Опарин А.А. Проклятые сокровища. Археологическое исследование книг Есфирь и Руфь
Часть I. Археологическое исследование книги Есфирь

Глава 1

Царь, приказавший высечь море

Первая глава книги Есфирь переносит нас в 483 год до х. э. в Месопотамию, на берега реки Улай во дворец Мидо-Персидского царя Ксеркса, названного в Библии Артаксерксом. “И было во дни Артаксеркса, — этот Артаксеркс царствовал над ста двадцатью семью областями от Индии и до Ефиопии, — в то время, как царь Артаксеркс сел на царский престол свой, что в Сузах, городе престольном, в третий год своего царствования он сделал пир для всех князей своих и для служащих при нем, для главных начальников войска Персидского и Мидийского и для правителей областей своих, показывая великое богатство царства своего и отличный блеск величия своего в течение многих дней, ста восьмидесяти дней. По окончании сих дней, сделал царь для народа своего, находившегося в престольном городе Сузах, от большого до малого, пир семидневный на садовом дворе дома царского” (Есф. 1:1—5). Итак, в первых стихах этой библейской книги мы знакомимся с одним из главных её персонажей, царём Ксерксом. “Последние изыскания привели к мысли, что этот „Артаксеркс“ есть не кто иной, как Агасвер (Ксеркс, 485—465 г., сын Дария I, сына Гистапса). “Одним из первых результатов чтения персидских надписей, говорит один из исследователей (Опперт [Ж. Опперт (1825—1905) — крупнейший французский ассиролог — прим. А.О.]), было отождествление Агасвера (Ассуера) с Ксерксом. Уже Гротефенд более полувека тому назад, высказал это мнение, и успехи науки не оставили даже тени сомнения в истинности его” [1]. И прежде чем нам перейти к дальнейшему повествованию, нам необходимо познакомиться с этим древним владыкой. Этот удивительный человек оставил в истории весьма заметный след. Он прославился своими громкими победами и не менее громкими поражениями. Для одних он был символом справедливости, а для других коварства и вероломства. Он мог пожалеть одного человека, но предать страшной участи целый народ. Он неистово молился пред богами и мог приказать высечь тех богов, которые ответили ему отказом. Он ценил традиции и грубо попирал их. Он был хорошим сыном, но зловещим отцом. Сам не ведая того он исполнил многие библейские пророчества. Он начал монотеистическую реформу, но не окончил её. В крови он начал своё правление, в луже крови он и закончил его, будучи зарезан в собственной спальне своими ближайшими приближёнными. Таковы необычные характеристики этого человека, его правления и участи. Итак, будущий царь Ксеркс был сыном Дария I Гистапса и его жены Атоссы, дочери Кира II. Он приходился, таким образом, внуком основателю Мидо-Персидской империи Киру II (558—529), сокрушившему Вавилон и позволившему иудеям вернуться в Палестину. Ксеркс не был старшим сыном Дария, у которого было ещё три сына, родившихся до Ксеркса. Но трон Дарий завещал именно Ксерксу. Почему это произошло, до конца неизвестно. Одни исследователи говорят, что согласно мидо-персидским законам трон наследовал старший из сыновей, родившийся после вступления отца на престол. Другие объясняют это лишь волей Дария, воспользовавшегося тем, что в стране не существовало якобы чётких законов о престолонаследии [2]. Как бы то ни было, по смерти Дария в декабре 486 года в возрасте 36 лет Ксеркс становится властелином громадной империи, протянувшейся от Египта на западе и до Индии на востоке. В своих надписях царь пишет: “Мой отец — Дарий. Отцом Дария был Виштаспа, отцом Виштаспы был Аршама. Виштаспа и Аршама — они оба были живы, но у Ахурамазды (один из богов у персов — прим. А.