявол даёт сегодня, они не видят своей трагедии завтра. Дни лукавят с ними. А точнее, они сами позволили, чтобы дни, время обмануло их. Ибо большинство людей, порой подсознательно, предпочитает жить в состоянии обмана. Во-вторых, время может обмануть нас, если мы не смотрим в календарь. Современные ритмы жизни, ускорение скоростей заставляет сегодня всё большее число людей заводить специальные календари-ежедневники, ибо память уже не может вместить всех дат и того, что необходимо сделать в тот или иной день. На столе ведущих бизнесменов покоятся в кожаных переплётах эти ежедневники, по которым они сверяют свой день, внимательно следя за всеми датами. Прекрасно понимая, что не делая этого или забыв хотя бы на день сделать что запланировано, могут быть большие проблемы: можно пропустить дату дня рождения начальника, дату деловой встречи и т. д. Но если обычно в календари люди заглядывают часто, то почему-то в духовный календарь, в Библию, люди предпочитают не заглядывать. У них на это просто нет времени. Нет времени для изучения Писания, молитвы, духовных размышлений, служения в церкви, но зато есть всегда время на походы в магазин, кино, удовлетворение своих различных прихотей. Но для Бога и помощи ближнему времени нет. Порой Библия стоит долгими неделями на полке, прежде чем её обладатель заглянет в неё. А ведь Достоевский Ф. М. очень верно отметил, сказав, что «Библия позволяет человеку взглянуть на себя глазами Бога». Но мы упорно забываем смотреть в этот календарь, который покажет нам наше истинное духовное состояние. Суета века сего засасывает нас и мы всё откладываем и откладываем этот календарь, пока не забываем о нём вовсе. И эти дни и время, проведённое в суете, наконец обманут нас, показав в один день, что самое главное — Вечную жизнь — мы потеряли. В-третьих, дни обманут нас и время станет для нас лукавым, когда мы будем смотреть не в календарь, а на людей. Ибо у каждого человека свои памятные даты, свои мероприятия, которые могут, конечно же, не совпадать с нашими. Точно так же опасно сверять свою духовную жизнь не с календарем — Библией, а с другими людьми, т. е. поступать по принципу, что раз большинство верит, предположим, в бессмертие души, почитает святых, то буду это делать и я. Большинство не соблюдает субботы — и я её не буду соблюдать. Большинство терпимо относится к гражданскому браку, а значит, и мне это можно. Пример стран Западной Европы, которые сегодня переживают глубокий кризис христианства, ярко иллюстрирует то, как опасно в вопросах веры смотреть не на Бога и Библию, а на других людей. Смотря, что другие не отличаются в духовных вопросах от нас, что мы не имеем проблем с работой, если нарушаем субботу, что у нас больше денег, когда мы не возвращаем десятину, нам, вроде бы, хорошо и легко. Недаром говорят, что по течению плыть всегда легче. Но в день, когда придёт Христос, в день, когда мы предстанем пред Божьим судом, мы уже будем не в толпе, а стоять один на один со Христом перед Божьим Законом. Стоять один на один перед Спасителем, жертву Которого отвергли. Стоять один на один перед Божьим Законом, который мы попирали. Что мы скажем в тот день? Скажем, что нарушали субботу потому, что её нарушало большинство? Пили, курили, прелюбодействовали потому, что это делали все? Клеветали и сплетничали, потому что этого никто не видел? Или мы будем просто молчать, позорно опустив голову, понимая, что мы, именно сами мы позволили времени обмануть себя, забыв слова Павла: «Итак, смотрите, поступайте осторожно, не как неразумные, но как мудрые, дорожа временем, потому что дни лукавы. Итак, не будьте нерассудительны, но познавайте, что есть воля Божия» (Еф. 5:15—17). Интересно, что само слово время происходит от «вартман», которое на санскрите означало «путь». Недаром в древности говорили «до города два дня пути», да и сегодня мы часто говорим, к примеру, «это совсем близко — минут пять идти, не больше!». Итак, время — это путь. Каким же будет наш путь? Он будет таким, каково будет наше время. В следующей части мы с вами совершим путешествие на много веков назад, где жили люди подобные нам, люди, которые боролись за время, которые тоже хотели счастья, но пожинали часто слёзы. Мы познакомимся с крупнейшими и яркими историческими деятелями, многие имена которых стали сегодня нарицательными. Мы познакомимся с жестокими царями и хитрыми вельможами, великими судьями и знаменитыми блудницами. И все они, с одной стороны, давно ушедшие в небытие, а с другой — продолжающие, как бы, жить своей философией в других современных людях, желают поведать нам многие тайны времени, которые открываются в повседневных, вроде бы, порой совсем небольших жизненных ситуациях. Но ведь именно в них мы часто и не знаем, как поступить, как правильно использовать законы времени.

ЧАСТЬ II

Проклятье времени.

Глава 1

О мирных людях, породивших Гитлера.

Наверное в жизни каждого из нас не раз бывали случаи, когда в самый ответственный момент случалось какое-либо непредвиденное событие: смерть близкого человека, предательство друга, измена супруга, провал поступления в институт, увольнение с работы. Как наиболее часто мы ведём себя в подобных ситуациях, когда, как нам кажется, время остановилось для нас? Не опускаются ли у нас руки, не замыкаемся ли мы в себе, не начинаем ли роптать и вымещать свою обиду на других? Некоторые предпочитают прибегать к помощи гадателей, спиритистов, пытаясь у них узнать, в чём причина неожиданного несчастья и как её исправить. Третьи идут к экстрасенсам, гипнотизёрам и психологам, пытаясь получить от них успокоение для своей души. Четвёртые идут в храм, жертвуют средства, кладут поклоны, прикладываются к святым мощам, призывают святых и небесных покровителей. Люди поступают по-разному, и у каждого из нас есть право выбирать, как было оно и у древних израильтян в тяжёлый для них 1385 г. до х. э. К этому году Израиль, вышедший из Египта, покорил уже большинство хананейских царств и был совсем близок к полному покорению Палестины. И вот в этот год, который обещал новые победы, умирает вождь иудейского народа Иисус Навин. В течении многих лет он вёл свой народ. Он жил его нуждами и заботами. Он в личной жизни воплощал те принципы верности Богу, о которых проповедовал израильтянам. Его слова пользовались безграничным авторитетом. Чудеса взятия Иерихона, Двойной день были неразрывно связаны с его именем. Он умел зажигать людей. Он умел им раскрывать волю Живого Бога. С ним были связаны самые лучшие их надежды и планы. И вот теперь он лежит на настиле, тих и недвижим, лежит, окружённый тысячами людей, склонивших свои головы. Несколько десятилетий назад народ уже стоял перед той же проблемой после смерти Моисея. Но тогда у траурного помоста стоял он, Иисус Навин, его достойный преемник. И боль по Моисею у Израиля не перешла в уныние, ибо они видели того, кто продолжит дело их старого вождя. Но теперь у гроба Навина не стоит никто, кто мог бы стать его преемником. Что делать, куда идти дальше, как продолжать жить. Ведь воинственные и извращённые ханаанские цари ещё далеко не истреблены, и, конечно же, узнав о смерти своего заклятого врага, они вновь поднимут голову. А как удержать единство самих 12 израильских колен, многие из которых стремятся к главенству? Не перерастёт ли это в гражданскую войну? А как сохранить чистоту вероучения перед лицом господствующего повсеместно язычества? Как? Как? Как?… И вот в этих критических обстоятельствах народ находит единственно верный выход. Он обращается к Богу. «По смерти Иисуса вопрошали сыны Израилевы Господа» (Суд. 1:1). Они не стали собирать нескончаемые совещания, советуясь друг с другом или старейшинами, не проводили время в стенаниях. Они просто обратились к Господу. Сегодня, подобно древнему Израилю, мы сталкиваемся, как уже говорили, со многими трудностями, духовными испытаниями, искушениями, недопониманием, мы так же, подобно Израилю тех дней, вступаем в духовное Божье наследие, сталкиваясь со многими проблемами. И при этом у нас нет ни Моисея, ни Иисуса Навина, ни апостола Павла, с кем можно было бы посоветоваться, как поступить, получить духовную поддержку, ободрение. Многие сегодня жалуются на то, что даже немалое число современных пасторов, поставленных, чтобы делать это, крайне нерадиво относятся к своему служению. А порой ещё и своей жизнью вводят в смущение верующих. Да, нет сегодня Моисея, Навина, Павла и Петра, мало посвященных служителей, но ведь есть Христос! И подобно тому, как Моисей, Навин и апостолы обращались напрямую к Нему, получая помощь и поддержку, точно также и каждый из нас может непосредственно обращаться ко Христу. И для этого не нужно посредничество святых и апостолов: «Ибо един Бог, един и посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус» (1 Тим. 2:5). Недаром незадолго до своей смерти апостол Павел, обращаясь к верующим, писал: «И ныне предаю вас, братия, Богу и слову благодати Его, могущему назидать вас более и дать вам наследие со всеми освященными» (Деян. 20:32). Патриархи и апостолы уходят, а Бог и Его Живое Слово остаются. Они остаются с нами всегда. Библия, её стихи, и, главное, их Автор всегда будут с нами. Бог остаётся. Он остаётся, чтобы разрешить любую самую сложную ситуацию. Он не сделал бессмертными Моисея или Павла, чтобы они веками вели народ, ибо тогда люди уже бы с ними связывали своё будущее. С ними, а не со Христом. И Бог ответил на эту молитву. «И сказал Господь: Иуда пойдет; вот, Я предаю землю в руки его» (Суд. 1:2). Многие, читая о том, как Израиль покорял Ханаан, удивляются жестокости израильского народа и вообще самому тому факту, что верующие люди воевали. Однако, те, которые хорошо знают историю, не задаются почему-то этими вопросами. И это не случайно. К моменту прихода Израиля в Ханаан население этой земли представляло собой яркий пример деградации общества. Общества, которое в пору было бы назвать стадом зверей, управляемым инстинктами. Ибо содомия, скотоложство, лесбиянство, кровосмешения, ритуальные человеческие жертвоприношения, массовые оргии стали неотъемлемой частью жизни этих народов, которые терзали не только своих соседей, но и самих себя. Это был народ, поправший всякие человеческие ценности и нормы. Это были люди, достойные высшей меры наказания по всем современным законодательствам. К тому же, своей извращённой религией они отравляли соседние племена и государства. И, наконец, даже если бы Израиль не уничтожил их, они бы изжили самих себя, только это продлилось бы ещё на несколько десятилетий, и погибло бы при этом куда больше людей. И так же не следует забывать, и это очень важно, что на протяжении 400 лет Бог обращался к этим народам с призывом покаяться, обратиться от своих злых путей, но они отвергли и попрали Его призывы любви. Что же касается того, как могли верующие вести вообще войну, то не следует забывать, что в те дни церковь не была отделена от государства. В Израиле существовало теократическое правление. И потому духовные вожди являлись вождями и политическими, выполняя и судейские обязанности, и функции главнокомандующего. В наши дни ситуация обстоит по-иному. Церковь отделена от государства, и потому уже не имеет тех функций, которые имела в ветхозаветные времена. Сегодня нет борьбы с силами зла и их приспешниками с использованием военной техники. Однако, борьба за обладание Божьим наследием, борьба со злом сегодня идёт не меньше. Недаром апостол Павел пишет: «Облекитесь во всеоружие Божие, чтобы вам можно было стать против козней диавольских, потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесной» (Еф. 6:11—12). Сегодня идёт Великая борьба между добром и злом, борьба за человеческий разум. И в этой борьбе нет посторонних наблюдателей. ««Ничто не достанется нам без борьбы, и за причитающееся нам наследие мы тоже должны сражаться…». Тот же самый принцип применим и к церкви. Господь не допустит, чтобы мы тихо и мирно вступили во владение наследием. Если мы будем избегать противостояния, мы даём волю хананеянам. Многие из наших братьев пытались остаться в стороне от конфликтов и в итоге утратили свои уделы. Нельзя обрести наследие, держась за мир любой ценой». [Коутс С. Комментарий к книге Судей Израильских. Новосибирск: Посох, 2000. С. 102]. Сегодня в мире «диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить» (1 Петр. 5:8). И потому он не оставит ни одного человека спокойно жить и служить Богу. Он оставляет лишь тех, за кого он не беспокоится: тех, кто ведет жизнь, угодную ему. А тех, кто проповедует Евангелие, свидетельствует своей жизнью о Христе, несёт активное служение в церкви, он не оставит в покое. Сегодня мы приближаемся к кульминации противостояния между добром и злом, между Христом и сатаной. И компромисс в этой битве невозможен в принципе. Но понимая это в теории, на практике мы почему-то делаем часто по-другому. Мы постоянно пытаемся примирить правду и ложь — лишь бы было тихо и спокойно для нас. Так при императоре Константине в церковь начали входить языческие лжеучения. И в результате дьявольские учения о бессмертии души, поклонении реликвиям, обожествлении людей, и т. д., и т. д. вытеснили из христианства почти всё христианское. А ведь в основе была благая идея примирить языческое и христианское население империи. Проповедь Евангелия встречала упорное противодействие других религиозных течений и политических сил, и потому многие христиане, чтобы не вызывать на себя огонь, либо вообще предпочитают не проповедовать, либо говорить в лучшем случае на нейтральные темы. Некоторые даже предлагают немного «урезать» «резкие» места Трёхангельской вести о папстве, отступивших церквях, Божьем суде, предпочитая проповедовать лучше о Божьей любви, проблемах семьи, отношении христианства к сексу и т. д., убеждая прежде всего самих себя, что это тоже нужные темы. Но ведь именно к нашему времени обращена Трёхангельская весть, а не весть о супружеских отношениях. Хотя эти темы, конечно же, у сил зла вызывают куда меньшее раздражение и противление. Итак, боясь всевозможных проблем, люди часто предпочитают замалчивать библейские истины, прикрывая это вновь благими намерениями о сохранении мира. Но мира между чем и кем? Светом и тьмой, истиной и ложью, Христом и сатаной? Всю историю Божья церковь была гонима. А мы порой хотим её превратить в элитарный, пользующийся всеобщим уважением клуб. Но этого никогда не будет. Искусственный поиск мира, или, точнее, лжемира, опасен порой и в совершенно обыденных ситуациях. Возникла, предположим, сложная ситуация на работе или в церкви, и мы знаем, что один человек явно поступает недопустимо по отношению к другому. Но поддержка одного и обличение греха другого может привести к проблеме. Так не лучше ли пройти мимо проблемы, по принципу: моя хата с краю? Лучше быть со всеми в мире, улыбаться и гонимому, и гонителю. Человек неверно проповедует истину, сеет раскол в умах людей, и мы вновь предпочитаем бежать от решения проблемы, делая вид, что ничего не происходит. Главное, сохранить мир. Но Христос сказал: «Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч» (Мф. 10:34). Не может быть, вновь хотим это подчеркнуть, мира между Добром и Злом. Между ними нет и не может быть моста — компромисса. И фанатизм здесь совершенно не при чем. Фанатизм — это слепая вера. А духовные принципы — это основа веры. В своё время правительства Великобритании и Франции, желая сохранить с Германией мир любой ценой, спокойно взирали, как она оккупирует Австрию и Чехословакию. Они желали сохранить лжемир, не обращая внимания на взрывы бомб и плач детей, желали сохранить лжемир, пока танки Вермахта не пересекли границы Франции, а бомбы не достигли Англии. А сколько зла можно было бы избежать, если бы в самом начале придавили гидру Гитлера. Желающие сохранить лжемир любой ценой пролили больше крови, чем все завоеватели. Потворство злу ещё отвратительнее самого зла. Ибо те, кто потворствуют злу, понимают, как плохо зло, но всё равно заигрывают с ним. Сколько людей было погублено только потому, что кто-то когда-то ничего им не сказал об их гибельном пути, на который они вступили. Иезекииль пишет: «Я поставил тебя стражем дому Израилеву, и ты будешь слушать слово из уст Моих, и будешь вразумлять их от Меня» (Иез. 3:17). А апостол Иоанн пишет: «И я также свидетельствую всякому слышащему слова пророчества книги сей: если кто приложит что к ним, на того наложит Бог язвы, о которых написано в книге сей; и если кто отнимет что от слов книги пророчества сего, у того отнимет Бог участие в книге жизни и в святом граде и в том, что написано в книге сей» (Откр. 22:18—19). Как часто мы отнимаем слова из этой книги. Мы, якобы, печёмся о том, чтобы был мир, но на самом деле сеем гибель. Желая сохранить свой покой, мы идём на компромисс со злом и неправдой, и перестаём быть христианами, губя себя и способствуя гибели окружающих нас людей. Пока мы живём на земле порока и зла, мы никогда не дождёмся Мира, к которому так стремится каждый человек. Мира, где не будет слёз, болезней, противостояния, смерти. Но для тех, кто выйдет победителем из Великой Борьбы, для тех, кто не шёл на духовные компромиссы, не искал лжемира, но был истинным христианином, Бог обещает такой мир, столь величественно описанный в книге Откровение. «И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет. И я, Иоанн, увидел святый город Иерусалим, новый, сходящий от Бога с неба, приготовленный как невеста, украшенная для мужа своего. И услышал я громкий голос с неба, говорящий: се, скиния Бога с человеками, и Он будет обитать с ними; они будут Его народом, и Сам Бог с ними будет Богом их. И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло» (Откр. 21:1—4).

Глава 2

В гостях у хананеев.

Если бы мы мысленно перенеслись в Ханаан тех лет, то перед нами предстала бы настоящая страна неприступных крепостей и замков. В те времена в Ханаане обитали десятки и даже сотни различных народов: мадианитяне, кенеи, ферезеи, гергисеи, иевусеи, евеи, и т. д., и т. д. Каждый из этих народов владел одним или несколькими городами, которые постоянно воевали друг с другом, и только перед лицом общей опасности объединяли свои усилия. Таким образом, общего царя хананеев, как обобщенно называли все эти народы, не было. Каждый город практически представлял собой независимое государство. Совершим же археологическое путешествие в типичный хананейский город того времени. Город, как правило, располагался на вершине горы, которую опоясывали ряды крепостных стен. Хананеи достигли большого мастерства в строительстве укреплений, которые имели у них ряд примечательных особенностей. Так «особенностью ханаанских укреплений второго тысячелетия является система независимых редутов (мигдолим), располагавшихся по всему периметру крепостей на расстоянии нескольких десятков метров от главных стен этих укреплений… [Они] затрудняли штурм и не позволяли большим массам конных войск (всадникам и колесницам, составлявшим основу войск кочевников) действовать вблизи крепостных стен… Главной особенностью укреплений… можно считать и гласис, то есть тщательно выровненный и утрамбованный под углом примерно в тридцать градусов передний скат холма. Обычно перед ним располагался контрэскарп с отвесными стенами (как, например, в Лахише) или ров, наполненный водой, как в Кадеше на берегу Оронта. Ещё одно достижение ханаанских строителей — сильно укреплённые городские ворота с прямым проходом и двумя или тремя рядами створок… Для того, чтобы добраться до этих ворот, нападавшие должны были пройти по мощёной дороге вдоль гласиса, подвергаясь обстрелу с расположенной справа стены. Такое положение воинов было наиболее уязвимым, поскольку воины обычно несли щиты в левой руке. Преодолев первый барьер, тяжёлую деревянную дверь, обшитую бронзовыми листами, и опускную решетку, нападавшие оказывались в узком каменном проходе, осыпаемом сверху стрелами. Повернув под углом в девяносто градусов, они должны были преодолеть еще двое не менее прочных ворот, между которыми находилось помещение для стражи. Надвратная башня была двухэтажной, и ее верхний ярус, как и крепостные стены, прикрывался зубцами. Хотя ни одна из подобных башен, как у крепостей, так и в редутах не сохранилась до наших дней, мы можем точно представить их устройство благодаря многочисленным изображениям и соответствующим деталям египетских сооружений. Еще одной новацией, облегчавшей защиту стен во врему штурма, был выступ верхнего яруса по отношению к нижнему, благодаря которому защитники крепости могли обстреливать наступавших прямо перед стенами. Похожую функцию позже станут выполнять машикули, то есть навесные бойницы». [Грей Д. Ханаанцы. М.: Центрполиграф, 2003. С. 61—63]. Практически каждый из хананейских городов имел прекрасно устроенную систему водоснабжения, то ли благодаря наличию источника, бывшего на горе, то ли благодаря строительству особого туннеля, соединявшего крепость с источником, если тот находился вне пределов города. Вследствие этого, а также наличия специальных зернохранилищ, эти города могли выдерживать долгую осаду. Основными сооружениями внутри города были храмы и царский дворец. В городе было, как правило, несколько храмов, посвящённых различным божествам. Размеры храмов сильно варьировали от небольших сооружений, площадью от 40 квадратных метров, до огромных, около 1000 и более квадратных метров! Устройство их было практически однотипным. Ориентированы они были в основном на восток и состояли из алтаря, где находилась статуя бога, помещений для жрецов и нескольких открытых дворов, где проводились религиозные празднества. Статуи божеств, как правило, изготовлялись из золота. Помимо данного вида храмов существовали и особые священные центры, представлявшие собой вертикально поставленные на каменной платформе монолиты из песчаника в форме то ли круга, то ли полумесяца. На этих камнях монолитов сохранился толстый слой высохшей жидкости — человеческой крови, которой жрецы кропили эти священные камни. [Грей. Указ. соч. С. 78]. Некоторые священные комплексы имели ещё и пещеры, где находился оракул, изрекавший свои прорицания. Другим центральным, наряду с храмом, сооружением в городе был царский дворец. Площадь дворцового комплекса была весьма внушительной, достигая, порой, до 1,5—2 гектаров. Сам комплекс был обнесён стеной с укреплёнными воротами. Дворцы, как правило, были двухэтажные и состояли из многих построек и внутренних двориков, которые возводились порой на протяжении нескольких поколений. Наиболее хорошо хананейский дворец сохранился в Рас-Шамре, на примере которого мы и познакомимся ближе с укладом жизни хананейских правителей. «Это была не просто частная резиденция, а многоцелевой комплекс. В четырех отдельных помещениях хранились хозяйственные и государственные архивы, в которых обнаружено множество законодательных и административных документов, написанных на местном алфавите и аркадской силлабической клинописи. На западе располагался вход, на юге возвышалось укрепление (мигдол), состоявшее из двух деревянных столбов, стоявших на каменных основаниях диаметром один метр. Через них гость направлялся к каменному портику над входом в приемную. Небольшая дверь на ее левой стороне вела к административным и складским помещениям. В них обнаружено несколько хозяйственных документов и бронзовых стило писцов. На правой стороне располагалась широкая дверь, с нишами для стражников справа и слева, в которых нашли оружие. Дверь вела к вымощенному камнем двору, где обнаружили множество следов колесниц. На дворе находился колодец, закрытый подобранным по размеру отверстия камнем и тщательно заложенный каменной кладкой, которая сохранилась неповрежденной. Скорее всего, колодец предназначался для использования в экстренных случаях, когда его вода должна была обеспечить нужды защитников дворца. Глубина более одиннадцати метров показывает, что для подъема воды должен был использоваться какой-то механизм. В южной стороне двора возвышался огромный вестибюль с колоннами, под который вполне могла заехать колесница правителя, но внутрь можно было войти только пешком. Пройдя через ряд комнат, можно было попасть в другой внутренний двор, но тот факт, что восточная сторона дворцового комплекса простиралась на то же самое расстояние на нижнем уровне, указывает, что весь дворец, так как он использовался в конце позднего бронзового века, был выстроен не по единому плану, а расширялся постепенно, по мере необходимости. К северу от большого двора обнаружили погребение правителя с тремя подземными комнатами для погребальных ниш. Могилы представляют собой помещения со стрельчатыми сводами, в которые спускались по каменным лестницам. Планировка дворца и обнаружение подобного сооружения указывает на то, что в поздний бронзовый век в Рас-Шамре было сильное влияние микенской культуры. При раскопках археологи нашли еще три внутренних двора и три независимые анфилады, служившие для административных надобностей. Одна анфилада располагалась у северо-восточного входа во дворец. Согласно обнаруженным в ней текстам, она предназначалась для ведения хозяйственных, судебных и налоговых дел, связанных с городом и примыкавшим к нему пригородом. Документы показывают четкое различие с постройкой, находившейся у западного входа, в которой велись дела, связанные с другими поселениями. Еще одно учреждение располагалось рядом с четвертым двором в середине дворца. В нем вели внутридворцовые дела. Обнаруженные там документы в основном содержат списки продуктов, поступивших во дворец, подношений, купленных и списанных предметов. На многих документах находятся оттиски правительственной печати правящей династии». [Грей. Указ. соч. С. 74—75]. Внутренние помещения дворцов были богато отделаны золотом и ливанским кедром. При их раскопках было найдено большое количество дорогих статуй, в том числе египетских, и золотых украшений. Примечательно, что большинство статуй было разбито. «На них обнаружены следы зубила — кто-то старательно отбивал им головы и руки». [Райт Д. Библейская археология. СПб.: BiblionoliΣ, 2003. С. 122]. Что было не случайным, так как израильтяне, исповедовавшие монотеизм, уничтожали всякие проявления язычества. При раскопках дворца в Асоре археологами была обнаружена часть статуй, спрятанных защитниками под полом дворца, и потому избежавших разрушения. [Ben-Tor A. Rubiato M. T. Excavating Hazor. Part II: Did the Israelites Destroy the Canaanite City? // Biblical Archaeology Review. May/June, 1999]. Местом для общественных собраний служили специальные открытые площади, располагавшиеся, как правило, у городских ворот. Там же находились кофейни, лавки менял, конторы нотариусов. Словом, это была деловая часть города, как мы сейчас говорим на английский манер — сити. В остальном хананейские города представляли собой весьма неприглядное зрелище. Города не имели никакой планировки. «Судя по раскопкам, в большинстве случаев здания располагались беспорядочно, группируясь лишь по окружности вокруг градообразующего холма (телля). Обычно они составляли несколько окружностей, постепенно спускавшихся к подножию до тех пор, пока поселение не заселялось полностью. Между домами оставлялись неширокие искривлённые улицы, на которых можно было укрыться в тени от жаркого солнца. Их ширина определялась средней колеёй колесного экипажа, поэтому во время песчаной бури их могло полностью засыпать песком. В этих узких, извилистых улочках, пыльных летом и покрытых грязью во время дождей, редко встречалась настоящая дренажная система… В большинстве случаев бытовые отходы и мусор просто выбрасывали за дверь жилища, где они скапливались рядом со стенами, откуда их растаскивали собаки». [Грей. Указ. соч. С. 68]. Поэтому пройти по улицам хананейского города можно было лишь плотно закрывая нос от того зловония, которое витало в воздухе. Однако, если бы нам вдруг удалось там оказаться, то, видимо, кроме носа пришлось бы закрыть и глаза и уши от того, что бы мы увидели у городских ворот или во дворах храма. Дело в том, что вся жизнь хананеев была наполнена суевериями и страхами. Поклоняясь садистским и извращённым богам, они впитали в свою жизнь их философию и обряды, которые не только не давали человеку мира и радости, но приносили страхи, озлобление и жестокость. Так, перед тем, как соорудить ворота города, жрецы умерщвляли новорожденных детей, помещая их живыми в специальные сосуды головой внутрь и затем закапывали живьём в землю. [Грей. Указ. соч. С. 69, 71]. Затем, уже после постройки, для придания воротам защитной функции, их регулярно смазывали кровью убитых детей. Это убийство и затем «освящение» ворот привлекало всё население города. Последнее стекалось и на регулярно совершаемые религиозные празднества, носящие так же зловещий характер. «Статуя Молоха… была колоссального роста, вся из меди, и внутри пустая. Голова была бычачья, потому что бык был символом силы и солнца в его лютом виде. Руки у статуи были чудовищной длины, и на огромные простертые ладони клались жертвы; руки, движимые цепями на блоках, скрытых за спиною, поднимали жертвы до отверстия, находящегося в груди, откуда они сваливались в пылающее пекло, которое помещалось внутри статуи, на невидимой решётке, а выпадавшие сквозь неё зола и угли образовывали всё возрастающую кучу между ног колосса. Полагают, что взрослые жертвы сперва закалывались, но нет сомнения в том, что дети клались живыми на страшные, докрасна раскалённые ладони чудовища. Родным настрого воспрещалось выказывать печаль. Детей, если они кричали, пока их приготовляли к ужасному обряду, успокаивали ласками. Как это ни должно казаться безобразным и невозможным, матери обязаны были не только присутствовать на страшном торжестве, но воздерживаться от слёз, рыданий и всякого проявления печали, потому что иначе они не только лишились бы почёта, подобавшего им вследствие оказанной им всенародно великой чести, но могли навлечь гнев оскорблённого божества на весь народ, и одно неохотно сделанное приношение могло уничтожить действие всего жертвоприношения и даже навлечь на народ беды хуже прежнего. Такая слабохарактерная мать была бы навеки опозорена». [Рагозина З. А. История Ассирии. СПб.: И-е А. Ф. Маркса, 1902. С. 151—152]. После этих ритуальных убийств население валом валило к храму богини Астарты, где их ждали многочисленные жрицы — проститутки, которые таким образом исполняли служение этой развратной богине. [Циркин Ю. Б. Карфаген и его культура. М.: ГРВЛ, 1986. С. 182]. Крупнейший ученый XIX века в области религии доктор Пьер Дюфур «признаёт главным элементом культа Ваала священную проституцию. Относительно сопровождавшей жрецов свиты (аколиты) он говорит: это были красивые безбородые юноши, которые для удаления волос со всего тела натирались благовонными маслами; они занимались в святилище гнусным противоестественным развратом… Они принимали более или менее активное участие в постыдных таинствах; они продавались почитателям своего бога и отдавали храму всё, что зарабатывали проституцией. Но это не всё: у них были собаки, дрессированные для той же преступной цели и то, что они выручали от продажи или от отдачи этих собак, „плату собак“, они тоже отдавали храму. Наконец, во время некоторых проходивших ночью церемоний, когда сами звезды прятались от стыда и смущения, жрецы и посвященные хватались за ножи и покрывали друг друга рубцами и неглубокими ранами; потом, изможденные от порока, до крайности возбужденные своей музыкой, они падали в лужи собственной крови. Женоподобные, говорит тот же автор, составляли секту, имевшую особый ритуал и свои тайны: происхождение этой секты стоит в очевидной связи с распространением венерических болезней, которые портили кровь женщин и делали близость с этой сектой очень опасной. Помимо этого, с целью увеличить доходы культа, при храмах были также группы женщин, которые занимались проституцией в пользу алтаря… На ночных празднествах „Доброй Богини“ проституция носила характер сатириазиса и нимфомании; разнузданность этих оргий не поддается описанию. Мужчины и женщины под звуки музыки и тамбура доходили до крайних пределов разврата, причем церемониями руководили жрецы». [Дюпуи Е. Проституция в древности. Кишинев: Logos, 1991. С. 24, 30]. «Богиня Астарта требовала от своих жрецов и прислужников самооскопления и некоторой женственности». [Смирнова И. Магия как она есть. М.: ФАИР, 1997. С. 248]. Помимо Молоха, Ваала и Астарты богами и богинями хананейского пантеона были: Шепеш (богиня Солнца); Решев (бог-разрушитель); бог Хорон; Никкаль (богиня Луны), культы которых отличались той же жестокостью и развратом. Такими и были хананейские города, сочетавшие в себе неприступность стен и башен с безумной жестокостью и развращенностью жителей. «Земля ханаанская поистине стала средоточием зла: кровопролития, ритуального разврата, чёрной магии, человеконенавистничества всех видов». [Щедровицкий Д. В. Введение в Ветхий Завет. М.: Теревинф, 2001. С. 475].

Глава 3

Что есть братство?

И вот именно с таким народом предстояло Израилю продолжить войну, но теперь уже без Иисуса Навина. Перед тем, как начать активные боевые действия, вожди колена Иуды обращаются к колену Симеона. «Иуда же сказал Симеону, брату своему: войди со мною в жребий мой, и будем воевать с Хананеями; и я войду с тобою в твой жребий. И пошел с ним Симеон» (Суд. 1:3). В минуты опасности Симеон не предпочёл отсиживаться в стороне и наблюдать за войной Иуды с хананеями, но предпочёл разделить все тяготы со своими собратьями колена Иуды. Дух братства… Не потеряли ли мы его окончательно в наше время? Время, когда каждый исходит только из соображений собственной выгоды и расчёта. Сегодня психологи и молодёжь не стесняются говорить о том, что даже жена — это профессия, а все разговоры о любви, верности, преданности — это вчерашний день. И потому, если подвернётся более выгодный мужчина, богатый или влиятельный, то надо сменить работу жены у прежнего мужа и поступить на ставку жены к новому. Поэтому, если даже узы брака превращены в сделку, то что уж говорить о братстве. А между тем, как часто каждому из нас не хватает верного плеча друга. Как часто мы ищем и не находим помощи, да просто понимания, когда нам тяжело и больно. И как бывает приятно, когда оказывается, что есть люди, которые просто так готовы нам помочь, будь то в ремонте по дому или на работе. Христос, обращаясь к нам, сказал: «все же вы — братья» (Мф. 23:8). И давайте задумаемся на минуту, что было бы, как изменился бы наш мир, если бы мы помнили и осознавали это. Осознавали то, что мы не враги, не конкуренты, а братья и сестры. Скольких бы не было тогда убийств, насилий, ссор. Ведь мы действительно являемся братьями и сестрами как потомки Адама и Евы. Более того, Кровь Христа, умершего за каждого из нас, соединила навеки узами любви и прощения всё человечество. Но почему мы тогда всё время рвём узы? Зачем? К сожалению, сегодня уже не только в миру, но и в церкви, члены которой именуют себя христианами, мы забываем и попираем братство. Да, в церкви мужчин называют братьями, а женщин — сёстрами, но стоит ли что-либо за этим словом. Или это просто обращение, как, гражданин, товарищ, используемое к тому же часто совершенно не к месту. Так, разве своих кровных братьев и сестёр мы зовём брат Иван или сестра Мария. Мы просто говорим Иван, Маша. Нам не надо подчёркивать, что они наши братья или сёстры. Они это и так знают. Зато в церкви, когда дух истинного братства утерян, компенсировать порой это хотят высокопарным обращением: брат, сестра. Как можно называть другого братом, когда ты «моешь» ему кости, болезненно следишь за его успехами и с радостью ловишь каждый промах и падение? Как можно называть кого-то братом, если ты равнодушно относишься к нему, его горю и заботам. Как можно называть кого-то братом, если ты просто используешь его. Как можно называть кого-то братом, если ты не уважаешь его. Что стоят эти велеречивые проповеди о братстве, что стоят эти красивые слова, если в жизни они не находят подтверждения? Ведь нет ничего хуже религиозного лицемерия. Лицемерия, когда приходится наблюдать, как члены церкви, ненавидящие порой друг друга, называют один другого сестрами и трогательно держатся за руки. Братство помимо помощи подразумевает и прямоту. Т. е., когда возникает какой-то вопрос, проблема, она решается прямо, открыто, пусть и не всегда приятно для слуха. Но как редки сегодня стали прямые откровенные разговоры. Удивительно, но утрачивая дух братства, единства в церкви, мы продолжаем просить Бога в молитве благословить нас, наших детей, излить Поздний дождь. На что мы надеемся? Или молитва тоже стала для нас формальностью? Ведь условие получения даров Святого Духа — это единство. Именно на этих условиях (Деян. 2:1) апостольская церковь получила Ранний дождь. Итак, спросим себя, какие мы братья и сёстры нашим ближним? Или мы только требуем братской любви и внимания к себе, не давая при этом её сами. Это другая сторона данной проблемы, состоящая в том, что библейское понятие о братстве верующих мы воспринимаем так, что придя в церковь, нам все обязаны. Нам обязаны помочь материально, дать одежду, убрать в квартире. И если этого не делают, то мы сразу говорим, что в церкви мало любви и нет братьев и сестёр. Знаю одну сестру, которая считает в порядке вещей придти без приглашения в дом, остаться там ночевать, а когда заболевает, то приходит к своей подруге, чтобы пожить у неё и чтобы та ухаживала за ней. Но при этом сама почему-то не проявляет того, что требует от других. Если мы не являемся настоящими братьями и сестрами, то это значит, что Кровь Христа ещё не смыла наш грех, ибо мы не пожелали этого. Это значит, что любое служение, каким бы важным оно ни было, не даст ничего нам в деле нашего спасения. Слова «братья и сёстры» не должны быть «избитыми» и «дешёвыми», как то мы наблюдаем нередко сегодня. Сейчас у каждого из нас есть, с Божьей помощью, реальная возможность стать духовным братом или сестрой. Ибо в этом единство церкви, её сила, и залог нашего спасения. «Мы знаем, что мы перешли из смерти в жизнь, потому что любим братьев; не любящий брата пребывает в смерти» (1 Ин. 3:14).