О.) было такое желание, что он сделал Дария… царём на этой земле… У Дария и другие сыновья были, но у Ахурамазды было такое желание, что Дарий сделал меня величайшим после себя… Когда мой отец Дарий ушёл с трона, я милостью Ахурамазды стал царём”. Далее Ксеркс пишет о себе: “…он мудр и деятелен, друг правде и враг беззаконию, защищает слабого от притеснений сильного, но и сильного оберегает от несправедливости со стороны слабого, умеет владеть чувствами и не принимает поспешных решений, наказывает и вознаграждает каждого в соответствии с его поступками и заслугами” [3]. Уже совсем вскоре царь опровергнет свои же собственные слова о самом себе… Не успел правитель занять трон отца, как ему пришлось столкнуться с восстаниями внутри его необъятной империи. Первым восстал Египет, точнее он восстал ещё при жизни Дария I, но подавлять его пришлось Ксерксу [4], который тщательно подготовился к этому. И “на второй год после кончины Дария выступил сначала против египетских мятежников. Восстание было подавлено, и на весь Египет наложено ещё более тяжкое, чем при Дарии, ярмо рабства. Правителем Египта Ксеркс поставил своего брата Ахемена, сына Дария” [5]. “Египет подвергся безжалостной расправе. Имущество многих храмов было конфисковано. Если Камбиз и Дарий внушали египетскому народу, что они продолжатели древних традиций фараонов, приняли их титулатуру, поклонялись местным богам, всячески подчёркивали своё уважение к древней культуре и обычаям, называли себя царями Египта, то Ксеркс демонстративно обращался с этой страной, как с завоёванной провинцией… начиная со времён Ксеркса… египтяне допускались лишь на самые низшие должности в государственном аппарате” [6]. Недаром Ксеркса даже спустя много десятилетий называли в Египте не иначе, как злодеем [7]. Не успев подавить в крови египетский мятеж, Ксерксу пришлось идти походом на восставший Вавилон (июнь 484 года), так и не могущий смириться со времён Кира со своей теперешней второстепенной ролью. Царь быстро подавляет это восстание, но уже в августе 482 года Вавилон восстаёт вновь. Взбешенный правитель со всей яростью обрушивается на великий город. “Осада Вавилона длилась несколько месяцев и, по-видимому, завершилась в марте 481 г. суровой расправой. Городские стены и другие укрепления были срыты… некоторые жилые дома также были разрушены… Часть жрецов была казнена. Главный храм страны Эсагила (святилище верховного вавилонского бога Мардука) и зиккурат Этеменанки также сильно пострадали… Золотая статуя бога Мардука весом 20 талантов (около 600 кг) была увезена в Персеполь, и, вероятно переплавлена” [8]. Вывоз из Вавилона статуи бога Мардука был символом крайнего унижения вавилонской религии и означал окончательную потерю хотя бы призрачной государственности, которая была в Вавилоне после покорения его Киром и, в частности, в царствование Дария Мидянина (см. Дан. 5:31 и 6:1—2). Вавилон начал катастрофически сходить с мировой сцены не только как религиозный, но и экономический центр [9]. Так царь Ксеркс, сам не ведая для себя, исполнил древнее библейское пророчество: “Пал Вил, низвергся Нево; истуканы их — на скоте и вьючных животных; ваша ноша сделалась бременем для усталых животных. Низверглись, пали вместе; не могли защитить носивших, и сами пошли в плен” (Ис. 46:1—2). Сокрушив Вавилон и наведя порядок внутри страны, он приступает к активной внешнеполитической деятельности. Древнегреческий историк V в до х.