И «так как к тому времени дела хананеян опять поправились, то они с большим войском стали поджидать евреев близ города Везеки, поручив предводительствование этим войском царю Везеки, Адонивезеку (это имя значит „владыка Везеки“, потому что слово „адон“ означает по-еврейски владыку, господина), и рассчитывали побить израильтян благодаря тому, что умер Иисус Навин. Сойдясь с этими хананеянами, еврейские войска в составе двух вышеупомянутых колен блестящим образом сразились с ними, перебили у них свыше десяти тысяч человек, остальных же обратили в бегство и бросились за ними в погоню. При этом они схватили Адонивезека, которому отрубили большие пальцы на конечностях, так что он сказал: „Я убеждаюсь теперь, что Господь Бог всегда воздаёт человеку по его заслугам, потому что я подвергся ныне тому же самому, что я сам некогда причинил семидесяти двум царям“». [Иосиф Флавий. Иудейские древности. В 2 т. Минск: Литература, 1994. Т. 1. Книга 5. Глава 2, 2. С. 226]. От былой столицы Адонивезека — города Везека (в переводе молния, сияние) практически ничего не сохранилось. Его жалкие остатки идентифицированы с местечком Бецках (31053’ с.ш., 34058’ в.д.). Наказание, которому был подвергнут этот правитель, было весьма распространено в древнем мире. Так афиняне, победив эгинян, подвергли их той же участи, отрубив большие пальцы на правой руке. Древние персы поступили так с пленными греками, и когда Александр Македонский занял Персеполь, нашёл там 800 изувеченных греков. Делалось это по двум основным причинам. Во-первых, человек с отрубленными пальцами не мог владеть оружием, и, во-вторых, в этом состоял элемент унижения, ибо не имея пальцев, человек был вынужден есть подобно собаке, ртом, ползая близ стола пирующих победителей. Однако Адонивезек не был подвергнут унижению. Израильтяне «доставили его живьем в Иерусалим, где он умер и был ими похоронен». [Флавий. Указ. соч. С. 226]. Учитывая то, что как будет отмечено ниже, Иерусалим был крайне недолго в руках иудеев, царь Адонивезек недолго прожил после своего поражения. А тот факт, что он был погребён иудеями, говорит также о многом. Ибо врагов просто зарывали в землю, погребение же требовало и времени, и средств. Быть может, такая перемена отношения иудеев к Адонивезеку была вызвана его покаянием, ибо поражение от иудеев, увечья, нанесённые ему, не только не озлобили его, а привели к тому, что он признал свои прошлые грехи, сказав, что его постигло лишь то, что он заслужил. И это сказал недавний язычник. А как часто мы, именующие себя христианами, озлобляемся, когда в нашей жизни происходят неприятности, не желая при этом вспомнить, а может быть к нам просто вернулось то, что мы когда-то делали другим людям? Думаю, нам есть, чему поучиться у Адонивезека. После разгрома хананеев и ферезеев, войска иудеев подступили к городу иевусеев Иерусалиму. Иерусалим тех лет представлял собой небольшую, но мощную крепость, располагавшуюся на юго-восточном холме (который впоследствии стали называть Городом Давида). Основание города уходит своими корнями в глубокое прошлое. Так наиболее раннее письменное свидетельство (кроме Библии) об Иерусалиме содержится в так называемых египетских «надписях проклятий», датируемых XIXXVIII вв. до х. э. Дошли до нас и имена первых правителей Иерусалима — Мелхиседека, Иркама и Вшсана. Упоминается город и в Тель-Амарнской переписке, где содержатся письма царя Иерусалима Абди-Хеба, обращённые к фараону Египта, в связи с вторжением иудеев в Палестину. [Авдиев В. И. История Древнего Востока. М.: Политиздат, 1953. С. 385; Донини А. Люди, идолы и боги. М.: Политиздат, 1966. С. 157; Бецольд К. Ассирия и Вавилония. СПб.: Брокгауз и Ефрон, 1904. С. 34]. Во времена Иисуса Навина иудеи нанесли под Гаваоном жестокое поражение иерусалимскому царю Адониседеку, но сам город ими взят не был. [Мазар Б. Города и области Земли Израиля (на иврите). Иерусалим, 1976. С. 24]. Хозяевами города в те дни были иевусеи, одно из хананейских племён, родственное хеттам. И вот иудеи приступили к осаде Иерусалима, захватив вскоре сам город и предав его огню. Однако полного уничтожения иевусеев не произошло. Иудеи довольствовались лишь сожжением крепости, да и то по данным ряда авторов лишь частично. [Флавий. Указ. соч. С. 226—227]. Следующим крупным городом, который встал на пути иудеев, был Хеврон. Это была одна из лучших крепостей своего времени. За свою долгую историю он несколько раз менял названия: Мамре — во времена Авраама (Быт. 23:19, 35:27), Кириаф-Арба — при Иисусе Навине и судьях, Хеврон — в царскую эпоху, Castellum ad Sanctum («Крепость святого Авраама») во времена крестоносцев, и, наконец, в наши дни Харбун или Эль-Халиль (в переводе друг Божий). Это также один из немногих древнейших городов Палестины, который сохранился до наших дней, прославившись на весь мир своими стеклянными изделиями. Особым паломничеством в наши дни пользуется городская мечеть (хотя туда пропускают мало кого), которая, как считается, построена над пещерой Махпела, где были погребены Авраам, Исаак и Иаков с их женами Сарой, Ревеккой и Лией. Раскопки Хеврона продолжались на протяжении длительного времени, главными из которых были археологические исследования, проводившиеся в 1926—1927 гг. доктором Андасом Мадером, директором Восточного института Германского общества им. Гёрреса. Они явили глазам археологов следы страшного разрушения, которому подвергли город иудеи. Интересно, что «там ещё оставалось в то время племя гигантов, которые выдавались среди остальных людей огромным ростом и страшною внешностью, так что вызывали во всех изумление, переходящее в страх, благодаря их мощному голосу. Ещё и по сей день показываются их исполинские кости, и кто не видел их лично, тот не поверит, как чудовищно велики они. Этот город был предоставлен в знак особого отличия левитам, и к нему было прирезано ещё сверх того пространство в две тысячи локтей». [Иосиф Флавий. Указ. соч. Т. 2. Книга 5. Глава 2, 3. С. 227]. Из-под Хеврона израильтяне двинулись к Кириаф-Сеферу (в пер. город книг). Название города было неслучайным, ибо он являлся одним из религиозных и культурных центров хананеев. Его более позднее название — Давир (в переводе оракул, прорицатель) так же свидетельствует об этом. Развалины Давира были обнаружены под 31025’ с.ш. и 34021’ в.д. Их исследование было проведено археологической экспедицией Ксенийской семинарии и Американской школы в Иерусалиме, проходившей в 1926—1928 гг. На несколькометровой глубине археологами был обнаружен глубокий слой золы, деревянного угля и извести, с признаками сильного огня и следами хананейской культуры XVXIV вв. до х. э. Было показано, что город был разрушен и сожжен во времена Иисуса Навина. [Malamat A. Ursprünge und Frühgeschichte, in: Geschichte des Jüdischen Volkes. Bd I. München, 1981. P. 66—67]. Позже Давир был восстановлен и заселён иудеями. Итак, впервые город был завоёван иудеями ещё при Иисусе Навине (Нав. 10:38, 39), но вскоре после его смерти вновь перешёл к хананеям. И вот иудейские войска снова под его стенами. Давир был весьма внушительной крепостью. К тому же и Хананеи защищали его лучше многих других городов, так как он был их религиозным центром. Поэтому неслучайно один из старых сподвижников Навина Халев, обращаясь к иудеям, сказал: «кто поразит Кириаф-Сефер и возьмет его, тому отдам Ахсу, дочь мою, в жену» (Суд. 1:12). «И взял его Гофониил, сын Кеназа, младшего брата Халевова, и Халев отдал в жену ему Ахсу, дочь свою. Когда надлежало ей идти, Гофониил научил ее просить у отца ее поле, и она сошла с осла. Халев сказал ей: что тебе? [Ахса] сказала ему: дай мне благословение; ты дал мне землю полуденную, дай мне и источники воды. И дал ей [Халев по желанию ее] источники верхние и источники нижние» (Суд. 1:13—15). После победы над Кириаф-Сефером иудеи захватывают город Цефаф (в пер. возвышенное место). Ныне от него практически не осталось никакого следа. Его жалкие остатки скрываются под холмом Себайт (30052’ с.ш., 34042’ в.д.). Поэтому неслучайно этому месту было дано название Хориа, т. е. полное уничтожение. Затем последовали громкие победы над филистимскими городами Газой, Аскалоном, Екроном. Казалось, что вот-вот, и вся богатая Палестина не устоит под ударами иудейских воинов…

Глава 4

Железные колесницы.

Но в этот момент вдруг происходит неожиданное. Поход иудеев на долинные города останавливается: «Но жителей долины не мог прогнать, потому что у них были железные колесницы» (Суд. 1:19). Знаменательно, что первые строки этого же стиха говорят: «Господь был с Иудою, и он овладел горою» (Суд. 1:19), странное непонятное противоречие. Бог был с Иудой и тот не смог одолеть хананеев, живших в долине, так как у них были железные колесницы. Да, действительно, железные колесницы были весьма грозным вооружением. Недаром эти колесницы высоко ценили египтяне, которые получали одно время ими даже дань от хананеев. [Вейс Г. История цивилизации. В 3 т. М.: Эксмо-Пресс, 1998. Т. 1. С. 133]. Следует также учесть, конечно, что у иудеев вооружения из железа практически не было. Даже спустя века при Сауле оружие из железа имел только царь и его сын. И потому воевать против железных колесниц с бронзовым оружием было тяжело. К тому же, особую опасность колесницы представляли на равнине, где они могли развить необходимую скорость и буквально сметали вражеские армии. Всё это так. Однако, ведь к тому времени Израиль одержал блестящие победы над Иерихоном, неприступной твердыней Ханаана, ключом к этой земле, разгромил коалицию ханаанских властителей в Аиалонской долине. Покорил Асор, Гезер, Лахиш, Хеврон, Давир, сталкиваясь всякий раз с врагами, превосходившими его в боевом мастерстве и силе. Он одерживал победы в основном вопреки всяким военным расчётам и возможностям. Одерживал тогда, когда с ним был Бог. Ибо объяснить и чудеса падения Иерихона, и Двойного Дня археологи не могут, констатируя лишь эти факты, однозначно подтвержденные наукой, но и не поддающиеся материалистическому объяснению. И в то же время, когда Израиль отходил от Бога, нарушая Его повеления, как то было в битве за город Гай, он терпел полное поражение. Терпел поражение там, где должна была бы быть по всем расчётам уж точная победа. Эти истории показывают нам, что Бог реально действует в истории народов, летописи которых можно анализировать лишь опираясь не только на данные науки, но и библейскую философию, раскрывающую механизмы исторических событий. Так что же произошло с неудачей Иуды в битве с железными колесницами? В случае поражения под Гаем понятно, так как один из иудейских воинов Ахав утаил себе часть имущества из Иерихона, который был предан заклятию по повелению Бога. И потому Господь не даровал иудеям победы над Гаем, пока в их стане находилось заклятое. Но в случае с Иудой нарушения воли Божьей не было. Напротив, Иуда действовал согласно Божьей воли, и прямому повелению Господа. Более того, как мы уже видели, Бог был с Иудой, что подчёркивает первая часть 19 стиха 1 главы книги Судей. Бог был с Иудой, и Он был готов даровать ему новую победу. Но Иуда увидел не Бога, а железные колесницы. Он оторвал свой взор от Христа, и в этот момент к своему ужасу увидел мчавшуюся на него железную лавину, оглашаемую гиканьем лошадей и победными криками воинов. Он увидел реальность. Это не была галлюцинация, не было преувеличение. Он действительно увидел силу, которой противостоять объективно не мог. У него не было для этого сил. Спустя века в весьма схожей ситуации окажется апостол Пётр, который однажды во время бури на море увидел Христа, идущего навстречу ему. Глядя на Спасителя, он пошёл по воде. Но стоило ему оторвать свой взор от Иисуса, он сразу же начал тонуть. Оторвав взгляд, он так же увидел реальность. Он увидел и себя, находящегося среди волн. Он понял, что он погибает. За чувством страха он потерял из вида Христа. Точно так же, как и Иуда, смотрящий на мчащиеся колесницы. Как часто Бог бывает близок к нам, как часто Он готов ответить на наши молитвы, помочь нам решить сложную ситуацию. Но из-за страха мы не видим Его. Петр потерял из вида Бога, взирая на бушующее море, Иуда — на железные колесницы. А что для нас сегодня является железными колесницами, глядя на которые мы перестаём видеть Бога? Быть может, для кого-то этой железной колесницей является жестокий начальник, для кого-то — потеря капитала, для третьего — смерть близкого. Всё это действительно является сложными объективными проблемами. Но ведь рядом с нами Бог. Да, на нас могут мчаться колесницы. Но разве Бог уже не одерживал в нашей жизни победы, подобные тем, что были у Израиля под Иерихоном? Разве Христос не доказал нам, что Ему можно верить, и что если Он для блага иудеев продлил на сутки день!, то неужели Он не справится с железными колесницами, если мы, конечно, Ему это позволим. Удивительно, но исследуя жизнь библейских героев, да и свою собственную, приходишь к интересному выводу, состоящему в том, что духовно падают верующие, как правило, при незначительных испытаниях, если так можно сказать, в мелочах. Пётр, готовый умереть за Христа, обнаживший только что меч в Его защиту в Гефсимании, отрекается от своего Учителя перед какой-то служанкой. Давид, не боявшийся тысяч воинов, прошедший через горнило многолетних испытаний, не мог совладать с собой при виде обнажённой женщины. Эти примеры показывают нам, что мелочей в духовной жизни не бывает. Вплоть до самого Второго Пришествия Христа дьявол будет посылать на тех, кто хочет быть верным Богу, железные колесницы. Но при этом рядом с нами будет Господь, главное только, чтобы мы взирали на Него, а не на мчащиеся на нас железные колесницы, иначе страшная аксиома, закон, сформулированный патриархом Иовом, получит в нашей жизни своё действие. Что же это за закон? Об этом мы узнаем в следующей главе.

Глава 5

Аксиома Иова.

Если задать людям вопрос, часто ли они переживают, то, наверное, большинство ответит положительно. Мы переживаем за наших близких, родных, в ситуациях на работе, личной жизни. Переживаем потому, что боимся, как бы не произошло какого-либо несчастья, беды. И вот в книге Иова мы находим очень интересный закон, который открывает нам этот древний патриарх. «Ибо ужасное, чего я ужасался, то и постигло меня; и чего я боялся, то и пришло ко мне» (Иов 3:25). Иов преподносит его, как аксиому, т. е. истину, не требующую доказательств. И в этой аксиоме очень интересно выражена причинно-следственная связь между нашими страхами, опасениями и тем, что нас ждёт в жизни. А ждёт нас нередко именно то, чего мы боимся. Почему же действует этот закон и каковы его механизмы? Ибо если мы поймём их, а также найдём к ним противоядие, то сможем побеждать в своей жизни страх, волнения, которые так отравляют нашу жизнь. Итак, первая причина того, что этот закон действует, состоит в том, что мы, боясь и тревожась, проявляем недоверие Богу. Несколько лет назад у нас в церкви произошла интересная история. К нашему пастору обратился один член церкви, которого очень тревожил и волновал один вопрос. Это был действительно серьёзный вопрос, от решения которого зависело многое в жизни этого человека, а также в жизни его близких. Они долго беседовали с пастором, обращались к Библии, и в заключение совершили молитву, в которой доверили решение этой проблемы Богу, ибо по-человечески данная проблема была не разрешима. Встав с колен, пастор, улыбаясь, протянул этому человеку руку, а тот с самым серьёзным и пасмурным выражением лица снова сказал, прощаясь с пастором: «Право, не знаю, пастор, как удастся разрешить этот вопрос, ибо он так меня волнует, так беспокоит». После этих слов посерьёзнело и лицо служителя, который сказал в ответ: «А для чего мы тогда молились? Ведь мы просили Бога, чтобы Он разрешил эту проблему, доверили Ему её решение, сказали аминь, и вновь возвращаемся к этому же вопросу. Ведь этим возвратом мы проявляем недоверие ко Христу. С одной стороны, мы молимся Ему о Его решении, а с другой — как бы говорим, что да, всё это правильно, но всё-таки, как же эта проблема может быть решена, видимо, она вообще не решаема? Мы проявляем прямое недоверие Богу, которым оскорбляем и умаляем Его. Второе. Когда мы боимся, позволяя страху господствовать в нашей жизни, то при этом не только проявляем недоверие по отношению ко Христу, но и вообще перестаём Его видеть». Недаром говорят: «У страха глаза велики!». Мы перестаём видеть Бога за железными колесницами, о которых говорили выше. И, наконец, третье. Страх — это тоже вера. Это тоже религия. Только религия, вера «наоборот». Это вера во зло, в силу зла, а не добра. Наверное, вы часто слышали выражение, а порой, и сами произносили: «Я так и знал, что произойдёт именно так, я знал, что именно так и получится». Так говорят люди, когда случается какая-либо неприятность. Они верили в эту неприятность, боялись, страшились её, и она к ним пришла. Они получили по своей вере. Апостол Иаков пишет: «Но да просит с верою, нимало не сомневаясь, потому что сомневающийся подобен морской волне, ветром поднимаемой и развеваемой» (Иаков 1:6). Как видим, в страхе мы проявляем ту же веру, только наоборот. В страхе мы признаём безраздельное господство злых сил и неспособность Добра, Бога победить их. В страхе мы верим, в конечном счёте, в злую силу. Итак, боясь и страшась, мы проявляем недоверие Богу, перестаём Его видеть и начинаем осознанно или неосознанно поклоняться силам зла. И тогда, конечно, силы ада получают возможность реализовывать в отношении нас свои страшные, злые планы. Но как же победить в таком случае страх, как не подпасть под контроль демонов, когда мы сталкиваемся с серьёзными проблемами, кажущимися неразрешимыми, и влекущими за собой роковые последствия? Первое. В своё время Христос сказал: «Не две ли малые птицы продаются за ассарий? И ни одна из них не упадет на землю без воли Отца вашего; у вас же и волосы на голове все сочтены; не бойтесь же: вы лучше многих малых птиц» (Мф. 10:29—31). Этим Христос говорит нам и сегодня, что Он Бог и Хозяин положения. Ничто в этом мире не происходит без Его контроля. На голове человека сочтён даже каждый волос. И если у нас сочтён каждый волос, то тем более, Христос не оставит нас, если мы просим Его об этом, один на один с силами зла. Этого никогда не произойдёт. Второе. Говоря о последнем времени, Христос сказал: «И поведут вас к правителям и царям за Меня, для свидетельства перед ними и язычниками. Когда же будут предавать вас, не заботьтесь, как или что сказать; ибо в тот час дано будет вам, что сказать, ибо не вы будете говорить, но Дух Отца вашего будет говорить в вас» (Мф. 10:18—20). Итак, в самое сложное время истории земли, когда страх и смерть будут господствовать на планете, Бог не оставит Своих детей и даст им разумения, что говорить и как поступать. Они не потеряют присутствия духа, ибо с ними в этот момент будет Святой Дух. Так тем более в наши дни, если мы только попросим, Бог даст нам разумения, как поступать и что говорить в той или иной ситуации. Недаром Слово Божие говорит даже: «Когда Господу угодны пути человека, Он и врагов его примиряет с ним» (Притч. 16:7). Третье. Во дни пророка Исайи иудейский народ находился в очень тяжёлой ситуации, стране грозила гибель. Народ не знал, что предпринять, как спасти своих ближних. В страхе он метался от одного решения к другому. И вот в этой ситуации Господь через пророка Исайю говорит о том, что должен делать народ: «Сила их — сидеть спокойно» (Ис. 30:7). Пророк Аввакум говорит параллельную мысль. «А Господь — во святом храме Своем: да молчит вся земля пред лицем Его!» (Авв. 2:20). Эти стихи говорят нам, что мы никогда не должны бояться и позволять страху господствовать над нами. И когда мы сталкиваемся с неразрешимой проблемой, которую нам не удаётся решить, то тогда не надо метаться, как говорят, с круглыми от страха глазами из стороны в сторону, а нужно просто обратиться к Богу и спокойно ждать Его ответа. Ибо наша сила — сидеть спокойно, зная, что Он во Святом Храме Своем, т. е., что Бог на месте, Он всё видит и знает, и обязательно решит любой вопрос. Четвёртое. Бог никогда не допустит в нашей жизни проблему сверх наших сил, чтобы она подорвала наше физическое или духовное здоровье. Пятое. Прекрасным средством того, как победить страх, является помощь и забота по отношению к кому-либо. «В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение. Боящийся несовершен в любви» (1 Ин. 4:18). Когда нам тяжело, тревожно, проявим о ком-либо заботу, кому ещё тяжелее, чем нам. И мы увидим, как наши тревожные мысли рассеются, как чувство мира и покоя наполнит наши сердца. И тогда в нашей жизни обязательно исполнится обетование: «Притом знаем, что любящим Бога, призванным по Его изволению, все содействует ко благу» (Рим. 8:28). Проявляя искреннюю любовь к ближнему, мы этим самым проявляем и любовь к нашему Господу. Т. е. мы со своей стороны выполняем свою часть, и тогда Христос обязательно исполнит Свою, превратив нам во благо любую, даже самую сложную ситуацию. Иудеи времён, последовавших за смертью Иисуса Навина, забыли этот закон Иова. «Ибо ужасное, чего я ужасался, то и постигло меня; и чего я боялся, то и пришло ко мне» (Иов 3:25). Они ужаснулись мощи хананейских полчищ и колесниц, и этот древний закон стал действовать в их жизни, открыв наиболее трагичный период всей ветхозаветной истории.

Глава 6

Не выметенный угол.

Перестав видеть Бога и устрашившись мощи хананеев, израильтяне постепенно вовсе отказались от своей первоначальной задачи покорения всей Палестины и изгнания хананеев. «Но Иевусеев, которые жили в Иерусалиме, не изгнали сыны Вениаминовы, и живут Иевусеи с сынами Вениамина в Иерусалиме до сего дня. И Манассия не выгнал жителей Бефсана [который есть Скифополь] и зависящих от него городов, Фаанаха и зависящих от него городов, жителей Дора и зависящих от него городов, жителей Ивлеама и зависящих от него городов, жителей Мегиддона и зависящих от него городов; и остались Хананеи жить в земле сей. Когда Израиль пришел в силу, тогда сделал он Хананеев данниками, но изгнать не изгнал их. И Ефрем не изгнал Хананеев, живущих в Газере; и жили Хананеи среди их в Газере [и платили им дань]. И Завулон не изгнал жителей Китрона и жителей Наглола, и жили Хананеи среди их и платили им дань. И Асир не изгнал жителей Акко [которые платили ему дань, и жителей Дора] и жителей Сидона и Ахлава, Ахзива, Хелвы, Афека и Рехова. И жил Асир среди Хананеев, жителей земли той, ибо не изгнал их. И Неффалим не изгнал жителей Вефсамиса и жителей Бефанафа и жил среди Хананеев, жителей земли той; жители же Вефсамиса и Бефанафа были его данниками» (Суд. 1:21, 27—33). «Израильтяне стали жить в мире со своими врагами и усердно занялись обработкой земли и вообще полевыми работами. Так как последние в высокой мере вознаграждали их за труды и привели к большому богатству, то евреи впали в роскошь и стали настолько предаваться удовольствиям, что совершенно позабыли всякий порядок и перестали быть точными исполнителями законов и предписаний Господних… В то же самое время и государственное устройство у евреев пришло в упадок; они перестали назначать старейшин и других, раньше обыкновенно выборных начальствующих лиц и совершенно исключительно предались земледелию, радуясь сопряженным с ним выгодам. Вследствие столь большого беспорядка между ними опять возникли серьёзные смуты». [Флавий. Указ. соч. Книга 5. Глава 2, 7. С. 228]. Но ещё более роковым для их последующей истории стало влияние на них оставленных ими хананеев. «По мере оседания на земле и перехода к земледелию острота конфликта между израильтянами и их соседями уменьшалась. Последние, обладая более высокой материальной культурой… оказывали всё большее влияние на новых поселенцев, и самым ярким показателем этого явилось, как мы уже говорили, практическое принятие израильтянами ханаанского языка, хотя и с сохранением некоторых особенностей прежней речи». [Дьяконов И. М. Языки Древней Передней Азии. М., 1967. С. 357—359]. Но ещё более страшным стало внедрение языческой религии и философии хананеев в израильское общество. «Народ Израиля быстро направился к искушениям плоти, ко всем чарам физических радостей. Последние сделались единственной целью и смыслом его жизни. И вопреки слову пророков, говоривших именем Иеговы, вопреки заповедям священной скрижали … избранный Богом народ [пошёл] в страшную пропасть ненасытных страстей и извращений, перед которыми философ в бессилии немеет, ожидая их объяснения от науки. Быть может, это объяснение следует искать в фаллическом культе, который распространялся здесь тем быстрее, что у семитов не было никакого литературного или художественного идеала, который бы поглощал их энергию. Инстинкт деторождения господствовал над всеми сторонами их души и приводил их к самым чудовищным извращениям. Разнузданные божества прославляли безумие плоти и беспрерывное сладострастие. «Вакханка с распущенными волосами, говорит Бенье, входит взад и вперед, и поет, и поет перед лицом Израиля, охраняемого освященным ковчегом и пророками. Но, увы? Культ ханаанских богов глубоко укоренялся среди израильтян». [Косидовский З. Библейские сказания. М.: Политиздат, 1978. С. 237]. Человеческие жертвоприношения в честь Ваала и дикие оргии в честь Астарты всё более и более входили в жизнь израильского общества. Итак, нация, на которую ещё совсем недавно с трепетом взирали окружающие народы, нация, которая должна была истребить изуверские культы и основать в Палестине царство добра и мира, основанное на Божьих заповедях, нация, которая должна была понести весть о Великом Боге по всему миру, встала на тот же самый путь духовной деградации, который привёл к полному разложению хананейские общества. Казалось, что пройдёт ещё совсем немного времени, и израильтяне уже ничем не будут отличаться от окружающих их народов, поклоняющихся злой силе. Но с чего же начался этот зловещий путь иудеев, приведший их в течении каких-то всего лишь нескольких лет к столь страшным результатам? А начался он с того, что они оставили в своих уделах хананеев, позволив им жить совместно с ними, лишь платя дань. Иудеи стали терпимо относиться к тем грехам, которые творили и проповедовали хананеи. «И Ефрем не изгнал Хананеев, живущих в Газере; и жили Хананеи среди их в Газере [и платили им дань]. И Завулон не изгнал жителей Китрона и жителей Наглола, и жили Хананеи среди их и платили им дань. И Асир не изгнал жителей Акко [которые платили ему дань, и жителей Дора] и жителей Сидона и Ахлава, Ахзива, Хелвы, Афека и Рехова. И жил Асир среди Хананеев, жителей земли той, ибо не изгнал их» (Суд. 1:29—32). Мы видим, что народ Божий колена Асира и Неффалима живет среди хананеев, обитает среди убийц и насильников, относясь терпимо к их взглядам, постепенно принимая их. «Принимая мирские взгляды на жизнь или просто относясь к ним терпимо, мы впускаем их под свой кров и позволяем „жить среди нас“». [Коутс. Указ. соч. С. 106]. Израильтяне, вступив в Палестину, оставили в своём наследии «не выметенными» от греха многие его уголки. Не происходит ли подобного и в нашей жизни? Не оставляем ли и мы не выметенными порой некоторые уголки своей души, своего характера, своих привычек? Что кроют в себе наиболее часто эти «не выметенные» углы? ● Излюбленный грех. Во-первых, это так называемый излюбленный грех, индивидуальный для каждого человека. Это тот грех, который мы осознаём, понимаем, что это плохо, но отказываться от него не собираемся, потому что нам он очень нравится. Мы постоянно откладываем решение расстаться с ним, до тех пор, пока он уже всецело не завладевает нами и мы уже не можем представить своей жизни без него. Это грех, который мы совершаем наиболее часто. Проанализируем же свою жизнь и посмотрим, не оставили ли мы в ней излюбленных грехов. ● Просмотр аморальных фильмов. Часто не совершая, вроде бы, открытых грехов, люди, считающие себя верующими, смотрят различные фильмы явно нехристианского содержания. Эротические фильмы, фильмы со сценами убийств и насилий, «мыльные» сериалы типа «Кармелиты», «Исцеление любовью» незримо разрушают нашу психику, заставляя смаковать пикантные подробности, упиваться сценами любви и порока. Они незримо подготавливают нас самих ко греху, причём не только в мыслях, но затем и на деле. ● Нехристианская музыка. Удивительно, но как свидетельствует статистика, огромный процент христианской молодёжи, в том числе и принадлежащих к церкви Остатка, увлекается ею. И если внешне, в церкви, они скрывают свои вкусы, то дома у них на полную мощь звучит рок-н-ролл, джаз, блюз и пр., на экранах их компьютеров мелькают клипы с полуобнажёнными бегающими по сцене девицами, исполняющими примитивные песенки и всем своим видом рекламирующими свободную любовь, порок, измену. Конечно, после подобных «продвинутых» песен они уже не могут воспринимать христианские гимны, Псалмы Сиона, которые кажутся им «отстоем». Удивительно, но даже порой музыкальные руководители в общинах начинают оценивать уровень псалмов и песен по мирской шкале, считая при этом себя ещё и «продвинутыми» специалистами, как сейчас модно говорить. Эти мирские вульгарные песни не только отвращают от понимания красоты церковных гимнов, но и подтачивают в человеке саму духовность. Древний Израиль по смерти Навина начал воспринимать сладострастные ритмы хананеев, которые под удары барабанов сбрасывали с себя одежды, безумно танцуя. Эти древние танцы нам очень легко представить, если мы зайдём на любую дискотеку или в клуб, куда они, кстати, и пришли, пройдя долгие столетия, из языческих ритуалов и религий Древнего Востока. Первые стриптизы были исполнены ещё много столетий назад жрицами любви Ханаана. Израиль не захотел расставаться со столь «чарующей» музыкой и танцами, он пожелал их оставить в своём наследии. И мы почему-то, даже зная, чем закончилась эта любовь к «продвинутой» музыке у Израиля, продолжаем лелеять в своём духовном наследии эти ханаанские песни. ● Посещение богослужений иных конфессий. Искореняя вначале языческие капища, иудеи со временем стали терпимо относиться к ним, а затем и вовсе стали поклоняться в них идолам. Удивительно похожая ситуация происходит и в наши дни. Приняв вначале Христа, человек начинает внимательно исследовать Библию, преобразовывая согласно ей свою жизнь, избавляясь от всего того, что противоречит её учению. Он выбрасывает из своего дома карты, книги по оккультизму, мистике, харизматии, суевериям, будь они христианской или языческой окраски. Но затем по прошествии времени, порой, он вдруг начинает включать телепередачи с проповедями людей, проповедующих небиблейское вообще или искажённое христианское учение. Он их включает просто так, чтобы послушать. Но «просто» не бывает ничего. Все имеет свои плоды. Так же просто люди начинают читать и духовную литературу иных конфессий, находя в ней каждый раз много полезного. Затем начинают изредка посещать богослужения этих церквей, пока и вовсе не принимают их учения, отрекаясь от Истины. Мы ни в коем случае не осуждаем представителей иных христианских и других конфессий. Среди них есть очень много верных Богу детей, которых Господь приведёт в Свою церковь. Но в то же время мы не можем забывать, что наряду со всем этим учение данных конфессий противоречит Слову Божьему. И потому, когда мы начинаем посещать их, мы становимся духовными прелюбодеями, изменяющими Истине. Мы вступаем на духовную территорию, где Бог сопровождать нас не будет. В наши дни много молодёжи и начинающих служителей особенно часто посещают харизматические богослужения и концерты их групп. Посещают, как бы, просто так, а то и с целью перенять опят служения, не замечая вначале, как это пагубно влияет на них. По опыту многих церквей, в том числе и харьковских, хорошо известно, что подобное «перенятие» опыта заканчивается уходом из Божьей церкви. Поэтому хранение у себя и просмотр любой духовной литературы и кассет других конфессий — это «не выметенный» угол нашего наследства. ● Зависть. За долгую историю церкви по десятой заповеди ещё никого не исключали. Да это и немудрено, так как её нарушение, что называется, нельзя потрогать руками. Но между тем, её нарушение куда опаснее, чем прелюбодеяние или даже убийство. Оно опаснее потому, что убивает, во-первых, незримо тех, кто завидует, съедая их изнутри своим страшным огнём, а — во-вторых, своими кознями они также незримо разят и того, кому завидуют. Человек не видит при этом своего врага, но постоянно чувствует его злую руку. Как много ещё, к сожалению, у нас в церквях встречается завистников, как редко мы умеем радоваться успехам другого и с какой радостью отмечаем его падения. Как много ещё яда в наших словах, которые изрекают уста с деланной улыбкой. Как редко порой можно услышать, когда верующий отзывается о ком-то с добротой. Зависть — это мать злости, подлости, злорадству. Если мы не выметем этот угол, то страшная инфекция Зависти, находящаяся в нём, погубит со временем весь организм. Зависть привела к падению Люцифера, превратив его в сатану, она ежедневно губит и нас, превращая в его прислужников. ● Лицемерие. Эта черта сегодня также встречается всё чаще и чаще. Показная святость, при которой мы досконально выясняем, не лежало ли на этой тарелке когда-либо что-то нечистое, чтобы нам не оскверниться, но при этом проявляем полное равнодушие к людям. Это когда обнимаем брата или сестру, но при этом ненавидим их и распространяем о них худую молву. Это когда видим открытый грех, но закрываем глаза. Мы начинаем играть в христианство. Мы не можем, как в миру, открыто ругаться, вести разгульный образ жизни, но этого продолжает очень хотеться и поэтому мы вынужденно надеваем на себя эту маску лицемерия. Часто удивляются тому факту, что порой немалое число детей старых членов церкви, в том числе и детей служителей, уходят из церкви вовсе, или находятся в ней чисто номинально, потому что не хотят трогать и обижать уважаемых родителей, исключая их детей. И одна из проблем этого ухода молодёжи из верующих семей как раз и состоит в лицемерии. Ибо играть в христианство можно внешне, но дома, в домашних условиях это делать очень тяжело. И потому дети видят, с одной стороны, показную святость своих родителей в церкви, а с другой — их истинное лицо дома. Улыбаясь в собрании друг другу, дома супруги кричат друг на друга, проповедуя в собрании о скромности, дома только и говорят «о тряпках». Проповедуя о любви к ближнему — дома «перемывают» всем кости. Помню, как жена одного служителя, ушедшая из церкви, рассказывала, что её муж только и делал дома, что «перемывал» со знакомыми «кости» более удачливых своих коллег. Дети и близкие, видя всё это лицемерие, уходят из церкви, ибо она в их глазах ассоциируется с каким-то притворством, ханжеством. Мы часто удивляемся, порой, почему в наши дни Бог не прилагает так же много людей к церкви, как то было в новозаветные времена. И ответ здесь один: Церковь, мы, не готовы принять их. Не готовы из-за своих грехов, из-за своих не выметенных углов, духовная пыль из которых быстро распространяется по всему нашему организму, смертельно заражая его.

Глава 7

А ты идешь в Галгал?

Итак, первой ошибкой древних иудеев стал страх перед железными колесницами, вызвавший у них пренебрежение силой Божьей, доверием Господу, а второй — то, что они не изгнали от себя языческие народы, ущемляющие священные права Христа, и итогом этого стало прямое поражение израильтян хананеями, над которыми они ещё недавно одерживали громкие победы. «Хананеяне совершенно перестали бояться иудеев и собрали значительное войско, не потому, впрочем, что опасались подвергнуться каким-нибудь новым притеснениям со стороны евреев, но от того, что, нанеся им жестокое поражение, твёрдо рассчитывали совершенно безопасно и спокойно жить в своих городах. Ввиду этого хананеяне заготовили множество боевых колесниц, набрали хорошо вооруженное войско и соединились в колене Иудовом с сочувствующими им жителями Аскалона и Аккарона, а также с другими расположенными на равнине городами. Затем они принудили данитов бежать в горы, не оставив им ни клочка земли на равнине». [Флавий. Указ. соч. Т. 1. Книга 5. Глава 3, 1. С. 234—235]. В этот трагический момент Господь посылает Своему народу особого вестника. «И пришел Ангел Господень из Галгала в Бохим [и в Вефиль и к дому Израилеву] и сказал [им: так говорит Господь]: Я вывел вас из Египта и ввел вас в землю, о которой клялся отцам вашим [дать вам], и сказал Я: „не нарушу завета Моего с вами вовек; и вы не вступайте в союз с жителями земли сей; [богам их не поклоняйтесь, изваяния их разбейте,] жертвенники их разрушьте“. Но вы не послушали гласа Моего. Что вы это сделали? И потому говорю Я: [не стану уже переселять людей сих, которых Я хотел изгнать,] не изгоню их от вас, и будут они вам петлею, и боги их будут для вас сетью» (Суд. 2:1—3). Интересно, что Ангел Господень приходит именно из Галгала. Случайно ли это? Говорило ли это что-либо иудеям? Нет, случайности в этом не было. Галгал был особым местом в истории иудеев. Селение Галгал было расположено на равнине к северо-востоку от Иерусалима, в нескольких километрах от Иордана. Галгал был первым местом израильского стана по выходе его из Египта и перехода его через Иордан. [Ренан Э. История Израильского народа. М.: И-е В. Шевчук, 2001. С. 95]. Галгал переводится как свобода, свержение. «Место, на котором Иисус тогда расположился станом, получило название Галгала, что значит „свобода“, потому что евреи, перейдя через Иордан, считали себя уже совершенно освобождёнными от египтян, как и от всех бедствий, постигших их в пустыне». [Флавий. Указ. соч. Т. 1. Книга 5. Глава 1, 11. С. 213]. В ознаменование этого по Божьему повелению был воздвигнут особый памятник. «Когда весь народ перешел чрез Иордан, Господь сказал Иисусу: возьмите себе из народа двенадцать человек, по одному человеку из колена, и дайте им повеление и скажите: возьмите себе отсюда, из средины Иордана, где стояли ноги священников неподвижно, двенадцать камней, и перенесите их с собою, и положите их на ночлеге, где будете ночевать в эту ночь. Иисус призвал двенадцать человек, которых назначил из сынов Израилевых, по одному человеку из колена, и сказал им Иисус: пойдите пред ковчегом Господа Бога вашего в средину Иордана и [возьмите оттуда и] положите на плечо свое каждый по одному камню, по числу колен сынов Израилевых, чтобы они были у вас [лежащим всегда] знамением; когда спросят вас в последующее время сыны ваши и скажут: „к чему у вас эти камни?“, вы скажете им: „в память того, что вода Иордана разделилась пред ковчегом завета Господа [всей земли]; когда он переходил чрез Иордан, тогда вода Иордана разделилась“; таким образом камни сии будут [у вас] для сынов Израилевых памятником на век. И сделали сыны Израилевы так, как приказал Иисус: взяли двенадцать камней из Иордана, как говорил Господь Иисусу, по числу колен сынов Израилевых, и перенесли их с собою на ночлег, и положили их там. И [другие] двенадцать камней поставил Иисус среди Иордана на месте, где стояли ноги священников, несших ковчег завета [Господня]. Они там и до сего дня» (Нав. 4:2—9). Эти камни по свидетельству древних летописей и путешественников находились там вплоть до XIV столетия х. э. Так же, в Галгале было совершено обрезание. «В то время сказал Господь Иисусу: сделай себе острые ножи, и обрежь сынов Израилевых во второй раз. И сделал себе Иисус острые ножи, и обрезал сынов Израилевых на [месте, названном]: „Холм обрезания“. Вот причина, почему обрезал Иисус [сынов Израилевых]: весь народ, вышедший из Египта, мужеского пола, все способные к войне умерли в пустыне на пути, по исшествии из Египта; весь же вышедший народ был обрезан; но весь народ, родившийся в пустыне на пути, после того как вышел из Египта, не был обрезан. Ибо сыны Израилевы сорок лет ходили в пустыне, доколе не перемер весь народ, способный к войне, вышедший из Египта, которые не слушали гласа Господня, и которым Господь клялся, что они не увидят земли, которую Господь с клятвою обещал отцам их, дать нам землю, где течет молоко и мед, а вместо их воздвиг сынов их. Сих обрезал Иисус, ибо они были необрезаны; потому что их, на пути, не обрезывали. Когда весь народ был обрезан, оставался он на своем месте в стане, доколе не выздоровел. И сказал Господь Иисусу: ныне Я снял с вас посрамление Египетское. Почему и называется то место: „Галгал“, даже до сего дня» (Нав. 5:2—9). Обрезание было символом завета Бога с человеком. С одной стороны, его кровь указывала на то, что однажды придёт Мессия Христос, Который прольёт Свою Кровь за грехи человечества, открыв для людей путь к вечной жизни. Во-вторых, обрезание символизировало собой отсечение всего греховного, плотского, что было в человеке. Была отпразднована в Галгале и первая Пасха по выходе сынов Израиля из Египта. «И стояли сыны Израилевы станом в Галгале и совершили Пасху в четырнадцатый день месяца вечером на равнинах Иерихонских; и на другой день Пасхи стали есть из произведений земли сей, опресноки и сушеные зерна в самый тот день; а манна перестала падать на другой день после того, как они стали есть произведения земли, и не было более манны у сынов Израилевых, но они ели в тот год произведения земли Ханаанской» (Нав. 5:10—12). Пасха — это символ освобождения, символ, также указующий на грядущего спасающего Христа. Словом, приход Ангела Господня из Галгала не был случайным. Его приход из Галгала напоминал израильтянам о переходе через Иордан, о 12 камнях, об обрезании, Пасхе, словом, о Живом Боге, Который был с ними, пока они Его не отвергли. Ангел прибывает из Галгала, он обличает народ. «Когда Ангел Господень сказал слова сии всем сынам Израилевым, то народ поднял громкий вопль и заплакал. От сего и называют то место Бохим. Там принесли они жертву Господу» (Суд. 2:4—5). Народ, вроде бы, плачет, даже приносит Господу жертву, но остаётся в Бохиме. Народ не идёт в Галгал. Он остаётся в Бохиме. «Весь секрет заключается в том, что сыны Израилевы отказались идти в Галгал. Там пребывал ангел Господень, там пребывала сила Божия. Люди не были в Галгале со времён Иисуса Навина, и в этом крылась причина их неудач. Да, они одержали не одну победу, но эти победы были, скорее, знаком их немощи, Галгал же был местом обрезания, местом, где всё наше, плотское, отсекается прочь; это место силы и власти Божией, там пребывает и ангел Господень». [Коутс. Указ. соч. С. 109]. Но они не идут туда. Они плачут, приносят жертвы, но к чему всё это, если они не идут к Богу. А идем ли мы в свой Галгал, когда Господь обращается к нам? «Так говорит Господь: остановитесь на путях ваших и рассмотрите, и расспросите о путях древних, где путь добрый, и идите по нему, и найдете покой душам вашим» (Иер. 6:16). Ищем ли мы этот путь, путь истины и жизни, с которого часто сбиваемся или сбились, и который ведёт нас в Галгал, к Богу, к нашей первой любви, ко Христу, к Истине. Или мы предпочитаем оставаться в Бохиме, без Бога, без истины и там приносить жертвы и возносить молитвы. Но примет ли их Бог? «К чему Мне множество жертв ваших? говорит Господь. Я пресыщен всесожжениями овнов и туком откормленного скота, и крови тельцов и агнцев и козлов не хочу. Когда вы приходите являться пред лице Мое, кто требует от вас, чтобы вы топтали дворы Мои? Не носите больше даров тщетных: курение отвратительно для Меня; новомесячий и суббот, праздничных собраний не могу терпеть: беззаконие — и празднование! Новомесячия ваши и праздники ваши ненавидит душа Моя: они бремя для Меня; Мне тяжело нести их. И когда вы простираете руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои; и когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу: ваши руки полны крови» (Ис. 1:11—15). Господу не нужно служение, установленное человеком или приносимое по форме. Сколько сегодня христиан отвергают Божью Истину, не идут ко Христу, к Истине в Галгал, а остаются в Бохиме, предпочитая там служить Богу, там, где Бога нет, откуда Господь призывает выйти. Десятки и сотни отступивших церквей, миллионы христиан, отвергающих истину сегодня в Бохиме, и лишь горстка верующих следует в Галгал. А идем ли мы с вами, читатель, в Галгал, или предпочитаем оставаться в Бохиме? Куда ты идёшь?…

Глава 8

Закон Возврата.