э. Геродот передаёт речь Ксеркса, обращённую к вельможам своего царства: “Ныне я собрал вас, чтобы открыть мой замысел. Я намерен, соединив мостом Геллеспонт, вести войска через Европу на Элладу. Если мы покорим афинян и их солдат, обитающих на земле фригийца Пелоса, то сделаем персидскую державу сопредельной Эфирному царству Зевса. И не воссияет солнце над какой-либо другой страной, сопредельной с нашей, но все эти страны я обращу с вашей помощью в единую державу и пройду через всю Европу” [10]. И если ряд вельмож подобострастно поддержали царя, то некоторые всё же выступили против этого необдуманного шага — войны с Грецией. Их доводы были так убедительны, что Ксеркс отказался от своих намерений. Произошло небывалое — царь мидян и персов изменил своё решение и публично сказал: “Ныне же я должен признаться, что был не прав… Итак, я раздумал идти войною на Элладу, и вы можете спокойно оставаться дома” [11]. Но ночью царю являлся некий призрак, обратившийся к нему: “Так ты, перс, изменил своё решение и не желаешь идти войною на Элладу, после того как приказал персам собирать войско? Нехорошо ты поступаешь, меняя свои взгляды, и я не могу простить тебе этого… Ночью, однако, Ксерксу во сне опять предстал тот же самый призрак и сказал: “Сын Дария! Так ты, кажется, действительно отказался от похода, не обратив внимания на мои слова, как будто ты услышал их не от власть имущего? Знай же: если ты тотчас же не выступишь в поход, то выйдет вот что. Сколь быстро ты достиг величия и могущества, столь же скоро ты вновь будешь унижен” [12]. В ужасе Ксеркс просыпается и объявляет о том, что поход против греков непременно состоится. Страх перед призраком уступает место здравым советам приближённых [13]. В течении нескольких лет царь готовит поход. “Во время сборов к походу Ксеркс имел ещё одно видение. Царь вопросил магов, и те истолковали видение так: оно указывает на то, что вся земля и все народы подчинятся власти персов” [14]. Мы не случайно поместили в главу сообщения древних авторов о видениях царя. Некоторые могут назвать это сказкой, выдумкой древних, их суевериями, не достойными того, чтобы их помещать в современные научные исследовательские книги. Таким мы хотели бы заметить, что сегодня показано, что древние авторы в отражении событий были более правдивы, нежели многие современные историки, выполняющие в основном политический или идеологический заказ. В отличие от них работа Геродота отличается весьма большой достоверностью. Во-вторых, мы часто привыкли взирать на исторические события с чисто атеистической точки зрения, не оставляющей места для вмешательства высших сил. А между тем, внимательно изучая историю, приходится только удивляться миллионам якобы случайностей, которые не раз спасали или наоборот губили тысячи людей. Вспомнить хотя бы неудачу Гитлера в получении оружия возмездия (т.е. ядерного оружия) или смерть И. В. Сталина на пороге чуть было не развязанной им III Мировой войны. Далее, если внимательно изучить новейшую историю, мы видим, какое значительное количество государственных деятелей обращались к колдунам, спиритам, астрологам: А. Гитлер, Б. Муссолини, И. Сталин, жена Р. Рейгана, Г. Трумэн и т. д. Многие из них были сами спиритами, а порой и сатанистами, как помощник Д. Бейкера. Поэтому, если дьявол являлся им, то почему он не мог обращаться к правителям древности? А что именно злой дух обратился к Ксерксу, мы можем не сомневаться, ибо:

1) повеление призрака привело в дальнейшем к прямо противоположному результату, что он предрекал. Он говорил царю о необходимости похода против греков, а в случае неповиновения сулил несчастья. Царь сделал, как приказывал призрак, но в результате потерпел страшное поражение, а затем и трагически закончил свою жизнь;

2) повеления призрака и его обещания подтвердили маги, т.е. прямые служители злой силы;

3) повеление начинать страшную войну во имя тщеславия и человеческой гордыни может дать только дьявол.

И, наконец, эти заверения призрака о грядущем мировом господстве персов, в случае похода против греков находятся в прямой противоположности с библейскими пророчествами о Мидо-Персии и Ксерксе: “Итак я с первого года Дария Мидянина стал ему подпорою и подкреплением. Теперь возвещу тебе истину: вот, еще три царя восстанут в Персии; потом четвертый превзойдет всех великим богатством, и когда усилится богатством своим, то поднимет всех против царства Греческого” (Дан. 11:1—2). Три последующих за Дарием Мидянином царя — это: Кир II, Камбиз, Дарий I и, наконец, четвёртый Ксеркс, поднявший действительно всех, т.е. все народы против греков, на войну, которую начал ещё его отец. Но в Библии Мидо-Персия представлена в образе медведя: “И вот еще зверь, второй, похожий на медведя, стоял с одной стороны, и три клыка во рту у него, между зубами его; ему сказано так: „встань, ешь мяса много!“” (Дан. 7:5), три клыка которого символизируют три покорённых ею империи: Лидию, Вавилон и Египет. Более того, полное поражение Мидо-Персия получит как раз от греков: “Поднял я глаза мои и увидел: вот, один овен стоит у реки; у него два рога, и рога высокие, но один выше другого, и высший поднялся после. Видел я, как этот овен бодал к западу и к северу и к югу, и никакой зверь не мог устоять против него, и никто не мог спасти от него; он делал, что хотел, и величался. Я внимательно смотрел на это, и вот, с запада шел козел по лицу всей земли, не касаясь земли; у этого козла был видный рог между его глазами. Он пошел на того овна, имеющего рога, которого я видел стоящим у реки, и бросился на него в сильной ярости своей. И я видел, как он, приблизившись к овну, рассвирепел на него и поразил овна, и сломил у него оба рога; и недостало силы у овна устоять против него, и он поверг его на землю и растоптал его, и не было никого, кто мог бы спасти овна от него” (Дан. 8:3—7). “И сказал: „вот, я открываю тебе, что будет в последние дни гнева; ибо это относится к концу определенного времени. Овен, которого ты видел с двумя рогами, это цари Мидийский и Персидский. А козел косматый — царь Греции, а большой рог, который между глазами его, это первый ее царь” (Дан. 8:19—21). Итак, Мидо-Персии не суждено было покорить Грецию, как раз напротив, Эллада должна будет нанести страшный разгром империи, основанной Киром. Но Ксеркс более верит призракам, сатанинским духам, чем книге Даниила, которую он безусловно знал или хотя бы слышал о ней. Ибо на Востоке хорошая память, а пророк Даниил был слишком яркой политической и духовной фигурой своего времени, чтобы быть забытым. Да к тому же Данила отделяет от Ксеркса менее 50 лет; мог знать царь об этом и через свою жену Эсфирь. Но царь поступает по-своему. “Царь выступил в поход с огромными полчищами. Это было, безусловно, самое большое войско из известных нам… эти и другие походы нельзя сравнить с одним этим походом” [15]. В задачу данной книги не входит описание последующей войны мидо-персов с греками. Отметим лишь, что в решающих сражениях этой войны, продолжавшейся многие годы мидо-персы терпят полное поражение в 480 г. до х.э. при Фермопилах, и Саламине при Платеях; 468 г. до х.э. при р. Евримедонте и т. д. Так, в сражении при Саламине было уничтожено более 200 персидских кораблей [16]. Вообще в этой войне даже природа была против мидо-персов. Так, для переправки войска из Азии в Европу через Геллеспонт Ксеркс повелел построить мост. “Один мост возвели финикияне, с помощью канатов из „белого льна“, другой — из папирусных канатов — египтяне. Расстояние между Абидосом и противоположным берегом — 7 стадий. Когда же наконец пролив был соединён мостом, то разразившаяся сильная буря снесла и уничтожила всю эту постройку. Узнав об этом, Ксеркс распалился страшным гневом и повелел бичевать Геллеспонт, наказав 300 ударов бича, и затем погрузить в открытое море пару оков. Передают ещё, что царь послал также палачей заклеймить Геллеспонт клеймом. Впрочем, верно лишь то, что царь велел палачам сечь море, приговаривая при этом варварские и нечестивые слова: “О ты, горькая влага Геллеспонта! Так тебя карает наш владыка за оскорбление, которое ты нанесла ему, хотя он тебя ничем не оскорбил. И царь Ксеркс всё-таки перейдёт тебя, желаешь ты этого или нет. По заслугам тебе, конечно, ни один человек не станет приносить жертв, как мутной и солёной воде”. Так велел Ксеркс наказать это море, а надзирателям за сооружением моста через Геллеспонт — отрубить головы” [17]. Так Ксеркс повелевает высечь море, якобы виновное в его поражении. В этом поступке как нельзя лучше предстаёт характер царя. Всё двадцатилетнее правление Ксеркс воевал с греками, терпя всё новые и новые поражения. В измотанной войной стране начали восставать провинции. В стране вспыхнул голод, цены на зерно поднялись в семь раз по сравнению с обычными [18]. Царь попал под влияние своих приближённых, которые вместе с его сыном в одну из ночей августа 465 года убили царя в его собственной спальне [19]. Об особенностях характера этого царя мы ещё расскажем по ходу нашей книги. В следующей же главе мы вернёмся в самое начало правления этого человека, в третий год его царствования, именно в тот год, с которого начинается действие книги Есфирь.



 Rambler's Top100      Яндекс цитирования