«И сделали сыны Израилевы злое пред очами Господа, и забыли Господа Бога своего, и служили Ваалам и Астартам» (Суд. 3:7). Имя языческого бога Ваала дословно переводится, как господин. И иудеи подчинились этому кровожадному господину, который покорил их. И они стали служить этой злой силе, олицетворяемой этим зловещим богом. Одновременно с ним они поклонялись и Астарте, поклоняясь в её лице извращенности и похоти, а так же своим собственным низким страстям. Именно поэтому, когда говорится о поклонении израильтян языческим богам, то упоминаются именно эти двое, с одной стороны, как самые популярные, а с другой, символизирующие поклонение отступившим человечеством воинствующим силам зла (Ваал) и разбуженными ими похотям (Астарта). А не кадим ли и мы этим богам? Не служим ли мы им? Ибо всякий раз, когда мы смотрим аморальные передачи, прелюбодействуем, обманываем, крадём, предаём — мы не просто делаем плохо, но мы служим Ваалам и Астартам, мы служим сатане. Давайте вдумаемся в это. Насколько бы греха стало меньше на земле, да и в нашей собственной жизни, если бы мы постоянно осознавали, что когда делаем грех, то кадим напрямую злой силе. Библия делает в связи с этим весьма интересную ремарку. «Когда Иисус распустил народ, и пошли сыны Израилевы, [каждый в свой дом и] каждый в свой удел, чтобы получить в наследие землю, тогда народ служил Господу во все дни Иисуса и во все дни старейшин, которых жизнь продлилась после Иисуса и которые видели все великие дела Господни, какие Он сделал Израилю. Но когда умер Иисус, сын Навин, раб Господень, будучи ста десяти лет, и похоронили его в пределе удела его в Фамнаф-Сараи, на горе Ефремовой, на север от горы Гааша; и когда весь народ оный отошел к отцам своим, и восстал после них другой род, который не знал Господа и дел Его, какие Он делал Израилю, — тогда сыны Израилевы стали делать злое пред очами Господа и стали служить Ваалам» (Суд. 2:6—11). Поколение Иисуса Навина служило Господу, одерживало с Ним великие победы, но оно умирает, на смену им приходят их дети и выясняется, что они не знают Господа! В этом очень серьёзное предупреждение для нас. Во-первых, принадлежность к церкви и рождение в верующей семье ни о чём ещё не говорит. Вера не передаётся по наследству, не впитывается с молоком матери. Вера — это личный опыт и выбор каждого человека. Во-вторых, это говорит о том, что верующие родители, вероятно, сделали далеко не всё в духовном воспитании своих детей. Духовное воспитание — это не только и не столько чтение утреннего стража по утрам, молитва перед едой и посещение церкви по субботам. Это, в первую очередь, личный пример, неподдельный интерес к внутреннему миру своего ребёнка, жизнь его интересами и проблемами. В-третьих, это говорит о важности служения Господу. Ибо служение даёт опыт личного общения с Богом. Не имея служения в церкви и ближним мы никогда не узнаем Господа. Поколение, последующее за Навином, оказалось в среде Божьего народа по наследству. Оно не претерпело ужасов египетского рабства, опытов в пустыне и под Иерихоном. Они оказались в Божьей церкви в силу семейных традиций. Но вера — это не традиция. Исследуя историю церкви мы отчётливо видим, что кризисы наблюдались не в века гонений, а тогда, когда на смену апостолам и реформаторам приходили их дети и внуки, оказавшиеся в церкви автоматически. Помню, как на одном из уроков субботней школы на вопрос, как вы пришли к Господу, одна женщина искренне ответила: «Мне нечего сказать, так как я родилась в верующей семье». Эту проблему мы наблюдаем остро и в наши дни, когда поколение тех, кто перенёс гонения 1930—60-х годов уходит и часть их детей остается в церкви не потому, что это их личный выбор, а потому, что они верующие по наследству. В странах Западной Европы и США отчётливо наблюдается следующая картина. С одной стороны, в обществе царит порок, а с другой — почти все принадлежат в силу рождения к какой-либо церкви. Они могут даже толком ничего не знать об этой церкви, но при статистических опросах обязательно указывают свою к ней принадлежность, и более того, в этих странах крайне малое число крещений. Ибо крестятся только в своих церквях, не вдаваясь даже в вопросы их вероучения, согласуются ли они с Библией. Но крещение по наследству, без личного опыта, даже в Божьей церкви, ничего не дает. Итак, вера — это личный опыт, невозможный без служения Богу и ближним. И в связи с этим спросим себя: несём ли мы, лично мы, какое-либо служение. Ибо это очень важный показатель. Так как если человек действительно любит Господа, то он обязательно захочет служить Ему, захочет войти в духовное наследие, которое нам уготовал Христос. Спросим же себя, что представляет собой наша вера? Знаем ли мы Бога? Хотим ли Его узнать? Хотим ли служить Ему? И служим ли Ему? Израильтяне тех времён дали, к сожалению, отрицательные ответы на эти вопросы. И вера по наследству не спасла их. «И воспылал гнев Господень на Израиля, и предал их в руки Хусарсафема, царя Месопотамского, и служили сыны Израилевы Хусарсафему восемь лет» (Суд. 3:8). Царство Хусарсафема, как сегодня считают учёные, располагалось в области Верхнего Евфрата. [Циркин. Указ. соч. С. 120]. Ряд авторов (в частности, Д. Гарстэнг, раскопавший Иерихон), полагают, что Хусарсафем был одним из Хеттейских царей, распространивших свою власть на Месопотамию. Как бы то ни было, Израиль был покорён державой, с земель которой 600 лет назад вышел патриарх Авраам. Много столетий назад по Божьему повелению он покинул погрязшую в идолопоклонстве, разврате и оккультизме Месопотамию, отправившись в Палестину. И вот теперь те, от кого ушли прародители израильтян, покорили самих потомков Авраама. В этом очень важный урок и для нас, состоящий в том, что если мы отступаем от Господа, то рано или поздно попадём под влияние падшего мира, из которого в своё время вышли, заключив завет с Богом. Время станет для нас считать в обратную сторону от вечной жизни, которую мы когда-то избрали выйдя из своей духовной Месопотамии, к вечной смерти, к которой мы стали приближаться, вновь поворачиваясь на путь, ведущий в Месопотамию. В борьбе с Хусарсафемом «евреи потеряли множество войска, а другие были взяты в плен после ожесточенных осад городов. Между евреями оказались и такие, которые покорились царю добровольно, из страха. При этом им пришлось заплатить дань, превышавшую их платёжные силы, и подвергаться в продолжение восьми лет всевозможным насилиям». [Флавий. Указ. соч. Т. 1. Книга 5. Глава 3, 2. С. 235]. Иудеи, не пожелав служить Богу, стали служить Хусарсафему. Они отвергли Божью любовь и милость, избрав меч и кнут. Этот закон Возврата неумолимо действует и в наши дни. Отвергая служение Христу, мы автоматически выбираем служение злой силе, от которой в своё время ушли. Ибо в этом мире только два господина. Иудеям потребовалось целых восемь лет, чтобы они возопили к Господу, осознав всю глубину своего падения и безысходности того положения, в которое они попали. Как же действительно глубоко они должны были пасть, что должно было пройти столько лет, чтобы они искренне воззвали к Богу. Потребовалось восемь лет, чтобы короста греха сошла с их сердца. «Тогда возопили сыны Израилевы к Господу, и воздвигнул Господь спасителя сынам Израилевым, который спас их, Гофониила, сына Кеназа, младшего брата Халевова» (Суд. 3:9). «В колене Иудовом находился некий Гофониил, сын Кеназа, человек деятельный и разумный. Он удостоился откровения от Господа Бога не относиться безразлично к такому стеснённому положению израильтян, но попытаться вернуть им свободу, и при этом получил повеление взять себе в помощники на случай опасности нескольких надёжных товарищей (дело в том, что тогда среди евреев было очень мало лиц, которые стыдились бы своего унижения и стремились бы к перемене обстоятельств)». [Флавий. Указ. соч. Т. 2. Книга 5. Глава 3, 3. С. 235—236]. Эту удивительную особенность мы наблюдаем и в наши дни, когда часто верующие люди стесняются свидетельствовать о Христе, да и вообще показать себя верующими, стесняются сказать, почему они святят субботу, и в то же самое время находящиеся с ними грешники не стесняются рассказывать о своих грехах. С экранов телевизоров люди открыто рассказывают о своих семейных изменах, половых извращениях, работе проституткой и пр. Они не только не стесняются этого, но даже бравируют своей «свободой». Их очень устраивает эта «свобода», хотя она убила их как личность, унизила в них само понятие человека. Они не пытаются, как и многие иудеи времён Гофониила, изменить что-либо. Недаром многие сегодня сожалеют о сталинских временах. Удивительно, как ГУЛАГ, физический или духовный, притягивает человека. Итак, «для начала Гофониил перебил находившиеся в городах гарнизоны Хусарсафема, и так как ввиду удачного исхода этой первой попытки к нему присоединялось всё больше и больше желающих поддержать его, то он, наконец, вступил с ассирийцами в открытый бой, совершенно разбил их и, оттеснив к Евфрату, принудил их отступить за него. В награду за оказанные при этом случае подвиги храбрости Гофониил получил от народа должность общественного судьи». [Флавий. Указ. соч. Т. 1. Книга 5. Глава 3, 3. С. 236].

Глава 9

Судья Израиля.

Прежде, чем рассмотреть, что собой представлял столь необычный для правителя народа титул судьи, необходимо кратко остановиться на том, что вообще представляло собой израильское общество того времени. Его низовой социальной единицей был «отцовский дом» (бет аб), т. е. объединение близких и частично дальних родственников и зависимых людей под властью «отца». [Faust A. The Rural Community in Ancient Israel during Iron Age II // Bulletin of the American Schools of Oriental Researches, 2000. 317. P. 29; Tappy R. E. Lineage and in pre-exilic Israel // Revue Biblique, 2000. An. 107, 2. P. 182—186]. В подобный «отцовский дом» входило обычно несколько поколений. Все имущество принадлежало этому же дому, поэтому, если кто-либо лишался наследства, то он терял и всё имущество. Подобный «отцовский дом» проживал в практически неукреплённой деревне, состоящей из трёх- и четырёхкомнатных домов, у каждого из которых был свой большой двор для скота. [Kochavi M. The Israelite Settlement in Canaan in the Light of Archaeological Surveys // Biblical Archaeology Today. — Jerusalem, 1985. P. 55; Weippert H. Palestina in vorhellenistischer Zeit. München, 1988. P. 393—401]. Иудеи не любили ещё селиться в городах, прошлая кочевая жизнь больше притягивала их, и потому они избрали нечто среднее между ними. Следующей за «отцовским домом» единицей был род (мишппаха), который объединял несколько «отцовских домов», и члены которого вели своё происхождение от общего предка. [Faust. Ibid. P. 29]. Каждый род (или, по-библейски, племя) имел своё родословие, которое тщательно хранилось. Роды насчитывали порой до тысячи и более человек. Следующей за родом (племенем) социальной единицей было колено, управляемое советом старейшин. [Faust. Ibid. P. 30]. Это деление израильского общества хорошо представлено в книге Иисуса Навина. «Иисус, встав рано поутру, велел подходить Израилю по коленам его, и указано колено Иудино; потом велел подходить племенам Иуды, и указано племя Зары; велел подходить племени Зарину по семействам, и указано [семейство] Завдиево; велел подходить семейству его по одному человеку, и указан Ахан, сын Хармия, сына Завдия, сына Зары, из колена Иудина» (Нав. 7:16—18). Каждое колено (за исключением Левия) обладало определённой территорией, составляя вместе с другими коленами своеобразную, как бы мы сейчас сказали, конфедерацию, т. е., политическое объединение, в которое входят субъекты, обладающие самостоятельными независимыми вооружёнными силами, ведущие внешнюю политику, но объединяющиеся воедино перед лицом общей опасности и для реализации совместных планов. Безусловно, это лишь очень общая характеристика весьма необычного политического образования под именем Израиль. При этом надколенными органами (вновь для лучшего понимания используя современную терминологию) были совет старейшин и народное собрание, в котором принимали участие все боеспособные мужчины. [Шифман И. Ш. Государство в системе социальных институтов в древней Палестине // Государство и социальные структуры на древнем Востоке. М., 1989. С. 58]. Общими для всех колен были и священники, которых возглавлял первосвященник, отправлявший в скинии служение Богу. Священническое звание передавалось по наследству между потомками Аарона, как и помощники священников могли быть только левиты, т. е. принадлежащие к колену Левия. И, наконец, общим для всех колен Израиля был судья (шофет). Хотя правда, порой, и не все колена следовали за ним (так за Деворой и Вараком последовала лишь часть колен; Гедеона не признали ефремляне и т. д.), о чём подробно будет рассказано ниже. Что же представляли собой полномочия судьи? Во-первых, подобная должность на древнем Востоке далеко не ограничивалась понятием, что судья — это человек, который творит суд. Так в древних государствах Мари, Эбле, Угарите судья являлся представителем политической власти в отдельных частях государства. [Safren J. D. New Evidence for the Title of Provincial Governor at Mari // Hebrew Union College Annual, 1979. V. 50. P. 1—2, 14, 571; Pettinato G. Ebla e la Bibbia // Oriens antiquus. 1980. V. 19, 1. P. 50—51; Sznycer M. Carthage et la civilisation punique // Rome et conquete du Monde Mediterraneen. Paris. 1978. P. 570—571]. В ряде финикийских городов-государств судьи (суффеты) были помощниками царя. [Teixidor J. Les fonctions de rab et de suffete en Phenicie // Semitica. 1979. T. 29. P. 9]. В других финикийских городах, например, Карфагене, суффеты стояли во главе республики [Циркин Ю. Б. Карфаген и его культура. М.: ГРВЛ, 1986. С. 103], осуществляя высшую исполнительную власть. [Шифман И. Ш. Возникновение Карфагенской державы. М.—Л., 1963. С. 101]. При этом суффетам в Карфагене принадлежала политическая власть, в то время как военную имели полководцы. Сами суффеты крайне-крайне редко возглавляли армию, да и то в ранние времена истории города. [Ehrenberg V. Sufeten Real-Encyclopädie der klassischer Altertums-wissenschaft. Stuttgart. 1931. Hbd. 7A. стб. 647]. Позднее суффеты вообще избирались только на год и не имели права переизбираться два года подряд. [Тит Ливий. История Рима от основания города. В 3 т. М.: Наука, 1991. Т. 2. XXXIII, 46]. Судья же в Израиле имел ряд принципиальных отличий. Во-первых, суффеты в Эбле, Мари или Карфагене опирались в своей власти на определённые государственные аппараты принуждения, в то время как власть израильского судьи базировалась лишь на его личном авторитете. [Ishiba T. The Leaders of the Tribal Leagues „Israel“ in the Pre-Monarchic Period // Revue Biblique. 1973. An. 80, 4. P. 517—523; Malamat A. Ursprünge und Frühgeschichte in: Geschichte des Jüdischen Volkes. Bd. I. München, 1981. P. 85—88]. Во-вторых, подавляющее большинство израильских судей возглавляли вооружённые силы и участвовали в битвах. В-третьих, судья возглавлял народ лишь в периоды особых бедствий. В-четвёртых, судьями в Израиле в отличии от других древних держав, могли становиться люди вне зависимости от их богатства, знатности и влияния семьи. В-пятых, в задачу судьи входило не только спасение народа от вражеской угрозы, но и подъём духовности самого народа. Недаром время правления большинства судей характеризуется восстановлением Истинного Богопочитания. И одновременно с этим период тех судей, которые забывали об этом, характеризовался временем и политического упадка Израиля. Таким образом, судья в древнем Израиле — это особый Божий вестник, спаситель (Суд. 2:16).

Глава 10

Нравится ли вам быть на суде?

Однако спаситель был лишь для тех, кто искал спасения, кто просил спасения у Бога. Для остальных же судья нёс лишь смертный приговор. А как мы с вами относимся к суду? Нравится ли нам бывать на суде? (безусловно, отвечая на эти вопросы, мы не берём в расчёт те злоупотребления, которые сегодня наблюдаются в судах, как, впрочем, и в других отраслях человеческой жизнедеятельности, искажённой грехом). Ответ на этот вопрос будет зависеть от того, с каким багажом мы пришли на суд. Если у нас за плечами убийство или воровство, то мы будем крайне неуютно себя чувствовать на суде. Мы не будем не только ожидать суда, но попытаемся по возможности уйти от него, а если это не удастся, то ожидать хорошего на суде мы, конечно, не будем. Но если мы пришли на суд с неоспоримыми доказательствами своей невиновности, или восстановления законных прав на наследство, то мы будем очень и очень ожидать суда. А день вынесения судом приговора в нашу пользу станет для нас настоящим праздником. Это же мы можем отнести и к тому Суду, который сейчас идёт на небе, где решается вечная участь каждого из нас. Для одних людей, кто отверг Христа и Истину, суд — это осуждение и наказание. А для тех, кто принял Христа и живёт по Его Слову — это окончательное освобождение от уз смерти, которая господствует на земле со времён Адама, это право на вступление в духовное наследство — вечную жизнь, прекрасный небесный Иерусалим, уготованные нам Богом. Для Бога суд — это спасение тех, кто искал Его. Недаром в книге Софонии Бог поёт о суде. «Господь Бог твой среди тебя, Он силен спасти тебя; возвеселится о тебе радостью, будет милостив по любви Своей, будет торжествовать о тебе с ликованием» (Соф. 3:17). Недаром в Библии Бог называется и Спасителем и Судьей. А чем будет небесный суд для нас: осуждением или спасением? Ждём ли мы небесного суда? Будет ли Великий Судья нашим Спасителем? Все ответы на эти вопросы зависят от нашего с вами выбора сегодня. Господь со Своей стороны сделал всё. Он предлагает нам спасение и обретение решением Небесного Суда вечной жизни.

Глава 11

Тучный царь.

«И покоилась земля сорок лет. И умер Гофониил, сын Кеназа» (Суд. 3:11). «После его смерти положение израильтян снова ухудшилось вследствие вновь наступившего периода безначалия, и так как они отвратились от богопочитания и совершенно перестали повиноваться законам, то дела их пошли всё хуже и хуже, так что заметивший их внутренние неурядицы моавитский царь Еглон пошёл на них войною. Ему удалось в нескольких битвах разбить их, заставить их отказаться от всякой мысли о самостоятельности, совершенно сокрушить их силы и наложить на них значительную дань. Затем он воздвиг себе дворец в Иерихоне, всяческим образом стал притеснять народ и в продолжении восемнадцати лет довёл его до окончательного разорения». [Флавий. Указ. соч. Т. 1. Книга 5. Глава 4, 1. С. 236]. Итак, в новой страшной беде, постигшей их, виноваты были сами израильтяне. Царь Еглон захватывает их не столько благодаря силе своего оружия, сколько благодаря тем неурядицам и расколам, которые начались у самих израильтян. Причём эта их политическая нестабильность была прямым следствием нарушения Божьего Закона. Книга Притчей раскрывает один из универсальных механизмов гражданской войны, неукоснительно срабатывающий в любом обществе и в любом временном периоде. «Когда страна отступит от закона, тогда много в ней начальников» (Прит. 28:2). Нарушение Божьих заповедей — не убей, не пожелай, не кради — приводит к криминальному кризису. Нарушение заповедей — не прелюбодействуй, почитай отца и мать — к кризису института семьи. Нарушение заповеди — не лжесвидетельствуй — к судебному кризису, а нарушение «не сотвори себе кумира» — к непочитанию Единого Бога, а осквернение субботы — к потере духовных ценностей, на которые должно ориентироваться общество. В результате создаются необходимые предпосылки для комплексного кризиса, охватывающего все стороны жизни общества. Причём излечить его человеческими материалистическими методами невозможно. Ибо как понять, что хорошо и что плохо, что можно, а что нельзя, если потерян Бог, а с Ним — система духовных ценностей, моральный закон. Сегодня мы живём в схожее время, когда мир пытается разрешить глобальный кризис экономическими, социальными и др. программами. Но как это можно сделать, если открыто идёт пропаганда разврата, алкоголизма, жестокости. Почему нельзя красть, если можно прелюбодействовать? И почему надо с почтением относиться к начальству, если Бога можно не почитать, попирая Его Авторитет нарушением субботы? Общество не может быть здоровым без духовно здоровых семей и отдельно взятого человека. Подобный духовный кризис, предшествовавший в Израиле покорению его Еглоном, был у нас в 1917 году, когда при царском дворе правили тёмные силы, интеллигенция упивалась оккультизмом, народ частью формально ходил в церковь, частью жил, поклоняясь маммоне, а частью готовился построить общество путём классовой борьбы. То же пережила и Англия при Кромвеле, и Франция — в период революции 1789 года, и Испания времён генерала Франко. Поэтому царю Еглону не стоило большого труда покорить народ, переживавший подобный кризис. Второй механизм того, что случилось с Израилем, открывает нам Книга Судей. «Сыны Израилевы опять стали делать злое пред очами Господа, и укрепил Господь Еглона, царя Моавитского, против Израильтян, за то, что они делали злое пред очами Господа» (Суд. 3:12). На первый взгляд, удивительно! Бог укрепляет язычника Еглона против Своего же Собственного народа. «Где же Божья любовь», — воскликнут многие! Но на это удивительное библейское утверждение человеческое восклицание будет ещё более удивлённым, ибо ответ состоит в том, что Божья любовь как раз и заключается именно в этом. Именно в том, что Бог укрепляет Еглона, позволяя ему покорить израильский народ. Дело в том, что главная цель Господа — это спасение человека. Но часто мы не откликаемся на Божью любовь, предпочитая идти своим путём, к своей же собственной гибели. Мы идём настолько уверенно, что вообще не обращаем внимания на различные Божьи призывы остановиться. И тогда Господь вынужден останавливать нас с помощью тех методов, которые поймёт наша греховная природа. И поэтому Он, порой, и допускает, чтобы в нашей жизни появились подобные Еглоны. Далее, данный стих показывает, что Господином истории является Бог, и ничего не происходит без Его воли. Это далеко не означает, что всё, что происходит в нашем мире, Он одобряет. Конечно же, нет. Но в то же время Он допускает, порой, многое, во-первых, потому, что зло становится выбором для многих людей, а Христос не насилует волю человека, а во-вторых, чтобы через допущение различных проблем остановить человека на его гибельном пути, и таким образом через временные страдания спасти его для вечной жизни. И, наконец, неслучайно, что покорителем Израиля стал именно Еглон. Дело в том, что Библия (Суд. 3:17) и древние хроники подчёркивают необыкновенную тучность царя, причина которой была в невоздержании в еде, неге и развлечениях, которые имел данный правитель. Подавляющее большинство правителей древности были воины, непосредственно возглавлявшие войска и участвовавшие в битвах. Но этот моавитский царь предпочитал обильную трапезу и сон. И потому ему с его массой тела, конечно же, двигаться было трудно. Еглон потворствовал своей плотской природе. Но ведь и Израиль того времени вёл себя точно также. Выше мы уже видели, как спокойная жизнь в своё удовольствие привела к тому, что иудеи отказались от предначертанной им Самим Богом миссии очистить Ханаан от греха, сокрушить развратившиеся народы. Но вместо этого израильтяне сами вскоре стали вести себя также плотски, как и другие хананеяне. Они стали духовно тучными. А тучность в Библии — это один из символов греха. Так, описывая греховность народа, Иеремия говорит: «Сделались тучны, жирны, переступили даже всякую меру во зле, не разбирают судебных дел, дел сирот; благоденствуют, и справедливому делу нищих не дают суда» (Иер. 5:28). Говоря о нечестивых, царь Давид сравнивает их с тучными тельцами. «Множество тельцов обступили меня; тучные Васанские окружили меня» (Пс. 21:13). Бог наказывает эту духовную тучность. «Гнев Божий пришел на них, убил тучных их» (Пс. 77:31). «За то Господь, Господь Саваоф, пошлет чахлость на тучных его, и между знаменитыми его возжет пламя, как пламя огня» (Ис. 10:16). Эта же духовная тучность будет сопровождать и многих из тех в наши дни, которые себя относят к Божьей церкви и о которых Христос говорит: «Ибо ты говоришь: „я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды“; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг» (Откр. 4:17). Духовная тучность — это самодовольство, самодостаточность, это поклонение культу плотских желаний и похотей. Постепенно этот плотский человек убивает в нас духовного, и мы становимся плотскими людьми. Тучность обволакивает наш разум, мысли, сердце. Мы оплываем духовным жиром, тупеем и духовно деградируем. Пока в нас здравствует и правит нами этот «тучный человек», нам никогда не видать свободы. Тучные люди всегда много спят, так же будем духовно дремать и мы, не замечая тех знамений времени, в которое живём. И тогда время Второго Пришествия Христа подойдёт незаметно для нас, и мы окажемся в числе неготовых к нему. И вновь сыны Израиля вспомнили о Боге. «Тогда возопили сыны Израилевы к Господу» (Суд. 3:15). «В Иерихоне жил некий юноша из колена Вениаминова, по имени Аод, сын Гира, отличавшийся большою храбростью, смелостью и предприимчивостью наравне с необычайною физическою силою, заключавшейся особенно в его левой руке, которой он действовал лучше, чем правой. Он был своим человеком у Еглона, так как сумел обратить на себя благосклонное внимание последнего различными подарками и мелкими услугами, вследствие чего и все окружавшие царя были дружественно расположены к нему. Однажды он понес в сопровождении двух слуг подарки царю. Тайком он привязал к правому бедру своему под одеждою меч и таким образом вошел к царю. Дело было летом, в полдень, когда стража, отчасти от сильной жары, отчасти будучи занята обедом, отправляла свою службу довольно вяло. Вручив Еглону, находившемуся в летнем павильоне, подарки, юноша вступил с ним в продолжительный разговор. Они были одни в комнате, потому что царь, чтобы не было свидетелей при их времяпрепровождении, велел уйти слугам. Так как он сидел на троне, то Иуд боялся, как бы ему не промахнуться и не нанести несмертельного удара. Поэтому он побудил царя встать со своего места, сказав, что имеет, по повелению Божьему, сообщить ему о сне, который он видел. Когда же царь, радуясь услышать подробности об этом сне, соскочил со своего трона, то Иуд вонзил ему меч в сердце, не извлек его из трупа, но быстро вышел, заперев за собой дверь. Между тем слуги царские дремали, полагая, что и повелитель их заснул. Тем временем Иуд немедленно известил жителей Иерихона о совершившемся и стал убеждать их вернуть себе свободу. Те с удовольствием узнали об этом, тотчас взялись за оружие и разослали по всей стране вестников, которые должны были трубить в рога, как и было установлено для созыва всего народа в собрание. Между тем приближенные Еглона оставались в неведении относительно постигшего их несчастия. Когда же наступил вечер, то они, в страхе, не случилось ли с царем чего-нибудь, вломились в павильон и, найдя там труп, долго стояли в полном оцепенении. Но раньше, чем можно было собрать всю стражу, на них уже успела напасть толпа израильтян, так что одни были убиты тут же на месте, другие же бежали по направлению к стране Моавитской, ища там спасения. Последних было более десяти тысяч. Однако израильтянам удалось заблаговременно занять брод Иордана; поэтому они избили множество врагов во время преследования, а затем еще больше близ реки, так что ни один из них не избег тут смерти. Таким-то образом евреи освободились от моавитского ига, Иуд же был почтен народом за это тем, что ему всецело поручили управление народом. Этой властью он пользовался восемьдесят лет, после чего умер, будучи человеком, заслужившим похвалу и помимо вышерассказанного поступка». [Флавий. Указ. соч. Т. 1. Книга 5. Глава 4. С. 236—237]. Итак, Израиль, скинув с себя духовную тучность, низверг и тучного царя Еглона, терзавшего их 18 лет. А мы свергли ли с себя того тучного царя, который ещё, быть может, не только живёт, но и всецело господствует в нашем сердце? Не правит ли нами тучный царь Еглон? Не оплыли ли мы духовной тучностью, закрывшей наш разум, сердце и глаза? У нас есть ещё немного времени для низвержения этого зловещего тучного царя, пока он окончательно не погубил нас.

Глава 12

Воловье рожно.

По смерти Аода судьёй Израиля становится Самегар, пробывший однако на этой должности по причине скорой смерти всего лишь один год. [Флавий. Указ. соч. Т. 1. Книга 5. Глава 4, 3. С. 238]. История практически ничего не сохранила нам об этом человеке, кроме одного, на первый взгляд, очень странного упоминания о том, что он побил шестьсот филистимлян … воловьим рожном. Почему хроники сохранили именно этот, столь странный факт, и как вообще его объяснить? Дело в том, что, конечно, хронистов привлекла именно необычность этого события. Воловье рожно — это грозный предмет, который может успешно использоваться в целях защиты или нападения. Удар, нанесённый данным предметом, к тому же, ещё умеючи и с силой, приведёт, безусловно, к смертельному исходу. Однако, конечно, это всё же далеко не лучший предмет вооружения, если его таковым вообще можно считать. Тем более явно не очень приличествует такое вооружение для судьи израильского народа, первого лица в государстве. Всё это, вроде бы, так, если смотреть на предметы просто с точки зрения констатации, не вдаваясь в их глубинный смысл, а он весьма и весьма интересен. Рассмотрим его. Филистимляне на тот период, как мы уже упоминали, владели секретом изготовления железного оружия, делающего его обладателей практически неуязвимыми. И вот против этого грозного оружия Израиль выставляет воловье рожно и при этом побеждает. Более того, при этом численное превосходство было во много раз на стороне филистимлян. По-человечески, иудеи не могли победить. Ни один, даже самый гениальный полководец, не смог бы выиграть битву в подобных условиях и с таким вооружением. Но весь секрет заключался в том, что на стороне Израиля был Сам Бог. А Бог использует не человеческие методы. И в этом случае Он наглядно продемонстрировал, что если человек идёт Его путём, то он сокрушит все преграды, и ни один враг, даже с самым лучшим оружием, не устоит перед ним, хотя в руках этого человека может ничего и не быть, кроме воловьего рожна. Спустя века мальчик Давид поразит гиганта Голиафа обычным камнем, а несколько десятилетий назад стены Иерихона пали от звука израильских труб. У Бога неординарные решения. Этими примерами во всемирной истории Он показывает, что сила человека кроется не в железных мечах, грозных стенах или физических данных. Истинная сила и успех человека зависит от того, в каких он взаимоотношениях с Господом. Сатана обрушивал тогда и обрушивает сегодня на детей Божьих самое передовое вооружение: от мечей филистимлян в древности до систем НКВД и ГЕСТАПО в XX веке. Он использует против них доносы, шпионскую слежку, давление властными органами и многое и многое другое. И против всех этих сил Бог даёт верующим не бронежилеты, не шапки-невидимки, а нечто другое. «Облекитесь во всеоружие Божие, чтобы вам можно было стать против козней диавольских, потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесной. Для сего приимите всеоружие Божие, дабы вы могли противостать в день злый и, все преодолев, устоять. Итак станьте, препоясав чресла ваши истиною и облекшись в броню праведности, и обув ноги в готовность благовествовать мир; а паче всего возьмите щит веры, которым возможете угасить все раскаленные стрелы лукавого; и шлем спасения возьмите, и меч духовный, который есть Слово Божие» (Еф. 6:11—17). Судья Самегар знал этот секрет победы и потому не дрогнул, выступив с воловьим рожном против железного меча. Не дрогнул и победил. А мы с вами не отступаем ли, порой, перед дьявольскими кознями и угрозами, перед железным филистимским мечом, имея в руках лишь духовное воловье рожно? Осознаём ли мы, что победа зависит не от того оружия, какое у нашего противника, по сравнению с тем, чем обладаем мы, а от того, на чьей стороне будет Иисус Христос в этой битве. Давая нам в руки против меча воловье рожно, Бог хочет, чтобы мы уповали именно на Него в своей победе, а не на силу своего оружия. О Самегаре сказано всего лишь несколько слов, но как они важны для нас. Этот судья завещал нам нелепое, на первый взгляд, воловье рожно, но которым он одержал, с Божьей помощью, блестящую победу. Завоюем её и мы с помощью того же духовного воловьего рожна, если вручим Господу свою жизнь.

Глава 13

О женах, не боявшихся ответственности.

На первый взгляд, удивительно, какую короткую память имели израильтяне. Стоило умереть судье и поколению, которое низвергло с ним очередное вражеское иго, как народ отступал от тех Божьих принципов, которые принесли победу их отцам. «Между тем израильтяне, которым прежние несчастия, явившиеся последствием ослабления богопочитания и нарушения законов не послужили достаточно жестоким уроком, не успели ещё хоть немного оправиться от моавитского ига, как они вновь были обращены в рабство хананейским царём Иавином». [Флавий. Указ. соч. Т. 1. Книга 5. Глава 5, 1. С. 238]. На тот период времени хананеи прочно удерживали в своих руках равнинные земли, т. е. побережье и Изреельскую равнину. «Самыми видными у них были цари Фаанаха (Таанаха), Мегиддо (Мегиддона) и Иокнеама. Правители Дора на средиземноморском побережье, Кедеса в северной части территории колена Неффалима и Асора придали коалиции дополнительную силу. Главным среди них оставался, как и прежде, царь Асора, Иавин, который был провозглашён вождём союза северных хананейских городов». [Aharoni Y. The battle of the waters of Merom and the battle with Sisera // The Military History of the Land of Israel in Biblical Times, ed. J. Liver. Jerusalem, 1964. P. 100; Херцог Х., Гишон М. Библейские сражения. М.: АСТ, Астрель, 2005. С. 64]. «Чтобы сделать союз более сплочённым, общее руководство всеми совместными действиями было поручено Сисаре, военачальнику Иавина и, вероятно, вождю одного из племён. События достигли своего апогея, когда Сисара занял Харошев, который господствовал как над узким проходом из Изреельской долины на прибрежную равнину к северу от Хайфы, так и над дорогами, соединявшими Галилею с Галилейским морем и долиной Иордана на юге». [Херцог. Гишон. Указ. соч. С. 65]. Занятый Сисарой Харошев-Гоим располагался таким образом, что разобщал между собой израильские колена, не дозволяя им действовать сообща против хананеев. «Начальствующий над хананейским войском Сисара, пользовавшийся величайшим уважением в глазах царя, так жестоко разбил вступивших с ним в бой израильтян, что они принуждены были согласиться платить ему дань». [Флавий. Указ. соч. Т. 1. Книга 5. Глава 5, 1. С. 238]. Особую силу войска Сисары составляли всё те же железные колесницы [Ренан. Указ. соч. С. 117], которых так страшился Израиль и которые, согласно аксиоме Иова, постоянно преследовали их. Господство хананеев продолжалось двадцать лет. Интересно, что с каждым разом продолжительность времени господства вражеского племени над Израилем постоянно возрастала. Так господство месопотамского царя Хусарсафема было 8 лет, моавитского Еглона — 18 лет, а хананейского Иавина — 20 лет. И эта закономерность не случайна. Дело в том, что народу, отступающему от Бога, после каждого очередного падения было всё тяжелее и тяжелее вновь приходить к Своему Творцу. Грех ослабляет человека и чем чаще и осознаннее мы грешим, тем тяжелее исправить содеянное и тем тяжелее найти верный путь. Также требуется уже и больше времени для того, чтобы излечить поражённое грехом сердце человека. И потому Господь вынужден допускать большее время испытания, дабы в этом горниле произошло очищение характера и мыслей людей. Каждое новое иноземное господство было для израильтян тяжелее предшествующего. Эту же закономерность мы можем проследить и в жизни обычного человека. Ибо отступая от Бога всё чаще и чаще, мы всё дальше и дальше, тем самым, отходим от Него, вступая всё глубже и глубже на территорию сатанинского царства. Двадцать лет страшной неволи привели, наконец, к тому, что иудеи вновь обратили свои взоры к Своему Богу. За советом, как выйти из создавшейся ситуации, они обращаются к пророчице Деворе. «В то время жила пророчица Девора, которая исполняла обязанности судьи в народе израильском. У патриархальных колен женщина совсем не занимала того положения, которое пришлось ей занять впоследствии, когда гаремная жизнь, возникшая при Соломоне, способствовала падению нравов… Мы встречаем в то время женщин, вполне самостоятельных, свободно распоряжавшихся своим имуществом, выбиравших себе мужей, участвовавших во всех областях мужской деятельности, включая сюда также пророческое и поэтическое творчество. Нечто подобное видим мы и у древних арабов. В рассказах о жизни племён доисламской эпохи фигурирует несколько женщин, подобных Деворе, играющих одновременно роль вождей и поэтов». [Ренан. Указ. соч. С. 117]. Поэтому утверждение некоторых скептиков о том, что в то время на Востоке сам статус женщины был так принижен, что она просто не могла играть той политической роли, какую играла Девора, являются несостоятельными. Итак, за свою духовную справедливость и знание Божьих законов Девора пользовалась у израильтян большим авторитетом и они всегда, как в своё время к Моисею, приходили к ней за разрешением сложных вопросов. «Она жила под Пальмою Девориною, между Рамою и Вефилем, на горе Ефремовой; и приходили к ней [туда] сыны Израилевы на суд» (Суд. 4:5). Не случайным было и местонахождение Деворы, где она вершила суд. Ибо Рама в переводе обозначает — «Возвышенность», а Вефиль — «Дом Божий». А пальма с древних времён была символом победы. [Коутс. Указ. соч. С. 116]. Весьма примечательно и ещё одно библейское утверждение о Деворе, сообщающее, что она была женой Лапидофовой. Вроде бы, совершенно ненужная деталь. Зачем сообщать имя мужа великой женщины, который ничем вообще не прославился и о котором больше нигде и ничего не говорится? Но в Библии не бывает ненужных слов. И совершенно непонятные с человеческой точки зрения её сообщения содержат при их более внимательном рассмотрении важный смысл. Так же и в этом случае. Во-первых, упоминание о муже нам говорит, что у Деворы была семья. Что это не была отрешённая от земных дел, исступлённая фанатичная пророчица, подобно тем, которые были в Древней Греции или Египте и один дикий вид которых внушал людям ужас. К тому же, в древности выражение жена такого-то мужа говорило не только, как в наши дни, просто о самом факте наличия брачного союза, оно говорило, что она находилась в повиновении у мужа, признавая его главенство. Да, женщины в Израиле, как мы уже упоминали, пользовались весьма широкими правами, но институт семьи был свят. В семье священником и главой был муж, и в обязанности жены входило повиноваться ему, как главе дома. Эта деталь нам раскрывает, что даже выполняя служение судьи Израиля, Девора не отступала от Божьих принципов и законов в своей личной жизни, имея скромность и почтительность перед своим мужем. Как часто в наши дни, когда женщины в силу различных причин играют в семьях более видную в финансовом или в должностном отношении роль по сравнению со своими мужьями, они забывают кто, несмотря на всё это, должен, всё же, являться главой семьи. Сегодня, в век феминизма, Девора является ярким примером того, что общественная жизнь женщины не должна мешать ей быть почтительной женой, оставляя последнее слово за мужем. Кстати, ведь и само слово «замужество» происходит от выражения «быть за мужем». Девора принимала боль своего народа, как свою собственную, взывая к Богу в молитве о том, что стоит предпринять в этой ситуации. И Господь дал ответ. «[Девора] послала и призвала Варака, сына Авиноамова, из Кедеса Неффалимова, и сказала ему: повелевает [тебе] Господь Бог Израилев: пойди, взойди на гору Фавор и возьми с собою десять тысяч человек из сынов Неффалимовых и сынов Завулоновых; а Я приведу к тебе, к потоку Киссону, Сисару, военачальника Иавинова, и колесницы его и многолюдное [войско] его, и предам его в руки твои. Варак сказал ей: если ты пойдешь со мною, пойду; а если не пойдешь со мною, не пойду» (Суд. 4:6—8). Итак, избранный Богом для великой миссии освобождения народа Варак отвечает весьма странно: с одной стороны, он верит и готов делать то, что говорит Бог, а с другой стороны — выдвигает условие, чтобы с ним пошла Девора. Этим Варак проявляет слабость, открыто свидетельствуя о том, что слова Господня ему недостаточно для того, чтобы быть уверенным в победе. Ведь на битву его посылает Сам Бог. Но он сомневается в достаточной силе Господнего слова. Он поступает подобно Моисею, который так же некогда сомневался в своих возможностях. И здесь необходимо подчеркнуть две важные детали. Во-первых, у каждого истинного христианина должна быть нищета духа, т. е. осознание своей полной зависимости от Христа, своей греховности, слабости, невозможности что-либо делать доброе без Бога. Это очень важно. Без смирения не может быть и спасения. Однако, во-вторых, мы должны помнить и о том, что т. к. смирение — это подчинение и готовность выполнить Божье повеление, то если это повеление нам даётся Господом, то мы не должны раздумывать, по силам нам оно или нет. Ведь его дал нам Бог и Ему намного виднее, чем нам, если Он поручает нам какое-либо дело. Не поступаем ли и мы, порой, как Варак? Когда нам Бог через Своё Слово, через других людей, через обстоятельства жизни в ответ на наши молитвы даёт ответ как поступить и что делать, мы начинаем сомневаться и колебаться. Однако, Варак, как мы увидим ниже, победил в себе эту слабость, став героем веры, а удаётся ли это нам? «Когда же Варак ответил, что он лишь в том случае примет на себя начальствование над войском, если Девора присоединится к последнему, то она в сердцах воскликнула: „Хорошо! Если ты хочешь предоставить женщине долю того почёта, который тебе назначил Господь Бог, то я не отказываюсь“». [Флавий. Указ. соч. Т. 1. Книга 5. Глава 5, 3. С. 238]. Девора, женщина, не побоялась взять на себя всю ответственность в этот критический момент истории израильского народа. А как мы относимся к ответственности в выполнении работы, служении в церкви? Можно ли назвать нашу работу или служение ответственным? Ведь «залповые» служения, т. е. служения от раза к разу, с перерывами, ни Богу ни людям не нужны. Часто в церкви, не говоря уже о работе, приходится, к сожалению, наблюдать, как люди бегут от ответственности. Бегут от решения проблемы, полагая что она просто рассосётся сама собой. Бегут от служения, не желая брать на себя ответственность, ведь проще жить, ничего не делая и не неся ни за что ответственности. Однако, на воззвание Деворы и Варака ответили далеко не все израильские колена. Так «Колена Восточного Заиорданья не трогались со своих мест, хотя были извещены; так же поступили приморские колена Дана и Асира. Колена Иуды и Симеона заняты были, может быть, войной с филистимлянами; впрочем, они в то время составляли вообще почти обособленную группу». [Ренан. Указ. соч. С. 117—118]. Каждое из этих колен не пришло по своим причинам. Одни просто боялись выступить открыто против хананеев, другие не желали, чтобы во главе войска оказались представители не их колена и потому вообще решили воздержаться от участия в войне. Третьи, в меньшей степени испытывавшие на себе хананейский гнёт, вообще не видели смысла участвовать в предстоящей битве. Четвёртые были раздираемы внутренними разногласиями, которые не желали преодолеть даже перед лицом вражеской угрозы. Словом, причины были у каждого свои, но результат один — они остались в стороне. Сторонняя позиция всегда более удобна. Часто ей следуем и мы, предпочитая наблюдать со стороны и не желая понимать, что в Великой борьбе сторонних наблюдателей не бывает. Итак, «объединение сил израильских у подножия Табора встревожило хананейцев, живших в области Верхнего Иордана и в долине Изреель. Сисара поспешил туда с войсками асорского царства. Таанак и Мегиддо — два Хананейских города — также ополчились против израильтян… Битва произошла у источников Киссона, близ Мегиддо». [Ренан. Указ. соч. С. 118]. «Прежде чем перейти к подробностям, важно еще раз подчеркнуть превосходство ханаанеев в регулярном сражении, достигаемое благодаря колесницам и пехоте („колесницы и многолюдное войско“), по крайней мере часть которой состояла из тяжеловооруженных копьеносцев. Сообщается, что у Сисары насчитывалось 900 колесниц. Эту цифру можно сопоставить с числом колесниц, которое фараон Тутмос III приводит, подсчитывая общее количество своих вооруженных противников из северного Ханаана в битве при Мегиддо (1468 год до нашей эры). Обе цифры согласуются друг с другом, поскольку в битве при Мегиддо были захвачены в качестве трофеев 924 колесницы, при том, что коалиция ханаанеев была несколько богаче. Официальные цифры, египетские или чьи-либо еще (равно как и библейское повествование, которое основано на устной традиции или направлено на то, чтобы произвести впечатление на читателя), часто подозревают в преувеличениях. Снижение вышеупомянутого количества на одну десятую может привести к заниженной оценке. Но даже в этом случае силы Сисары имели бы значительное превосходство в вооружении и представляли бы собой серьезную опасность. Представьте себе современную пехоту, лишенную какого-либо бронебойного оружия и противостоящую девяноста танкам или даже бронемашинам на открытом пространстве (со всеми необходимыми оговорками по поводу чересчур вольного сравнения между современной бронетехникой и древними колесницами). Результат, по всей вероятности, был бы катастрофическим. Следовательно, главной заботой Деворы была нейтрализация главной силы в войске врага — его колесниц. Принимая все это во внимание, Девора разработала трехэтапную кампанию. Первой ее частью была концентрация войск Неффалима и Завулона, общим числом не менее чем 10 000 человек, возможно, 20 000 человек, на горе Фавор. Как место для сбора войск гора Фавор была легкообороняемой базой, против которой у колесниц не было шансов на успех; она занимала фланкирующую позицию по отношению к врагу, двигающемуся по Изреельской равнине, с хорошим обзором во всех направлениях и, что не менее важно, великолепным плацдармом для внезапной атаки на врага, расположившегося лагерем у ее подножия. План второго этапа основывался на предположении, что Сисара, когда узнает о расположении израильтян, направит все свои имеющиеся силы на то, чтобы удержать Варака на горе Фавор и затем попытаться вынудить его к сражению на открытой местности. Рассчитывая на это, Девора предложила использовать войско, которое она собрала в Ефреме (Ефраиме), чтобы оттянуть Сисару от горы Фавор в сторону болотистой местности у реки Киссон в западной части Изреельской равнины. На третьем этапе, у реки Киссон, где заболоченная почва затрудняет передвижение людей, лошадей и колесниц, ханаанеев одновременно атакуют войска Деворы и Варака (которые, избавившись от угрозы со стороны врага, смогут последовать за Сисарой и напасть на него с тыла). В библейском тексте нет точного описания предложенного Деворой маневра. Если рассуждать логически, это должно было быть движение, создающее угрозу незащищенной равнине у бухты Хайфа или где-то рядом. Только подобная передислокация, угрожающая такому основному члену союза, как Дор, с зависимыми от него землями, могла вынудить Сисару отвлечься от наблюдения за Вараком, сняться с лагеря и начать быстрое движение в направлении реки Киссон, чтобы обезопасить узкий перевал между Кармилом и Тивонскими холмами, ведущий из Изреельской долины на прибрежную равнину. Варак выслушал предложение Деворы, но не захотел брать основную тяжесть на свои плечи. Он сказал, что согласится с ее планом только в том случае, если она пойдет вместе с его войском. Возможно, он выдвинул это требование не из робости, а из благородных побуждений: желая оградить пророчицу от опасной роли организатора ловушки. Знаменитый ответ Деворы звучал так: «Пойти пойду с тобою; только [знай, что] не тебе уже будет слава на сем пути, в который ты идешь; но в руки женщины предаст Господь Сисару» (Суд. 4:9). Так, войско с Ефремовой горы было оставлено под командованием неизвестного полководца, а Девора присоединилась к силам, которые тайно собирались в Кедеш-Нафтали и оттуда выдвинулись к горе Фавор. Согласно Библии, Хевер Кенеянин, вождь полукочевого, родственного израильтянам племени, выдал место их сбора Сисаре. Однако в свете дальнейших событий и поведения Иаили, жены Хевера, при встрече с бегущим ханаанейским полководцем создается впечатление, что Хевер был в сговоре с Деворой, а его действия были частью ее общего плана по привлечению внимания Сисары к горе Фавор, а не к Ефремовой горе. Когда Сисара узнал о том, что израильтяне собирают войска, он повел себя так, как предполагалось, и вывел все свое войско против Деворы и Варака. Стояние двух армий друг напротив друга продолжалось несколько дней. Можно заподозрить, что Девора ждала дождя, который превратил бы часть Изреельской равнины около Киссона и его притоков в топь. Когда ее ожидания оправдались, она дала Вараку приказ атаковать: «Встань, ибо это тот день, в который Господь предаст Сисару в руки твои» (Суд. 4:14). Отвлекающие противника силы ефремлян, видимо, получили приказ выступить несколькими часами ранее. Мы не знаем, насколько далеко они продвинулись, однако в победной песни Деворы (Суд. 5) упоминается решающее сражение с царями Ханаана (стих 19), которое произошло „в Фанаахе у вод Мегиддонских“. Похоже, что, когда войско с Ефремовой горы вошло в Изреельскую долину (в районе современного Дженина), оно было перехвачено отрядами из городов, расположенных на южных границах равнины. Эти отряды держали как раз для защиты в таких непредвиденных обстоятельствах. Состоялось тяжелое сражение. В любом случае, внимание Сисары было отвлечено на нового врага в его тылу, который угрожал недостаточно защищенным областям на западе, и полководец выступил на помощь своим союзникам. Спустя некоторое время после этого Деворой был отдан приказ о наступлении. Атака была предпринята с предгорий Нижней Галилеи и направлена во фланг или в тыл войска Сисары, или, возможно, в обоих направлениях. В этот момент войско ефремлян присоединилось к основному сражению. «Тогда Господь привел в замешательство Сисару и все колесницы его и все ополчение его от меча Варакова» (Суд. 4:15). Внезапный ливень весьма поспособствовал израильтянам в том, чтобы превратить поражение Сисары в беспорядочное бегство. Песнь Деворы недвусмысленно говорит о божественном вмешательстве и рассказывает о том, как воды Киссона поднялись и увлекли в своем потоке лошадей и колесницы врага. Это можно объяснить тем, что внезапный ливень, вероятно, наполнил пересохшие русла или превратил спокойные реки в бурные потоки, которые беспощадно смывали со своего пути все и всех. К этому мы должны добавить еще и то, что внезапный дождь стал серьезной помехой для тех ужасных „железных колесниц“, которые не были унесены потоком. Даже тяжеловооруженная пехота, по-видимому, увязла в болоте и не могла двигаться быстро. Когда ряды ханаанеев были дезорганизованы, Сисара впал в панику. Вместо того чтобы попытаться спасти от полного разгрома как можно больше людей для сражения на следующий день, он соскочил со своей колесницы и побежал навстречу своей позорной смерти от руки Иаили, жены Хевера Кенеянина, в чьем шатре он пытался укрыться. «И смирил [Господь] Бог в тот день Иавина, царя Ханаанского, пред сынами Израилевыми» (Суд. 4:23)». [Херцог. Гишон. Указ. соч. С. 66—69]. «Сисара же убежал пеший в шатер Иаили, жены Хевера Кенеянина; ибо между Иавином, царем Асорским, и домом Хевера Кенеянина был мир. И вышла Иаиль навстречу Сисаре и сказала ему: зайди, господин мой, зайди ко мне, не бойся. Он зашел к ней в шатер, и она покрыла его ковром [своим]. [Сисара] сказал ей: дай мне немного воды напиться, я пить хочу. Она развязала мех с молоком, и напоила его и опять покрыла его. [Сисара] сказал ей: стань у дверей шатра, и если кто придет и спросит у тебя и скажет: „нет ли здесь кого?“, ты скажи: „нет“. Иаиль, жена Хеверова, взяла кол от шатра, и взяла молот в руку свою, и подошла к нему тихонько, и вонзила кол в висок его так, что приколола к земле; а он спал от усталости, и умер» (Суд. 4:17—21). Иаиль не испугалась грозного хананейского полководца, силы которого во много раз превосходили её женские возможности. Ведь одно неловкое движение, любая случайность смогла бы погубить её. Но она не испугалась. Перед ней был враг, который терзал её землю, убивал мужчин и женщин, и вот теперь он бежит к своему царю, чтобы вновь собраться с силами и пойти войной на Израиль. У Иаили не было по отношению к нему чувства личной мести, но слёзы и боль своих соотечественников она воспринимала как свои. «Иаиль пронзила Сисаре висок, а значит, поразила его мозг. Так должны поступить и мы с вами: убить в себе мирское мышление, убить в себе Сисару. Вокруг нас всегда находятся силы, влекущие нас вниз… Если мы достигаем дна, значит, нас привела туда наша [грешная] природа, и значит, её нужно уничтожить. Воспользуйтесь, как Иаиль, колом от шатра» [Коутс. Указ. соч. С. 118], убив, с Божьей помощью, в себе плотские мысли и приоритеты.

Глава 14

В царстве меди, бирюзы и верблюдов.

За много десятков километров к югу от Иудеи, на Синайском полуострове располагалось загадочное царство мадианитян. Своё происхождение, как и иудеи, они вели от патриарха Авраама, который по смерти Сары взял себе в жены Хеттуру, от которой у него родилось шесть сыновей, одним из которых был Мадиан. Для избежания возможных конфликтов между своими многочисленными сыновьями и внуками Авраам повелел расселиться им отдельно, отправив детей Хеттуры, и в том числе Мадиана, на юг. У самого Мадиана было пять сыновей, из них наиболее прославившимся был Офрен, который покорил Ливию и в честь которого стал в дальнейшем называться сам материк — Африка. [Флавий. Указ. соч. Т. 1. Книга 1. Глава 15. С. 45]. Другие же сыновья Мадиана не последовали за Офреном, довольствуясь землями Синайского полуострова. Чем же привлекли их эти, вроде бы, весьма неприглядные земли? Дело в том, что «к востоку и к юго-востоку от залива Акаба, в лежащей к югу от Мёртвого моря долине Арава и в районе горы Синай находились медные рудники. В древности эти рудники разрабатывались гораздо интенсивнее, чем сегодня, обеспечивая благосостояние жителей Мадиамских земель и Синая… Кузнецы Синая и Мадиама… были состоятельными людьми, имевшими тесные коммерческие связи как с Египтом, так и с Палестиной». [Райт. Указ. соч. С. 94, 96]. Недаром за своё умение в добыче и обработке меди одно из мадиамских племён носило имя кенеян или кузнецов. Как квалифицированных металлургов кенеян нанимали и древние египтяне, используя их на своих копях. [Грант. Указ. соч. С. 27]. Часто и сами земли мадианитян становились объектом экспансии египтян. Дело в том, что помимо меди, эти земли были поистине сказочно богаты бирюзой, добыча которой не раз поднимала благосостояние Египта. [Рамзес II: Величие на берегах Нила. Энциклопедия Исчезнувшие цивилизации. М., 2003. С. 25, 55]. Благодаря раскопкам крупнейшего английского археолога Флиндерса Питри удалось восстановить многое из жизни Мадиамских рудников и даже послушать, о чём говорили древние рудокопы. Итак, весной 1904 года доктор Питри вышел из Суэца с караваном верблюдов в сторону Синая, желая повторить тот путь, которым 3500 лет назад шёл Моисей. «От берегов Суэцкого канала экспедиция направилась по древней египетской дороге к Синайской пустыне. До горной цепи через пустыню Син они шли тем же путем, что и сыны Израиля. Караван неторопливо двигался вдоль ущелья, огибая круто сворачивающие в сторону холмы. Казалось, время вернулось на три или четыре тысячи лет назад. Караван экспедиции перенесся прямо в мир фараонов. Питри распорядился сделать привал. На террасе, выступающей из каменного фасада, возвышался храм. Лики богинь огромными коровьими очами глядели с квадратных столпов ворот. Прямо из-под земли, казалось, вырастала масса колонн, среди которых одна была очень высокой. На желтом песке вокруг множества каменных жертвенников сохранились следы останков сожженных жертвенных животных. Темные пещеры зияли на поверхности отвесных скал, а высоко над ущельем вздымался сплошной массив Синайских гор. Умолкли крики погонщиков. Караван застыл неподвижно, будто очарованный миражом. Среди руин храма Питри обнаружил высеченное на стене имя великого Рамсеса II. Экспедиция достигла Серабит-эль-Хадема — древнего египетского места добычи и центра обработки меди и бирюзы. По всей вероятности, это и было то место, где следовало искать библейскую Дофку. Два долгих года в долине перед древним храмом оставался лагерь археологов. Изображения ритуалов культа и картины жертвоприношений на стенах храма означали, что здесь находился центр почитания богини Хатхор. Нескончаемые ряды наполовину засыпанных песком штолен в соседних ущельях свидетельствовали о том, что здесь шли поиски меди и бирюзы. Отчетливо различались следы рабочих инструментов. Поблизости находилось полуразрушенное поселение, в котором жили когда-то рабочие. Лучи солнца безжалостно били прямо в котлован долины, и невыносимая жара вдвойне усложняла работу экспедиции. Жизнь рабочих на этих рудниках среди пустынной местности наверняка была, особенно летом, поистине адской. О том, что здесь происходило, экспедиция узнала из надписей времен правления Аменемхета III, относящихся приблизительно к 1800 г. до н. э. Хор-Ур-Ре, хранитель царской печати и „министр по труду“ обращается к рудокопам и рабам. Он пытается ободрить и поощрить их: „Любой должен почитать за счастье работу в этом месте“. В ответ этому следует: „Бирюза всегда будет в горах. Но мы сами должны думать о нашей коже в это время года. Мы уже знаем, что руда добывается в этом сезоне. Но ведь наша кожа не предназначена для таких работ в это время года“. Хор-Ур-Ре убеждает их: „Когда бы я ни приводил людей на эти рудники, мною всегда руководило лишь почитание нашего владыки… Я никогда не падал духом при виде работы… Здесь не было подобных разговоров: „О, это для выносливой кожи!“ Напротив, глаза искрились…“». [Келлер В. Библия как история. М.: Крон-Пресс, 1998. С. 145—146]. На Синае была обнаружена надпись и времен фараона Рамзеса III (1185—1153), которая «содержала титулатуру царя и восхваление Хатхор, госпожи бирюзы, во владения которой в Серабит эль-Хадиим Рамзес совершил специальную экспедицию». Вот как сам фараон говорит о ней: «Я послал вельмож и чиновников в страну бирюзы, к матери моей Хатхор, повелительницы бирюзы. Привезли они для неё серебро, золото, царское полотно, простое полотно, а также многие вещи, бесчисленные, как песок, в обитель её. И вот, привезли мне чудесную, настоящую бирюзу в мешках многих; привезены они в присутствии моём. Не было сделано ничего подобного со времён царей». [Солкин В. В. Солнце властителей. Древнеегипетская цивилизация эпохи Рамессидов. М.: Алетейя, 2000. С. 181]. Помимо обладания залежами полезных ископаемых и драгоценностей, Синайский полуостров был связующим звеном между Египтом и Сиро-Палестиной, а также Финикией и более отдалёнными странами: Месопотамией и Грецией. Поэтому мадианитяне принимали активное участие и в торговле. Водимые ими караваны, подобно артериям, связывали между собой древние цивилизации Африки и Азии. Одному из таких караванов мадианитян (называемых иногда измаильтянами) был продан Иосиф. Поэтому неудивительно, что благодаря столь тесным культурным связям «К 1500 г. до Р. Х. полукочевое племя кузнецов, живших на Синайском полуострове, уже использовало древнейший из всех известных нам алфавитов, созданный и разработанный хананеями, жившими в Сирии, и впоследствии позаимствованный у них израильтянами и греками». [Райт. Указ. соч. С. 96]. Первые свидетельства об этом древнейшем алфавите были обнаружены уже упоминавшейся нами экспедицией доктора Флиндерса Питри. «Пока шли полным ходом раскопки на месте древних шахт, жилых домов и в окрестностях храма, всего в нескольких шагах от святилища богини из песка были извлечены обломки каменных табличек и статуя склонившейся фигуры. На табличках и на статуе были изображены необычные знаки. Ни Флиндерс Питри, ни египтологи из его партии не смогли расшифровать их. Было очевидно, что это — буквы неизвестной письменности. Хотя они производили впечатление пиктограмм и отдаленно напоминали египетские иероглифы, едва ли можно было назвать их „языком в картинках“. Для этого было слишком мало разновидностей значков. Тщательно изучив все обстоятельства этой находки, Флиндерс Питри пришел к смелому заключению: „Этой системой линейного письма пользовались рабочие из Ретену, нанятые египтянами и часто упоминаемые в египетских текстах. Следствия из этого факта весьма значительны: за полторы тысячи лет до Рождества Христова простые рабочие из Ханаана умели писать, и этот тип письменности возник независимо и от иероглифов, и от клинописи. Далее, эта находка раз и навсегда лишает веса все гипотезы о том, что израильтяне, прошедшие через эту местность на пути из Египта, были в то время неграмотны“. Выводы Питри привлекли огромное внимание антикваров, палеографов и историков. Все теории о возникновении и начале использования письменности в Ханаане разом устарели. Конечно, казалось невероятным, чтобы жители Ханаана владели собственным типом письма уже в середине II тысячелетия до н. э. Правоту Питри можно было подтвердить лишь текстом на Синайских табличках. Возвратившись в Англию, Питри немедленно скопировал эти таблички. За расшифровку диковинных, неуклюжих значков усердно взялись палеографы из множества стран. Но никому не удавалось понять их. Лишь десять лет спустя сэру Алану Гардинеру, блестящему и неутомимому переводчику египетских текстов, посчастливилось приподнять завесу над этой тайной. Он первым расшифровал фрагменты надписей. Ему помогло часто встречающееся словосочетание „пастушеский посох“. Со временем Гардинер пришел к выводу, что комбинация из четырех или пяти знаков, встречающаяся в тексте надписей несколько раз, представляет древнееврейские слова. Пять букв „l-B-’-l-t“ он интерпретировал как „(посвященный) для (богини) Ваалат“. Во II тысячелетии до н. э. женское божество по имени Ваалат почиталось в морском порту Библ. Именно в честь этой богини египтяне воздвигли храм в Серабит-эль-Хадеме. Только называли ее египтяне именем „Хатхор“. Рабочие из Ханаана искали медь и бирюзу по соседству с храмом этой богини. Цепь событий замкнулась. Но все значение открытий на Синае прояснилось окончательно лишь через шесть лет после смерти Флиндерса Питри, когда завершились тщательные исследования его находок. Гардинер сумел расшифровать только часть необычных знаков. Только тридцать лет спустя, в 1948 г., группа археологов из Лос-Анджелесского университета нашла ключ, позволивший подобрать соответствия всем буквам на Синайских табличках. Не осталось сомнений в том, что эти надписи датируются примерно 1500 г. до н. э. и написаны на ханаанском наречии. То, что Флиндерс Питри извлек из-под горячих песков Синая, в наши дни каждый встречает в измененной форме в газетах, книгах и журналах. Камни из Серабит-эль-Хадема сохранили предка нашего алфавита. Две самые ранние формы письменности, возникшие на территории „Плодородного полумесяца“ — иероглифы и клинопись, — были уже достаточно древними в то время, когда во II тысячелетии до н. э. возник третий основной способ письменной передачи мысли — алфавит. Не без влияния иероглифической письменности своих товарищей-египтян семитские рабочие на Синае изобрели свой собственный, особый и в корне новый тип письма. Ставшие знаменитыми синайские надписи представляют первый этап развития северно-семитского алфавита — прямого предка нашего современного алфавита. Он использовался в Палестине и в финикийских республиках на побережье. Примерно в конце IX в. его позаимствовали греки. Из Греции алфавит попал в Рим, а оттуда уже распространился по всему земному шару. «И сказал Господь Моисею: напиши сие для памяти в книгу…» (Исх. 17:14). Это — первое употребление слова „написать“ в Ветхом Завете. Оно встречается в том эпизоде, когда израильтяне достигают следующего после Дофки места стоянки. До того это слово не употреблялось ни разу. Расшифровка Синайских табличек позволяет взглянуть на этот фрагмент библейского текста в совершенно новом свете — как на исторически достоверное высказывание. Ведь теперь нам известно, что еще за триста лет до исхода из Египта люди из Ханаана умели писать на языке, тесно связанном с языком израильтян». [Келлер. Указ. соч. С. 146—149]. Господство на труднопроходимых из-за жары и песка дорогах Синайского полуострова мадианитянам давали верблюды. Верблюда по праву именуют «кораблем пустыни». Особенностью одногорбого верблюда или дромадера (двугорбые верблюды водятся в Восточной и Средней Азии) является его крайняя неприхотливость. Так он может длительно пожирать лишь колючки, и обходиться без воды, при этом, до 10 и более дней. Верблюд развивает большую скорость — до 25 км в час. При этом он может пройти за 3—4 дня до 500 км, практически, без остановок. Кроме этого, он даёт человеку шерсть, и даже помёт его используется кочевниками как топливо. [Брэм А. Э. Жизнь животных. В 3 т. М.: Терра, 1992. Т. 1. С. 420]. Также, верблюд широко использовался и как боевое животное. И воины на верблюдах были куда опаснее, чем обычная конница. Несмотря на торговые связи мадианитян со многими народами и странами, их земли скрывались за труднопроходимыми неприветливыми песками Синайского полуострова, что делало их жизнь весьма обособленной. Эта «самоизоляция мадианитов помогла им сохранить традиционные обычаи и верования, что было невозможно для рабов еврейского происхождения, чья культура испытала сильное влияние их египетских хозяев». [Рол Д. Утраченный завет. М.: ЭКСМО, 2005. С. 212]. «Таким образом, мы можем полагать, что в этом племени сохранялось предание о Едином Боге. Однако, по-видимому, оно было затемнено какими-то языческими наслоениями, поэтому мадианитяне не считаются в Писании исповедниками Истинного Бога… И тем не менее, некоторые религиозные представления, унаследованные от Авраама, и патриархальный образ жизни этого племени, делали его родственным Моисею и израильтянам». [Щедровицкий Д. В. Введение в Ветхий Завет. М.: Теревинф, 2001. С. 304]. Поэтому не случайно, будучи преследуемым египтянами, Моисей бежит в земли мадианитян, найдя там хороший приём. Большой интерес для историков представляет фигура тестя Моисея, мадиамского священника Рагуила, называемого иногда Иофором. Весьма интересны, во-первых, сами имена этого человека. «Рагуил (Реуэль) — не столько имя, сколько должность, ранг или духовный сан этого человека. Он был священником (коген Мид’йан), а словом „коген“ обычно в Библии называют тех священников, которые знают Единого Бога. „Когеном“ назван и мадиамский священник, в семье которого, очевидно, хранилось предание рода Авраамова. Имя его составлено из двух корней: раа — значит „пасти“ и „Эль“ — Бог, а вместе „пастырь Божий“». [Щедровицкий. Указ. соч. С. 306]. Имя Иофор в переводе обозначает «преизбыточествовать, превосходить». Иофор был одним из немногих мадианитян, сохранивших истинное представление о Боге. Некоторые учёные даже полагают, что за это он был притесняем другими представителями своего племени. [Щедровицкий. Указ. соч. С. 305]. Но как бы там ни было, мадианитянин Иофор сыграл важную роль в жизни Моисея, который прожил 40 лет в Мадиамской пустыне, познавая Бога через природу, молитвы и рассказы Иофора об истории древних патриархов. Мадианитянкой была и жена Моисея, дочь Иофора — Сепфора (в пер. лучезарная), от которой у Моисея родилось двое сыновей. Иофор давал советы Моисею и после выхода израильтян из Египта. Так, в частности, он предложил учредить институт судей, уважаемых в народе лиц, которые помимо Моисея разбирали бы конфликты и трудные ситуации, возникающие у израильтян. Но веру в Истинного Бога, как мы уже говорили, сохранили далеко не все мадианитяне. Ещё точнее, семейство Иофора было редким исключением. Другие же потомки Мадиама всё более и более отходили от религии своего пращура Авраама, став наконец, открытыми врагами Божьего народа. И вот, когда Израиль находился в пустыне, мадианитяне вступают в союз с моавитянами, чтобы уничтожить иудеев, призвав пророка Валаама. «И сказали Моавитяне старейшинам Мадиамским: этот народ поедает теперь все вокруг нас, как вол поедает траву полевую. Валак же, сын Сепфоров, был царем Моавитян в то время. И послал он послов к Валааму, сыну Веорову, в Пефор, который на реке Евфрате, в земле сынов народа его, чтобы позвать его и сказать: вот, народ вышел из Египта и покрыл лице земли, и живет он подле меня; итак приди, прокляни мне народ сей, ибо он сильнее меня: может быть, я тогда буду в состоянии поразить его и выгнать его из земли; я знаю, что кого ты благословишь, тот благословен, и кого ты проклянешь, тот проклят. И пошли старейшины Моавитские и старейшины Мадиамские, с подарками в руках за волхвование, и пришли к Валааму, и пересказали ему слова Валаковы» (Числ. 22:4—7). И вновь благодаря археологии библейские имена ожили, став говорить к нам не только со страниц Писания, но и через древние камни и надписи. «В 1967 году во время работ голландской археологической экспедиции в Телль Дейр Алла (Заиорданье) были открыты многочисленные обломки надписи, выложенной черными (некоторые фрагменты — красными) чернилами на штукатурке. По всей вероятности, она была сделана на внутренних стенах местного храма или на стенках алтаря. Кропотливейшая работа по прочтению текста, соединению его мельчайших фрагментов и отрывков в связные фразы продолжалась почти десять лет; её результаты были опубликованы только в 1976 году. [Hoftijzer J. van der Kooij G. Aramic Texts from Deir Alla. Leiden. 1976]. Удалось реконструировать лишь незначительную часть памятника, преимущественно отдельные части фраз и слова; тем не менее общий характер и смысл надписи выявился достаточно определённо. Оказалось, что перед нами — отрывки из книги пророка Валаама… Валаам это языческий пророк, вещающий о деяниях богини плодородия Шегер, бога плодородия Астара». [Шифман И. Ш. Ветхий завет и его мир. М.: Политиздат, 1987. С. 109, 110]. Так была вынуждена констатировать даже изданная во время воинственного атеизма монография. «В 1967 году в Дейр Алла, в Иордании, была найдена надпись в которой несколько раз упоминается Валаам, сын Пеора, тот самый Валаам, который был нанят Валаком, царём Моава, чтобы проклясть израильтян, собиравшихся войти в Землю Обетованную. Текст состоит из 119 фрагментов штукатурки, исписанной чёрными и красными чернилами. Он был расположен в одну колонку и содержал не менее 50 строк. Здание рухнуло в результате землетрясения около 760 г. до Р. Х., в царствование Узии (Озии), когда жил пророк Амос. Нижняя часть текста потерта, очевидно он какое-то время находился на стене до катастрофы. Написан он на арамейском и начинается словами „Предупреждение из книги Валаама, сына Пеора. Он был провидцем богов“ (красными чернилами выделены это и другие наиболее важные места). Ссылка на „Книгу Валаама“ говорит о том, что это не первоначальный текст и что он скопирован с какого-то более раннего. Валаам излагает свои видения, говорит о предстоящей неизбежной Божьей каре и вступает в полемику со слушателями. Дейр Алла находится в 25 милях от того места, где стояли лагерем израильтяне (Чис. 22—24), на равнине Моава, у Иордана, напротив Иерихона. Свои обряды Валаам совершал на горе Фегор (евр. Пеор), западнее Есевона, с вершины которой мог видеть стан израильтян. Валаам происходил из „Пефора, который на реке“, из чего обычно делали вывод, что он жил в северо-западной Сирии (возможно, что в тексте следует читать не „Арам“, а „Адам“, город в 7 милях к юго-западу от Дейр Алла). Однако по тексту же получается, что он жил недалеко от того места, где встали израильтяне, то есть вполне вероятно, что в Дейр Алла (недаром его там почитали). Валаам был специалистом по проклятиям; проклятиям посвящена и значительная часть найденного текста. Употребляется в надписи и термин „шаддай“, обозначающий богов, характерный для Трансиордании». [Райт. Указ. соч. С. 104—105]. Именно Валаам даёт мадианитянам и моавитянам совет победить израильтян не с помощью оружия, а с помощью женщин (Числ. 31:16). «И жил Израиль в Ситтиме, и начал народ блудодействовать с дочерями Моава, и приглашали они народ к жертвам богов своих, и ел народ [жертвы их] и кланялся богам их» (Числ. 25:1—2). И если вначале свой блуд и поклонение языческим богам иудеи скрывали, то вскоре они уже стали открыто грешить. «И вот, некто из сынов Израилевых пришел и привел к братьям своим Мадианитянку, в глазах Моисея и в глазах всего общества сынов Израилевых, когда они плакали у входа скинии собрания» (Числ. 25:6). Представим себе эту картину. Одна часть народа оплакивает свои грехи, молится Господу и тут же другая прелюбодействует, открыто глумясь над Божьими повелениями и своим поведением подталкивая других поступать так же. И лишь благодаря решительным действиям Моисея удалось остановить моральное разложение иудеев и разгромить мадиамско-моавитскую коалицию. Но притягательное сладострастие мадиамских женщин было так велико, что когда Израиль уничтожил мадиамских царей и пророка Валаама [Флавий. Указ. соч. Т. 1. Книга 4. Глава 7, 1. С. 182—183], жён мадиамских иудеи оставили себе. Грех настолько сильно въелся в их сердца, что они готовы были нарушить прямое Божье повеление, чем отказать себе в удовольствии спать и прелюбодействовать с мадианитянками. «Следствием разврата евреев с моавитскими женщинами была заразная болезнь, которая передавалась родственникам заболевшего. Очевидно, эта заразительная болезнь была, именно, венерической природы, так как, судя по законам Моисея, она происходила от половых сношений евреев с моавитскими [и мадиамскими] женщинами». [Дюпуи. Указ. соч. С. 48]. Но даже эти тяжкие недуги не останавливали иудеев. Поистине, когда в сердце властвует грех и похоть, человек уже не отдаёт отчёта в своих действиях, даже если они губят его самого. И вновь только решительные действия Моисея смогли остановить трагедию, очистив стан от проституток и изуверских богов. Шли годы и мадианитяне таили злобу против Израиля, дожидаясь удобного момента, чтобы расквитаться сполна за понесённые в прошлом поражения. И вот такой момент наконец настал, когда умерли Варак и Девора, а израильский народ вновь отступил от Господа, начав предаваться удовольствиям греха. Но удовольствия, которые таит в себе грех, имеют всегда и свою зловещую оборотную сторону. Так удовольствие от незаконной половой связи оборачивается гонореей, сифилисом, а сегодня и СПИДом. Удовольствие от вкуса вина циррозом печени. Удовольствие от кайфа после приёма наркотиков деградацией личности. А радость, якобы освобождения от тягот Божьих заповедей, сменяется господством сатаны в нашей жизни со всеми вытекающими отсюда последствиями. Израилю нравился образ жизни мадианитян и их развратные обычаи, и он получил то, что хотел, когда Мадиам покорил их страну и заставил жить по своим законам, которые так долго привлекали иудеев. Теперь их никто не призывал жить по заповедям, храня чистоту, теперь их просто убивали, насиловали и истязали, ибо на этих принципах было основано царство мадианитян — царство меди, бирюзы и верблюдов.

Продолжение

 

© Права на тексты принадлежат Алексею Опарину, 1996-2006 год. Разрешено свободное распространение при условии сохранения ссылки на автора и целостности текста. Разрешено свободное использование для некоммерческих целей. При любом использовании материалов сайта, гиперссылка (hyperlink) на http://nauka.bible.com.ua обязательна.
По вопросам коммерческого издания книги обращайтесь к автору. НЕ КРАДИ! (Лк.18:20)
Разработка и сопровождение © 2000-2006 Yuriy Tsupko & Виктор Белоусов. Запрещается использование стиля и элементов дизайна без соответствующего на то разрешения.



 Rambler's Top100      Яндекс цитирования 

return_links(); ?>


Библия и наука — nauka.bible.com.ua

© 1996-2006 А. А. Опарин
Разработка и сопровождение © 2000-2006 Yuriy Tsupko & Виктор Белоусов victor_bell@rambler.ru
© 2006 издательство ФАКТ